Клад Екатерины Шумовой. Продолжение

Клад Екатерины Шумовой. Продолжение.

"Жемчужины воспоминаний о городе, они как винтик в целой инфраструктуре, исчезнет одна, из цепочки посыпятся и другие, стерев всю систему жизнеобеспечения города". (экспромт автора).
 
Сын Екатерины Павловны Шумовой – Павел Сергеевич Серебренников. В глухой тайге возле озера Павел поставил сруб в 1940-е годы. Сколько людей рядом с Павлом хотели поселиться и узнать тайну клада. Много. Целое поселение людей из высших кругов власти. Это были государственные дачи в лесу для охоты и рыбалки. В наши времена дичь и живность исчезла, лес превратили в городскую свалку, озеро засыпали шлаком от ТЭЦ-2. Но люди города ещё помнили о кладе и стремились узнать его, несмотря на то, что семья дела и его родственников разъехались далеко от него и даже в другой город, другую страну. Люди пытались стать шпионами, чтобы получить доступ к архивам и там узнать тайну, пытались бежать за рубеж, и там найти родственников и узнать тайну клада.
Из воспоминаний внучки Павла - Екатерины Пановой: «Я родилась и жила в доме дедушки Павла. Мне пришлось писать книгу «Легенда о Екатерине» о вымышленном кладе, чтобы люди не искали его, а знали это место, и, пойдя на место, понимали, что там пусто, ничего нет». 
Но после ее книги о кладе хлынуло ещё больше народа за кладом, масса людей, и образовали прямо в лесу целые поселения которые назвали микрорайонами. Люди посвятили свою жизнь поискам клада Шумовых, поселились в этих местах, хотя там уже ничего нет а лесу, одна свалка. Они не видели в городе леса, и даже такой лес был для них в диковину. Они стали расчищать свалку и даже садить поля цветов луговых для покоса. Пример этому: монастырь. Они стали восстанавливать старые традиции. Раньше эти места Шумовы засевали сортами луговых целебных цветов для покоса, садили саженцы плодовых культур деревьев, кустов, ягод, грибов. Создали «Вишневый сад» - это заповедная зона, которая в те времена была в моде. Создали озеро с рыбой, утками и лебедями. Катания на лодках, сборы в лесу ягод грибов, купания и гуляния в лесу было в моде. В заповедник приезжал и отдыхал царь. Домик у озера как теремок был украшен резьбой, такой домик назывался летний флигерь, и на лето в него переезжали жить.
Озеро и домик не сохранили во времена СССР. Большевики создали программу действий: уничтожить повсеместно все «Вишнёвые сады», перекопать под колхозные поля. Остатки садовых культур и луговых цветов прижились у реки. Но во время 2025 года их перекопали под дамбу набережную от наводнений. В 2026 году река стала выглядеть как канал из железобетона, без подступа к реке машин для свалки мусора и слива отходов СТО.
Зато такой же домик флигерь стоял и в глухом лесу у ручья. Там во времена СССР сделали пионерский лагерь. А домик приспособили под медпункт. И хоть как то сохранили заповедник. Сейчас этот домик перешёл в бережные руки монастыря.
Само по себе ничего не росло. Возле своего дворца Шумовы посадили деревья, березы. В своем «Вишневом саду» тоже посадили березы, развели подберёзовики. Эти места стали заброшены и одичали во время катастрофы (революция, ВОВ).  С 1915 до 1945 годы развелось много рыбы, много уток. Саженцы выросли в деревья и разрослись. Целые поля ягод и грибов. Здесь в тайге один поселился Павел в бывшем имении своей матери.
Теперь здесь живёт много народа. Хотя от заповедника «Вишнёвых садов» мало что осталось. То, что в имении стали ставить дома другие люди, отразилось на семье Павла. Если бы был капитализм, то чем больше в имении поселилось подданных, тем богаче была бы семья. Так и в этом случае, СМИ писали, что Шумовы, их потомки получили звание графов. Хотя в денежном эквиваленте от звания ничего не выиграли, все имущество перешло в федеральный бюджет и распродавалось желающим, даже уже выработанные рудники. Имение стало расти, подданных, то есть людей, желающих заселиться на земли имения Шумовых, становилось все больше и больше. Но это были уже не бедные люди за кладом, которые ставили свои избушки рядом и жили худо-бедно за счёт даров леса.  В наше время ставить избу, под названием коттедж и заводить скот, себе могут позволить только богатые.
Как это отразилось на семье Павла?
Заселяя эти земли, богатые люди, конечно, задавили семью Павла своим авторитетом. И семья исчезла. Поскольку клада найти люди не могли, и прибегали к реальным пыткам. Семью запытали охотники за кладами. Много их здесь перебывало. Но с появлением книги о кладе (книга автора Екатерины Пановой «Легенда о Екатерине») имение семьи Шумовых становиться все больше, все больше людей заселяли сады. Что они здесь нашли, какие клады, нам не ведомо. Видимо, полюбил народ этот лес, хотя историю о нем и не знает. Хранит молчаливо историю о садах погибшая семья Шумовых. Неравнодушные к памяти семьи, люди образовали новую семью и назвали себя Шумовыми. Будто Шумовы все ещё живы, и существуют среди народа. Будто клад Шумовых ещё есть где-то…
Так в чем же был их клад?
А клад был в звании, вместе с ним прилагалось тайное секретное оружие бластер. За ним-то и охотились все, кто знал тайну клада. Имея бластер, никакие деньги уже были не нужны. А в имении Шумовых располагались государственные дачи, на вид простые деревянные дома дачного типа с небольшими огородами. Но на пустом месте ничего само не растет, люди сами собой не объединяются, их объединяет оплата для питания и жизни и размножения. Существуют поверья народа, о страшном оружии бластере из будущего, для чего он предназначен, о пропавших без вести душах, которые пытались найти тайны клада.
Первое из поверий.
О том, что  эти дома в имении Шумовых многие даже не нанесены на карту, и не значатся, не облагаются налогами, эти люди живут без денег, без налогов. Но все это под грифом секретно.
Второе из поверий.
О том, что бластером охраняли свой инкубатор. Это засекреченное здание в черте города, замаскированное под ложное предприятие. Там производили на свет не одного, а тысячи детей. Для инкубатора работали целые банды, собирая у людей из души для рождения детей.
Третье из поверий.
Целые семьи исчезали из своих домов и превращались в мешок отходов, которые сжигали на другом засекреченном предприятие под видом ТЭЦ. Отработанные отходы перерабатывали с помощью цистерн мыла. И выливали рядом на природу, заливая сады. Тем самым, уничтожали сады и саму природу, отправляли воду в садах. Целые горы праха людского выросли в садах.
Четвертое из поверий.
Целая страна в стане родилась в инкубаторе. Под видом приезжих они заселяли те же дома, из которых выгнали людей. За этим следили тайные службы, чтобы те же души людей вернулись в то же место, где в прошлой жизни проживали. Это стало наваждением, проклятием, или державу-мысли о том, что «где-то когда-то я уже это видел, тот же дом, те же стены». Но уже обновленные перерожденные. Хозяева инкубатора менялись. Старый инкубатор людей исчезал, новый заселял их место.
Пятое из поверий.
Но некоторые люди были избранные, и их после смерти оживляли и прививкой молодости возвращали им полноценное здоровье, у них отрастали все утерянные ткани заново. При этом стирали всю память. Эти люди превращались в послушных зомби. Их в секретных школах заново обучали грамоте и зомбировал на программу действий, что должен выполнять. Полноценные слуги для хозяев. Так росла армия долгожителей, которые минуя стадию детства, становились вновь юными и полными сил. Они уже не знали что такое смерть. И знали, что их прошлая жизнь им не доступна. Они пытались найти это через архивы, но понимали, что находятся в информационном рабстве.
Шестое из поверий.
Шестое чувство. Вместо могил им дали дерево в поле, где размещали ленточки. Ленточка означала что кто то жил и "умер". Эту ленточку навещали родственники "умершего". Чтобы разыскать его среди тысяч одинаковых молодых зомби, они на умершем человеке ставили пятно несмываемый знак. После прививки молодости этот знак сложно было стереть, и пятно считалось "родимое пятно". По псину родственники находили своего "умершего".
Седьмое из поверий.
Точно также ставили другое пятно на теле отца детей. И это пятно передавалось детям после рождения в инкубаторе. По этому пятну можно было определить чьи дети родились. Даже спустя много поколений родственники могли по пятну определить, свое родство.
Восьмое из поверий.
О том, что под землей находятся руины прошлой цивилизации, со своей особенной инфраструктурой. Эти руины еще есть в черте города Читы, обломки заброшенных строений. И они никак не вяжутся с историей о пещерном веке, о декабристах, о казаках, живущих в ветхих избенках Сибири. Наоборот, существовали высокие технологии, которые отобрали у народа. В те времена богатые семьи могли себе позволить заводить большие семьи, детей выращивали в инкубаторе. И семья Шумовых одна из них. А в наши дни этот инкубатор засекречен. Клад Шумовых состоял в том, что в семье Павла еще хранились в доме старинные фотографии, антикварная мебель, созданная еще с 1830 года, привезенная позднее на поезде с Урала переселенцем отцом семейства Алексеем Шумовым. Эта мебель в доме Павла еще цела и простоит еще века, передается по наследству. Все это был клад из прошлой цивилизации. Во время катастрофы 1915-1945 семья Екатерины Павловны Шумовой была эвакуирована в Красноярск. При переезде обратно в Читу был украден вагон антикварных вещей. Среди них еще мебель, одежда, туфли, бытовые приборы такие как для создания своей сметаны, своей колбасы. Во время катастрофы многие технологии и рецепты были утрачены. И антикварные вещи ценились на вес золота. Их воровали и копировали и создавали на их основе предприятия, в городе благодаря этому была своя сметана и колбаса, но для инкубатора. Обычные люди же получали остатки. Воровали даже посуду: кружки, чашки, ложки, и на их основе создавали копии. Все это, конечно, только слухи, досужая болтовня старушек на лавочке. Но по народным поверьям складываются целые легенды о прошлом. Одна из них «Легенда о Екатерине». В каждом городе была такая семья, в которой сохранилось что-то святое: фотографии предков, старинные вещи, или воспоминания о былом. В каждом городе есть своя жемчужина воспоминаний, которая хранит историю о своем особенном месте края, пусть оно даже сейчас стало свалкой и заросло сорняками. Память народную невозможно стереть ни воровством истории семьи, ни мусором, ни бластером.
 
ПС:
иллюстрация нейро-художницы Аура Мари Фабула в нейросети "Алиса" сделана с фотографии из ателье города Читы в здании "Выставочного центра". На фотографии было изображение автора Екатерины Пановой с медалью имени Достоевского за участие в конкурсе прозы для начинающих писателей на портале проза-ру, букет цветов, бережно обернутый продавцом из цветочного бутика суперамаркета "Караван" район "Остров" города Читы, Забайкалье. Также брошь подарочная к восьмому марта, коллективу работников супермаркета "Зеленый караван" были вручены талоны на подарки выбор любых вещей в магазине косметики рядом с "Выставочным центром".