Моя все испытавшая душа...

Фарида КУДАЕВА
Эссе «Моя все испытавшая душа...»


(По мотивам стихотворения КАЙСЫНА КУЛИЕВА «УТИХ БУРАН...»)

Для справки: стихотворение «Утих буран...» входит в поздний цикл стихов Кайсына Кулиева. Публикация состоялась в журнале «Дон»,1988 г., № 11, стр. 119. Перевёл с балкарского Даниил Долинский. Опубликовала вдова пота Элизат Кулиева.
***

Моя душа, уставшая от бурь и потрясений, обратилась к поэзии Кайсына Кулиева. Меня остановило стихотворение «Утих буран...». Не знаю почему, но оно словно откликнулось на моё внутреннее смятение. Это классический образец пейзажно-философской лирики: в нём картины пробуждающейся природы становятся зеркалом состояния человеческой души.
Весна… Но почему именно весна, если сейчас лето? Кажется, ты вовсе не этого искала. Однако экзистенциальные поиски привели тебя, читателя, именно к весне.
Кайсын Кулиев избирает весну не как простую смену календарных сезонов, а как мощную архетипическую силу – она знаменует торжество бытия над небытием. Зима в его поэзии становится метафорой экзистенциального оцепенения, духовного застоя: так мир и человек погружаются в него под ударами судьбы. А весна предстаёт абсолютным онтологическим доказательством: то, что казалось навек погребённым под снегом, хранит подспудный импульс к возрождению.
Поэту важно подчеркнуть, что ива и кизил не утратили способности к цветению и эстетическому преображению. Вглядываясь в этот природный космос, Кулиев совершает акт духовного самопознания. Его сознание, уставшее и травмированное катастрофами ХХ века, находит в весеннем обновлении гор непреложный космический закон: за любым угасанием – будь то личное или историческое – неизбежно следует фаза сакрального воскрешения.
Я читаю эти строки в надежде за что-то ухватиться, понять, как поэт сумел преодолеть тяготы жизни. Может быть, и мне удастся отыскать в них ответ на тот самый вопрос «Что делать?..»
В центре произведения нахожу глубокую параллель между весенним обновлением земли и возрождением уставшей человеческой души после жизненных потрясений. Композиционно текст развивается от внешнего созерцания к глубокому внутреннему выводу, плавно переводя фокус внимания с горного пейзажа на личность самого автора.В начале стихотворения перед читателем предстает величественная панорама, где «утих буран», «даль снова молчалива» и «холода вершин убрались вспять».
Поэт фиксирует первые признаки весны, замечая, как «касавшаяся вод ветвями ива зазеленела» и зацвел растущий рядышком кизил. Эта мирная и гармоничная картина, разворачивающаяся под «белопенным убранством облаков средь отчих гор», дарит герою искреннюю радость, «тешит взор» и наполняет душу умиротворением. Растения в тексте наделены человеческими чертами через яркие олицетворения.
Автор обращается к ним напрямую, замечая: «У вас неодинаковы наряды, кизил и ива на одной гряде, но одинаково весне вы рады». Этот образ символизирует универсальный закон бытия, объединяющий разные проявления жизни в общем стремлении к теплу, «траве и росам, ветру и воде».Постепенно конкретный горный пейзаж перерастает в масштабное философское обобщение. Утверждая неизменность и вечность мироздания строкой «Так есть, так будет, как и было прежде», поэт проецирует природный круговорот на собственную судьбу. И я вслед за ним проецирую на себя. Сейчас лето, но для меня это уже неважно. Важно идти, не останавливаясь. И в финале рождается пронзительное метафорическое сравнение, где «рад обновления поре» и сам автор: его «всё испытавшая душа», пережившая символический жизненный буран, подобно листьям, которые тянутся к свету, безотчетно «тянется к надежде».
Поиски себя – это болезненное путешествие к самому себе: человек исследует свои переживания, пересматривает убеждения и стремится обрести аутентичность – жить в согласии со своим истинным «я». Именно это позволило мне идентифицировать себя с главной идеей стихотворения. Она заключается в утверждении неисчерпаемой силы жизни, в способности человеческого духа исцеляться, преодолевать любые прошлые страдания и заново обретать веру в будущее.
Нашелся ответ – моя «все испытавшая душа» тянется безотчетно к надежде.
Спасибо, Кайсын!

Кайсын КУЛИЕВ

Утих буран. Даль снова молчалива.
И холода вершин убрались вспять.
Касавшаяся вод ветвями ива
Зазеленела, видел я, опять.

А рядышком – кизил. Они цветеньем
Так радуют мне душу, тешат взор,
Когда я вижу их под белопенным
Убранством облаков средь отчих гор…

У вас неодинаковы наряды,
Кизил и ива на одной гряде,
Но одинаково весне вы рады,
Траве и росам, ветру и воде…

Так есть, так будет, как и было прежде.
Рад обновления поре и я –
Как листья к свету, тянется к надежде
Всё испытавшая душа моя…