Байрон и Серафим Саровский

(А ведь и они были современниками. 

И вот, моя фантазия и здесь тоже несется. 

Парадокс в том, что у нас, в Европе, все слишком разделено. 

Бердяев очень справедливо писал, что Пушкин, бывший современником Серафима -  не знал о нем.   

Байрон - это “история западно-европейской литературы”; поэт, романтик, воспевал свободу личности в своей поэме Чайлд-Гарольд, договаривался и до оправдания Каина, поэтически приближался к образу сатаны. Женился на богатой аристократке - с которой потом развелся со скандалом. Потом были скитания заграницей, пустая жизнь в доме на берегах швейцарского озера - описанная Мэри Шелли. Под конец он пошел воевать за свободу Греции, где и умер от болезни. Ему было 36. 

И все же - его стихи, поэмы Чайльд-Гарольд и Шильонский узник - гениальны, и на многое повлияли. 

На фоне Серафима - его жизнь промелькнула, как метеор. Серфами был старше на 30 лет! А умер в 1830-е годы - почти в 80...   

Всю свою жизнь он молился и постился. 

А еще говорил своему ученику Мотовилову, что цель христианина не столько в добрых и посте самих по себе, сколько в стяжании Святого Духа.

А потом возложил руки ему на плечи - и тот испытал это на себе. О чем он и пишет.

Здесь мы уже говорим о “другой рубрике”  - церкви.

Как эти два мира связаны?   

Ведь все это Европа и все это земля в начале XIX века? 

Да, моя фантазия не может не лететь.) 

 

Байрон с самого детства чувствовал что-то необычное

   

В снах и видениях - он почему-то видел какого-то монаха в монастыре или даже просто в лесу. 

Он не рефлексировал о том, где это было. Но быстро к этому привык душой.   

Это его поддерживало.

А ведь жизнь его была разной... У него была болезнь ноги, так что он потом всю жизнь хромал. Родители - бедны, хотя и были лордами... Он познавал жизнь, читая книги - влюблялся к кузин, писал первые стихи. 

И все это время знал - что за него кто-то молиться. 

И чувствовал - дух, некую основу, связь с другим, связь с Богом.   

Но при этом - словно призрачную, еле-уловимую, во сне.

Шли годы.

Он был уже знаменитым поэтом. 

Да, он писал стихи о Каине и сатане. 

Но все это было - просто нацеленным на эпатаж. 

Для него Бог - был слишком аристократическим, британским, вот в него он и бил. 

Он хотел свободы.

Хотел выйти за пределы человека...

Так что к концу жизнь уже ни во что не верил.

Лишь в свободу человека.   

Да, этот путь может приводить к пустоте. 

Но это - неизбежно. 

Его не устраивало, что вся картинка нашей жизни - небо, земля, человек - вроде бы требует гимна их создателю. 

Именно эта визуально-бытийная картинка его и не устраивала.   

Потому что - широк человек. 

И разве сам Бог - тоже не шире? 

И тоже не разрушит однажды эту картинку? 

 

С другой стороны - до самой своей смерти в Греции - он каждую ночь видел во мне монаха  и его молитву. Что будет в “том мире”? Бог монаха или полная свобода? Он этого не знал. 

 

Серафим тоже стал видеть и чувствовать этого очень странного британца 


Бог послал ему это в смирение - что вот, мол, не гордись - ты мог бы быть таким?

Жизнь Серафим была - по сравнению с “шумным” известным на всю Европу Байроном - “скучной”...   

Родился в семье богатого купца в Курской губернии. 

Часто болел и его - как он об этом рассказывал - исцеляла Божья Матерь. Она и наставила его на путь монаха.

Так что он постригается. Живет в монастыре, а потом и в лесу, в скиту.

Однажды он на долгое время, три года, живет в полном уединении и молчании

Потом выходит из него и принимает посетителей, в том числе и того самого  Мотовилова, которому он говорил и даже явил Святого Духа. 

Он видел Байрона  - и когда тот писал своего Чайлд-Гарольда, и когда писал о Каине и сатане, и когда вел пустую жизнь в доме на берегах швейцарского озера.

И откровенно ему завидовал. 

Можно списать это на сатану... но тем не менее... 

Что же такое Бог?

Этот безбожник “ревет” - о полной свободе.

Всеми своими стихами и своей жизнью. 

Да, в ней есть тупики, но этот Байрон верит в человека...  разве можно не верить при этом и в Бога, ведь Христос - Богочеловек?

Серафим говорит о стяжании Святого Духа. И он в это верит. 

Но для таких людей, как этот Байрон - все это всего лишь заблуждение...

Ты слаб здоровьем. Ты родился в семье купцов, даже не аристократов, - в неграмотной несвободной стране.

Вот тебе и остается - “копать в душу” - до полного пердела, до полубезумия, верить в чудотворные иконы. 

И все же...

И Серафим тоже верил в человека и его силу.

Просто - духовную  и очень односторонне. 

Он занимался “практической психологией”.

Он “копал” в себя и в Бога - насколько это было можно в несвободной империи. Так бы думал об этом Байрон.

И разве он не прав? 

Разве мы сегодня тоже бы так не думали? Проблема просто в том, что нас пугает сфера церкви, православия, мы испытываем перед ними ужас - и мы не хотим брать на себя “право на суд”, а за этим - вековой страх наказания (в империи уголовно наказывали за “отпадение”). 

Уже после 1861 года - люди изменяться.

И купцы тоже. Они будут  ценить знание и искусство. 

Вот часто забывают, говоря о Серафиме.   

Он духово выживал - как мог.

 

После смерти Байрона он сильно погрустнел и еще больше молился.

Но все равно верил, что человек - а не только Бог - есть, и что он свободен. 

 

 

 

 

 

 

2 августа 2026 года,

Петербург