Существовал ли подлинный Джованни Бокаччо?

Биография Джованни Боккаччо известна из его собственных художественных произведений, личной переписки (особенно с Франческо Петраркой), официальных документов Флорентийской республики и свидетельств его младших современников и первых биографов, таких как Филиппо Виллани.

Указывается на его отца и мать, что отбрасывает малейшие сомнения о подлинности его имени.

Но всё же у меня возникают подозрения о том. Что «Джованни Бокаччо» - это литературный псевдоним.

Действительно, если человек решает заниматься литературной деятельностью под вымышленным именем, тогда придумать себе фальшивую биографию – это вполне логичное продолжение той же литературной деятельности, корм литературоведам, который хитрый автор кидает горстями в их кормушки, чтобы укрепить их в выдуманной легенде.

Что навело меня на эту мысль?

В Италии тех времён шутов и авторов шутовской литературы прозывали Giullare (шутами), а у Рафаэля Сабатини находим и такие сведения: человек, промышляющий шутовством, измыслил себе имя «Боккадоро», что означает человека «с золотым ртом».

Boccadoro – Золотой рот, Златоуст.

Это имя мне вдруг напомнило имя знаменитого автора «Декамерона».

Его звали Боккаччо.

«Boccacino» переводится как «полный рот». Это имя также присутствует в «биографии» Боккачо.

Это близко по смыслу и по звучанию, если имя «Боккадоро» уже стало нарицательным, тогда «Боккачо» - не точное повторение, но очень близкое по смыслу имя, очень подходит для псевдонима того человека, который решился публиковать фривольные сочинения, но не желает раскрывать собственное имя.

Остаётся один вопрос. Если автор «Декамерона» решил назвать себя Иоанном Златоустом, но на итальянский манер, тогда к фамилии «Бокаччо», какое имя он должен был выбрать?

И вот тут бинго! Иоанн – это как раз и есть Джованни.

Для имени Иоанн Златоуст робот-переводчик предлагает вариант Giovanni Crisostomo.

Но этот перевод формируется не путём перевода термина «Золотые уста» на итальянский язык, а за счёт транслитерации греческого прозвища Иоанна Златоуста – «Хрисостомус».

То есть робот-переводчик не перевёл мне слово «Золотые уста», а опознал «Златоуст» как конкретного человека, нашёл его греческое имя и уже только его перевёл на современный итальянский.

Но средневековый автор перевёл бы это имя иначе.

Если запросить перевод термина «Иоанн Золотой рот», тогда мы получаем Giovanni dalla bocca d'oro – то есть Джованни Боккадоро.

Однако, термин «Боккадоро» сразу указывает на шута и балагура по профессии, термин уже широко используемый в Италии, поэтому автор «Декамерона» преобразовал его из имени «Золотые уста» в имя «Полные уста».

Вот мы и получили «Джованни Боккачо».

Возможно ли такое совпадение, чтобы подлинное имя автора «Декамерона» указывало на «Иоанна Златоуста»? Или оно указывает на то, с каким историческим прототипом отождествлял себя сам автор? Я предполагаю второе.

Таким образом, за псевдонимом «Джованни Боккачо» мог скрываться любой образованный человек того времени. Самыми образованными были вельможи и священнослужители. Если автором «Декамерона» был священнослужитель, ему был большой смысл скрывать своё подлинное имя и придумывать фальшивую биографию.


Точная дата рождения Джованни Боккачо 16 июня 1313 года и точное место — Флоренция, Чертальдо или Париж — до конца не подтверждены документально.

Наконец, такой труд, как «Декамерон» в силу его содержания, вряд ли следовало публиковать под собственным именем в те времена, когда он стал известен.

А существовал он долгое время лишь в рукописных списках. Написан «Декамерон» около 1350 – 1353 годов, опубликован впервые через 120 лет – в 1470 году.

Приблизительно в то же время или чуть раньше была написана «Фьяметта».  А «Жизнь Данте Алиггьери» существенно позже, в 1360 году, опубликована в 1477 году.

Мы видим, что Боккаччо интересовался литератором, основное произведение которого было посвящено Аду. Это заставляет нас склониться к версии, что и сам Боккаччо интересовался темой Ада и, как минимум, темой загробной жизни. То есть достаточно вероятно, что он был священнослужителем, или же близок к ним.

Действительно, чем-то должен же был заниматься этот человек, чтобы участвовать в светской жизни, набираться опыта, который был использован им при написании его книг, и не мог же он жить литературным трудом (во всех смыслах – ни существовать на гонорары от неопубликованных книг, ни считать свою литературную деятельность – единственной или хотя бы главной своей деятельностью).

Отсюда я заключаю, что Джованни Боккаччо был кем-то большим (в реальной части его жизни), чем только автор известных его трудов, и вполне вероятно, что носил в миру совсем иное имя.

Это не исключает, однако, что когда и если он получил прижизненное признание (во всяком случае, переписывался с Петраркой), то он уже и в жизни стал использовать свой литературный псевдоним как подлинное имя.

Сравните два знаменитых портрета Боккаччо. Неужели это - один и тот же человек? Посмотрите на форму носа. На линию щеки и подбородка. Как проходит линия от лба к щеке в районе глаз. Разве это - один и тот же человек?

Про многих писателей более поздних времён мы знаем, что их литературные псевдонимы постепенно превратились в их подлинные имена. Таковы Вольтер, Мольер и многие другие.

Марк Твен: Сэмюэл Ленгхорн Клеменс
Льюис Кэрролл: Чарлз Лютвидж Доджсон
Джордж Оруэлл: Эрик Артур Блэр
Жорж Санд: Огюст-Амандина-Люсиль Дюпен
О. Генри: Уильям Сидни Портер
Вольтер: Мари Франсуа Аруэ

Из российских авторов

Максим Горький: Алексей Максимович Пешков
Анна Ахматова: Анна Андреевна Горенко
Корней Чуковский: Николай Васильевич Корнейчуков
Аркадий Гайдар: Аркадий Петрович Голиков
Самуил Маршак: Самуил Яковлевич Маршак (писал также под псевдонимом Доктор Фрикен)
Демьян Бедный: Ефим Алексеевич Придворов
Александр Грин: Александр Степанович Гриневский
Борис Акунин: Григорий Шалвович Чхартишвили
Максим Богданович: (белорусский поэт) — Максим Адамович Богданович, но ранние вещи подписывал псевдонимами вроде Максим Криница.
Антоша Чехонте: Антон Павлович Чехов (один из десятков псевдонимов Антона Павловича)
Ильф И. и Петров Е. : Илья Арнольдович Файзильберг и Евгений Петрович Катаев.


Но мне пришла в голову вот ещё какая мысль.
А не был ли Франческо Петрарка ещё и тем самым Джованни Боккачо?
Переписываться с самим собой да ещё и разными почерками - это тоже вполне возможный розыгрыш.
Скажете, что это глупо и смешно?

Ну я не буду слишком категорически оспаривать это.

Только разыщите в интернете портрет Петрарки и сравните с портретом Боккаччо.