Селёдочка...

Жаркий африканский день позади. Экватор. Двенадцать часов день, столько же - ночь. В шесть вечера внезапно наступают густые сумерки, и вместе с этим -долгожданная прохлада. Улицы, город - всё оживает.
 
В открытых кафе на набережной - свет керосиновых ламп, которые горят необычайно ярко. Это "неоновое" свечение для меня до сих пор остаётся загадкой: может быть подсыпают в керосин копру кокосового ореха или, по слухам, пальмовое масло, но, в общем, освещения вполне хватает...

Я написал "кафе", - а по нашему - так это просто забегаловки. Длинный стол из грубо обработанного, но красного, дерева, такие же скамьи вдоль него. Полноватая продавщица с коричнево-кофейным лицом и неизменной улыбкой.

Заметив нас, хозяйка "заведения" машет рукой, приглашает, при этом в глазах её неподдельное счастье.

Это тётушка Балинда (как позднее выяснилось, в переводе с суахили это означает «терпение», «стойкость», «выносливость»), что необычайно подходило к её облику.
Полнеющая фигурка, окутанная в шелковистую цветастую ткань, платье - похожее на индийское сари. На голове - подобие женской шляпки, напоминающее огромный тропический цветок.

Наша маленькая мужская компания из советского представительства в составе консула Бориса Сергеевича, завхоза Васи, ну и доктора - это я.

Наперебой отзываемся:
- Добрый вечер, Балинда! Как дела? Как здоровье? Как твои дети?

На ломаном английском она отвечает:
- Да всё хорошо! Слава Богу! Муж и дети здоровы.

Не торопясь усаживаемся за стол, и тут же появляются холодные, запотевшие бутылки с пивом нестандартного размера: только здесь, в Африке - 0,65 л.

Как это возможно? На экваторе - к полудню за сорок в тени - холодная, от которой немеют зубы, жидкость...
 
Всё просто: за примитивным прилавком у забора закопана старая английская чугунная ванна, в которой бутылки пива лежат в кусках льда, накрытые пальмовыми ветвями: это даже лучше холодильника!

От первых глотков наступает умиротворение. Почти расплавленный солнцем организм охлаждается изнутри. Не хочется говорить, каждый думает о своём. Я смотрю вдаль поверх серого песка, вдалеке - океан с яркими, неизвестными в северном полушарии, созвездиями.

После первого, медленно выпитого, стакана наступает неведомое ранее чувство отрезвления. Мысли приходят в порядок - наступают покой и блаженство. Можно остановиться, подумать, вернуться в этот мир снова...

С соседних столиков слышна ненавязчивая негромкая музыка - смесь местных мелодий с нотками танго и американского джаза...

Мисс Балинда вкрадчиво вторгается в нашу мужскую компанию и предлагает:
- Может быть, джентльмены хотят чипсов? Креветок? Или тушёной козлятины?

Нет, этого мы уже  давно наелись.

Неожиданно наш завхоз Василий Иванович заговорщически говорит:

- Ребята, у меня для вас сюрприз.

Он достаёт из пакета пластиковый контейнер, а там... - аккуратно нарезанные радужные  ломтики серебристой селёдки, искрящейся в свете фонаря, вперемешку с кругляшками репчатого лука.

Смотрим на это чудо, рот наполняется слюной...

С замиранием сердца, говорю:
- Откуда это, Вася?

Он сбивчиво докладывает:
- Жена купила у рыбаков нашего сейнера в порту и засолила по старому бабушкиному рецепту.

Руки сами тянутся к этой вкуснятине. Умопомрачительно!!!

Российская глубинка перед глазами: снег, три белых коня, баня и берёзовый веник. Всё сразу!

И тут наступает кульминация! Этот, блин, Василий Иванович достаёт из пакета горбушку чёрного бородинского хлеба.

Мы с консулом почти рыдаем от восторга!

- Откуда? - со слезами на глазах говорю я.

- Оттуда! Дипломат наш проезжий угостил!

Всё! Больше нет слов. Вы не поверите: но это СЧАСТЬЕ!

Быстро - кусок за куском - поглощаем селёдку с чёрным хлебом. На дне пластикового контейнера остаётся лишь несколько кусочков...

С вопросительными физиономиями смотрим друг на друга.

И тут вспоминаем: "Дорвались дармоеды... А как же наша милая хозяйка? Где наше русское хлебосольство?"

Наперебой обращаемся к мисс Балинде:

- Попробуйте, уважаемая! Это настоящее русское блюдо - селёдка. Вам понравится!

С любопытством, но с опаской, она склоняется над контейнером, разглядывая кусочки сельди: что же там так нас взволновало?

И, наконец, полная недоумения, выдавливает из себя:
- Что это?

Наш консул безапелляционно говорит: "Это русское национальное блюдо. Селёдка. Солёная рыба. Попробуйте! Это невероятно вкусно!"

Повинуясь его настойчивости, она откусывает маленький кусочек и тут же выплёвывает его на песок. Извиняющимся голосом говорит:

- Что это, сэр?
- Fish, - улыбаясь сообщает Борис.

Глаза хозяйки округлились:
- Неужели вы едите сырую рыбу?

Мы онемели.

- Джентльмены! Её нужно поджарить или сварить. Только тогда можно есть!

Мы замолчали, не смея ей противоречить и обидеть, - она была права - мы едим сырую солёную рыбу.

И всё же домой возвращались в приподнятом настроении - вечер удался!

А я подумал, что и в местной кухне есть блюда, непривычные нам, и их невозможно есть без специальной подготовки. Но об этом в следующий раз...