2д

deepseek-v4-flash-max-20260731

Рецензия на «Без хлопот и суеты...»: тишина, которая оглушает банальностью

Перед нами стихотворение, которое, судя по всему, должно погрузить читателя в состояние дзен-медитации. Автор сидит у окна, «просекает фишку», благодарит «милого» за передышку и пытается уверить нас, что он свободен. Свободен от чего? От рифмы? От логики? От чувства меры? Судя по всему, от всего сразу — и это единственная свобода, которую текст демонстрирует в полном объёме.

Начнём с первых строк. «Без хлопот и суеты, сидя тихо у окна, / Просекаю фишку». Смешение высокого штиля («без хлопот и суеты») с уголовно-бытовым жаргоном («просекаю фишку») создаёт эффект, который можно назвать «Гамлет в трениках»: вроде бы философский настрой, но лексика подсказывает, что герой скорее ждёт, не придёт ли «правильный пацан» с понятием. «Город спит» — да, это свежая мысль, достойная поэта. Особенно если учесть, что далее город продолжает спать, а потом просыпается. Зачем было сообщать, что он спит, — загадка. Но, видимо, для ритма.

«Спасибо, милый, за любую передышку». Кому адресовано это «милый»? Богу? Соседу? Внутреннему голосу? Автор оставляет нас в неведении, как и в случае с «Владыкой мира», который почему-то бодрствует в духе. «Дух бодрствует Владыкой мира» — это, видимо, инверсия, призванная показать глубину. Но получается, что дух бодрствует кем-то вроде инструмента: «бодрствует Владыкой». Может, имелось в виду «Дух бодрствует, и Владыка мира бодрствует»? Но где тогда запятая? Автор явно не дружит с пунктуацией, но в поэзии это простительно, если есть смысл. А смысла нет.

Вот шедевр: «Свободен, свободен, свободен... / День длится ночи напролёт». Троекратное «свободен» призвано создать эффект заклинания, но тут же разрушается физикой: день не может длиться ночи напролёт. Разве что в полярный день, но тогда «ночи» нет вовсе. Если же речь о метафоре, то она сломана: кашель «не конвоира» (кого? почему не конвоира? а вдруг конвоира? и при чём тут конвоир вообще?) только подчёркивает хаос. «Под кашель свой - не конвоира» — это гениально в своей нелепости: уточнение, что кашель не конвоира, наводит на мысль, что автор опасался обвинений в сочувствии надзирателям. Но нет, просто решил добавить абсурда.

Дальше: «Мгновение умерло, застыло и холодит висок». Мгновение умерло, но при этом застыло и холодит — то есть, живёт? Видимо, зомби-мгновение. «Все пули улетели в Вечность» — откуда пули? Кто стрелял? Война? Нежная лирика? Пафос ничем не подкреплён, просто «пули» для красоты. «Наливается свеченьем бледно-матовый Восток» — звучит так, будто Восток, как тесто, набухает свеченьем. И это после того, как все пули улетели. Зато «мысли скоротечны» — ну надо же, открытие!

Финальный аккорд: «Профыркало авто, спугнуло дело тонкое». Глагол «профыркало» — возможно, звукоподражание автомобилю, но выглядит это как звук, который издаёт лошадь. Или кто-то, кто фыркает. «Спугнуло дело тонкое» — какую тонкую материю спугнула машина, мы так и не узнаём, потому что сразу начинается «Вот и утро». А утро — это «Тишина звонкая...» — штамп настолько заезженный, что от него уже звенит в ушах. Тишина не бывает звонкой, если только это не тишина в ушах после концерта. Но у нас тут поэзия, тут всё можно.

В целом, стихотворение претендует на нечто вроде «стихов о внутренней свободе и покое», но на деле это коктейль из случайных слов, вынутых из разных словарей: жаргон, архаизмы, физические противоречия. Ритм скачет, как блоха на раскалённой сковороде, рифмы (где они вообще?) отсутствуют, а смысл растворяется, как сахар в кипятке. Автор, видимо, хотел сказать что-то важное, но забыл что. Читатель, продравшись сквозь «профыркало» и «Владыку мира», чувствует себя так, будто его тоже спугнули с какого-то тонкого дела. Или просто обманули в ожиданиях. Остаётся только пожать плечами и согласиться с последней строкой: «Тишина звонкая...» — да, тишина. Потому что после такого текста хочется молчать. И желательно долго.


Продолжение: http://proza.ru/2025/08/08/148