2. Синяя рыба

     С синей рыбой было много загадок. Мальчик ходил на странный прямоугольный пруд ловить рыбу.  Он думал, что поймает там карасей, тем более, что они жили в нешироких каналах парка, расположенного рядом. Впрочем, пруд и был тоже частью парка, только в месте, куда никто не ходил, ну может случайно и ходил, просто там не было интересных мостиков, запруд, лесенок, сбегающих прямо в каналы. И по каналам можно было ездить на лодках, которые выдавали напрокат на лодочной станции парка. Зачем мальчик решил, что там будет жить рыба, непонятно, тем более, что глубина пруда была сантиметров семьдесят, а в наших зимах рыбе выжить с такой глубиной трудно. Но мальчику нравился участок берега, поплавок неподвижно стоял в воде и вообще весь пруд казался вымершим. Но эта загадка и заставляла мальчика надеяться на поимку чего-то особенного. Обычный вроде бы берег, разве что уступы делают сидение на берегу очень удобным. Ваще-то на рыбалке не обязательно ловить рыбу, можно сидеть, смотреть на солнечную дорожку, поглощающую поплавок, слабую рябь воды, и отключаться. Такое состояние люди часто называют медитацией. И вправду – время останавливается, сознание растворяется в потоке бытия, не цепляясь ни за что, проблемы отцепляются, отцепляются и разные болезненные зажимы в теле. В целом так, за что мудрые люди и ценят рыбалку.
     Загадка пруда не давала покоя, и мальчик, когда было время, то есть не надо было читать книги или идти с друзьями играть или куда ещё, или когда брала мама куда-нибудь, ну когда можно было никому не сказать, куда пошёл, отправился туда. Пруд был окутан тайной, и поход к нему тогда как-то заставлял хранить тайну. Сидеть без поклёвок быстро надоедало, но на часок обычно терпения хватало, уж очень живописное было место. Вот и лето подходило к концу, и на пруду ничего не происходило.
     И, как случается обычно, однажды произошла спокойная, но сильная поклёвка – поплавок немного погрузился, побыл в таком положении секунд пять и медленно пошёл вдоль берега. Когда подсекать, мальчика учил ещё дедушка, и он по всем правилам сделал подсечку, после которой появилось ощущение, что произошёл зацеп, так как рыба, не обращая внимания на то, что она уже на крючке, продолжала своё движение туда, куда направлялась. То, что мальчик тянул её к берегу, на неё не действовало. Чтобы не оторвать леску, пришлось идти за ней. Так как пруд был прямоугольный, рыба приплыла, в конце концов, в угол, где было совсем мелко. Понимая, что вытащить рыбу на берег не удастся – просто порвёшь снасть – мальчик вошёл в воду и бросился на рыбу, удерживая её на крючке. Рыба не делала резких движений, она, видимо, привыкла к спокойному состоянию пруда и не знала, что существуют рыболовы. Рыбу схватить ему удалось, - правда, не сразу – со второй попытки, он не ожидал, что она настолько большая. Выйдя на берег мокрый, весь в тине и водорослях, ещё с него падали какие-то жуки, улитки, и на ногах, весело извиваясь, сидели три пиявки. Кто не знает – пиявки очень быстрые, когда на охоте; они мгновенно нападают из засады и намертво присасываются. Мальчику пиявки были неприятны, но из учебников он знал, что они оказывают лечебный эффект, поэтому не стал обращать внимания на них.
     Рыба оказалась похожа на карпа, сазана, линя и карася, определить её было невозможно, а самое интересное, что она была ярко синей. Она открывала рот, вращала глазами, но никаких звуков не издавала. Пару раз прыгнув, она обречённо успокоилась. Красивая огромная рыба, примерно килограммов на восемь, так показалось мальчику. Почему же сколько он туда не ходил, не заметил никаких признаков этой рыбы, ведь рыбы пускают пузыри, шевелят водоросли, объедая с них вкусных улиток, создают водовороты, волны и при движении под водой, да и просто плещутся, когда им весело. Мальчику стало казаться, что он понял загадку пруда и этой рыбы. Читая много фантастических рассказов, мальчик знал, что существуют пространства с другими измерениями и рыба могла просто сдвигаться во времени и пространстве, изменяя его континуум, попадая в другие измерения, ну вот как сейчас в наше. Зачем ей было это нужно, он доподлинно не знал, но предполагал, что рыба является рыбным эмиссаром других цивилизаций и появилась здесь, чтобы обследовать пруд и всех живущих на Земле. Мальчику ещё показалось, что рыба на него не обижается, и даже он ей нравится, и она понимает, что люди на Земле другие, они не понимают рыб, добывают рыб, чтобы потреблять в пищу. Рыбы привыкают к гибели сородичей; это поимка их на удочки, в сетки, отравления водоёмов, и особенно жутко бывает рыбам в закрытых водоёмах, когда зимой заканчивается в воде кислород и разум отключается, рыба впадает в оцепенение и порой задыхается. Поэтому рыба не обижалась на мальчика и не видела в нём врага, - ну вот такие они, люди! видимо, переделать их нельзя.
     Рыба лежала на траве – огромная, красивая, волшебно синяя. Мальчик вдруг понял, что любит её. Ведь любят люди котяточек, птичек, лошадок, да и разных других животных. Мальчик поцеловал рыбу в голову, взял в руки и решительно понёс её в воду. Зайдя в пруд, по пути подцепив ещё несколько пиявок, он опустил рыбу в воду, подвигал её, чтобы вода омыла быстрей жабры, и отпустил руки – рыба не уплывала, она продолжала двигать жабрами, открывать рот и смотреть одним глазом на мальчика. Она мысленно спрашивала его: «А что ты скажешь дома? Когда спросят, где улов?». «Мне всё равно не поверят, что я тебя поймал, а такую, как ты, может и есть не будут, поэтому отправляйся по своим делам». «Спасибо тебе, ты мне понравился, приходи иногда на этот пруд, и я приду к тебе».
     Расставшись с рыбой, мальчик задумчиво пошёл домой; он знал, что в этом пруду больше не удастся ничего поймать.
     Мальчик долго не ходил к пруду, и когда всё же решил зайти туда, как обычно с удочкой, обнаружил, что воды в пруду осталось от пяти до пятнадцати сантиметров, водоросли упали, пиявки пропали, а улитки попрятались, потому что местным воронам очень нравятся улитки, и когда водоём мелеет, они поедают всё, что движется, раскалывая улиток и ракушки своими крепкими клювами. Мальчик испуганно стал искать глубокое место, надеясь, что его подруга туда спряталась, или место, где много ила, куда, к примеру, любят зарываться карась и вьюн, но ничего не нашёл и огорчённо ушёл, и не ходил больше до весны на пруд.
     Мальчик на следующий сезон решил сходить на загадочный пруд, на всякий случай он взял с собой удочку и кусок хлеба, червяков поленился копать. На хлеб рыба любит клевать, он и на крючке хорошо держится, только когда ловишь на хлеб, надо быстро подсекать, иначе рыба успеет выплюнуть крючок. На самом деле в пруду кипела жизнь, какие-то рыбки хватали мошек, севших на воду, чмокали, обсасывая ряску, и конечно плескались. Закинув удочку, мальчик быстро наловил сытых карасей граммов на 200-350.   Удивлённый и довольный, стал сматывать удочку и тут увидел свою давнюю подругу – большую синюю рыбу. Она подплыла к сонному берегу так, что половина её высилась над водой, огромная спина блестела мокрой синей чешуёй. «Здравствуй!», - сказал ей мальчик, предварительно оглядевшись вокруг – не увидит ли кто, как он разговаривает со своей давней подругой -  но вокруг никого не было. Рыба пошевелила жабрами и в голове у мальчика возникло слово «привет!». «Я очень рад тебя видеть, мне думалось, что я тебя потерял, когда из пруда ушла вода. А скажи, откуда здесь взялись такие крупные караси, ведь за одну весну так вырасти невозможно?». «Ну, я телепортировала их для тебя из одного глухого водоёма в Сибири. Там перенаселение карасей, их никто не ловит, для водоёма это будет только лучше, это позволит лучше расти остальным, а количество они нагонят и перегонят следующей весной». «Спасибо! Я никогда в жизни не ловил так удачно. И всё же, что значит «телепортировала»? Я читал про это, но учёные пока что добились телепортировать электрон, а тут столько карасей?» «Не парься, ваши учёные всё равно не смогут и не поймут. На нашей планете – цивилизация рыб. Та красная рыба тоже живёт на нашей планете, мы и обратили на тебя внимание, потому что ты её отпустил». «Как фантастически и как интересно! А можно немного увидеть вашу планету, или хотя бы можешь рассказать про неё? А пока, поешь вот печенья, я его брал с собой. Давай я тебе его покрошу». «Давай, покроши, только я его съем с руки, мне не очень хочется мочить вкусное печенье в прудовой воде». Мальчик покрошил в ладошку всё печенье и сунул руку ко рту рыбы. Рыба стала рассказывать и одновременно есть печенье. Рыбы так могут, им не надо говорить, они используют телепатию и язык тела, ну ещё они издают особые звуки, но они скорее сигнальные, чем для общения. Так вот оказалось, что перемещаться на большие расстояния не так сложно. Мир планеты рыб, конечно, состоял из океана,  да и вся планета была океан с огромным количеством маленьких скалистых островов. Гравитация была такая же, как на Земле, но планета вращалась в три раза быстрее, поэтому все возникающие крутые острова размывало, а из-за горячего ядра происходили движения литосферных плит, вызывающие горообразование, которые, конечно, также размывались; бывали и столкновения плит, вызывающие цунами и землетрясения, но рыбы заранее всё это чувствовали и уплывали в безопасные места. Средняя температура  была, как на Земле. Звезда имела почти такой же тип, как и Солнце, разве ещё было на пару миллиардов лет моложе, соответственно и планета была моложе, и все моря получились такими ювенильными праморями, не было ещё мелового вымирания, а на суше, кроме земноводных, ещё никто и не развился, пожалуй, из-за этих образований суши. Вот такая получилась экзопланета. Конечно, со временем образовалась и рыбья иерархия; какие-то виды стали прогрессировать, какие-то – деградировать. Вот сейчас во главе находятся красные – тебе уже знакомые – рыбы и синие. Ну, синие – это как я. Нас очень мало. Мы постоянно заняты изысканиями в области психотехники и в области физики, у нас нет, как у вас, рук, поэтому мы используем телекинез. Используя его, мы надеялись применять техники телепортаций, по принципу суперпозиции электрона, как говорят ваши учёные. Нам не нужны компьютеры, столько места и построек, нам хорошо в океане, а вся информация прошлого и будущего уже существует, как говорил ваш учёный Вернадский, в ноосфере. Мы вообще знаем всё, что происходит во вселенной. В развитии мы пошли по отличному от вас пути, мы не учимся и не изучаем, мы уже знаем всё. Есть у нас виды рыб, которых много, они, в основном, мелкие и размножаются с большой скоростью, но они недолго живут, очень заняты размножением и питанием, и для развития способностей у них уже не остаётся времени. Есть виды рыб больше нас, но они нас не трогают, относятся к нам, как к своим хозяевам. Вот у вас есть большие собаки, но они не трогают хозяев. В нашем мире нет никакой эксплуатации; по классификации формаций, принятой у вас,   мы живём в коммунизме. Конечно, у нас есть рыбы, идущие на корм, но их много и они не развитые. Однако для всех есть условия жизни, океан бесконечно богат ресурсами. Нам не надо ничего добывать, мы только живём, всё утилизирует и даёт океан. Когда нужно отвести от планеты метеорит или выброс звёздной плазмы, мы собираемся и вместе генерируем силовое поле, позволяющее изменения движения метеоритов или звёздного ветра. Перемещая предметы, мы не нарушаем пространственно-временной континуум и закон сохранения массы и энергии. Высшие рыбы – это как я и как красная – живут долго и всю жизнь растут и развиваются в области телепатии и использования внутренних свёрнутых пространств или, как говорят люди, измерений. Мы переместили на вашу планету жёстких каменных рачков, которые ползают по дну и поедают низших паразитов, почему-то на вашей планете их оказалось много, а у вам мы поделились такими нежными слизнячками, нам они очень нравятся и у нас они хорошо прижились. Чтобы переместить тебя на нашу планету, надо хотя бы десять таких же, как я, рыб. Одной мне не хватит сил. Давай ты иногда приходи на этот пруд, я буду посылать тебе карасей, и может как-нибудь приплыву к тебе со своими подругами, чтобы отправить тебя к нам на планету». «Ты рассказала так интересно, это было бы удивительным исполнением мечты – побывать у тебя. А что я могу сделать для тебя?» «Ты просто живи, люби рыб, оберегай водоёмы и этот пруд, чисти его, сажай там ряску и стрелолист, сусак и рогоз. Вылавливай карасей, а то они размножатся и измельчают. Ты же знаешь, когда рыб становится много в водоёме, они мельчают?» «Да, знал, читал об этом, у них вырабатываются ингибиторы, чтобы не росли сородичи, а у сородичей - чтобы не росли они,  и поэтому мельчают все». «Да, так. Ну, я пойду, то есть поплыву через кротовую нору, как говорят ваши учёные, она подойдёт уже через несколько секунд», - произнесла телепатически рыба и исчезла.

     На улице кто-то стал громко заводить машину, и потом у него включилась сигнализация. Мальчик проснулся. Он не стал пить чай, оделся и побежал в парк. За день он обежал все парки города, но не нашёл пруда. Он пересматривал карты с панорамным обзором, но похожего не было. Этого странного мальчика люди стали встречать возле водоёмов, где он, по грудь в воде, с граблями чистил дно, собирая мусор и ил, и на тачке отвозил в заросли. Когда падала вода, мальчик уезжал на пойму озера и лопатой прокапывал заилившиеся устья ручьёв, да и просто делал ручейки из глубоких луж и мелких озерков, чтобы выросшая за лето молодь уходила в большую воду. Бывало у него спрашивали, что он делает и почему, мальчик старался не отвечать, но когда приставали, говорил, что его взяли на работу рыбы, и он спасает их и их детей. Кто-то прикалывался и спрашивал: «А что платят?» «Да ничего, - отвечал мальчик и добавлял, - у рыб нет денег. Им не нужно».