3МЭ-2026 на Северный Урал. День 2. 27. 06. 2026

Третья Международная Экспедиция 2026 на Северный Урал.
День 2 (27 июня 2026 г.)

;;; ОТЧЁТ ;;;

================================
День 1 (26 июня 2026 г.): http://proza.ru/2026/07/26/1480
================================

6:50. «Нас утро встречает прохладой, нас ветром встречает река…» Второй день наступил, ура! Теперь уже мы чётко осознавали то, что всё это не какой-то сон, не наши мечты, а оно происходило здесь и сейчас, наяву и непосредственно с нами. Также осознавали и то, что впереди ожидали насыщенные событиями тяжёлые будни с ошеломительными открытиями, – в общем, те самые будни в самых диких условиях, которые можно было только себе представить, о которых мы так долго грезили, продумывали в них всё до мельчайших деталей и т.д. и т.п.

8:00. Осуществили ленивый подъём, никто почему-то не собирался куда-то спешить. Умывание. Зарядка по инициативе. Завтрак. Всё как положено.

В этот день нам нужно было пройти до стоянки в криволесье под перевалом Дятлова, что составляло по расстоянию порядка 17 км. К сожалению, а может, и к счастью, претворить в жизнь сию главу маршрутного плана в полном объёме части экспедиционного отряда не удалось. В эту часть прежде всего входила 2-я группа, то есть я (Александр Жаворонков) и Владимир Глотов. Ну и к нам присоединились ещё два экспедиционера из группы №1, об этом чуть погодя.

Мы ещё заранее, до предстоящего похода, переживали и терзали себя мыслями о том, что этот день будет убийственно тяжёлым. И не напрасно переживали. А причиной тому всё тот же вес ноши, который нас изматывал до предела в течение всего второго дня, а затем и третьего и так далее. К тому же, помимо этой тяжести, ситуацию осложнял затруднительный крутой и скользкий каменистый подъём на хребет Чарканур. Дорога была местами заболоченной из-за разлившихся ручьёв и труднопроходимой. Впрочем, не будем бегать вперёд-назад, начнём всё по порядку.

10:00. Выдвинулись в путь от Избы в кедровнике по старой лесовозной дороге через североуральскую тайгу. Направление на запад – к перевалу Дятлова – к первой из трёх ключевых точек по маршруту. Надо ли говорить, что эта ныне разбитая дорога тут существует, скорее всего, ещё со времён Ивдельлага. Местами сохранилась гать, построенная заключёнными. Нельзя обойти вниманием, сделана она была действительно на совесть. Брёвна не сгнили за всё это время, несмотря на постоянную здесь влагу и большие перепады температур от зимы к лету. А на отдельных участках даже сохранились протяжённые элементы покрытия. По ним-то и можно было определить, какой тяжёлый и кропотливый человеческий труд был вложен в его создание.

По факту наше путешествие на данном этапе проходило по территории «Ландшафтного заказника «Ивдельский», который раскинулся на площади почти 1400 км2 и тянулся по пути нашего следования до самого горного озера Лунтхусаптур – того, что под Отортеном. Эта особо охраняемая территория была сорганизована в 2013 году для сохранения природного комплекса и мест традиционного проживания коренного малочисленного народа манси. На территории заказника введён строгий контроль природопользования, а также урегулирована система запретов и правовых мер, касающихся данной сферы.

Руководитель экспедиционного отряда Олег Таймень, видя вчерашнее отставание и принимая во внимание, что груз и силы у всех неравны, во избежание растягивания и разбредания команды сразу же принял решение через каждые 5 км делать контрольные точки сбора. То есть мы стартовали с «двадцатки» (20-й километр от скальника с памятной доской "Их было 9" на перевале имени группы Дятлова, от которого идёт отсчёт в сторону Базы Ильича. – Прим. автора) – места нашей ночёвки, где и находится именитая Изба в кедровнике, – следовательно, первая точка сбора – на «пятнашке» (15-й километр). Для обозначения каждого километра волонтёры разместили на деревьях информационные дорожные знаки (знак 6.13) с соответствующим номером. По обыкновению на контрольную точку первыми приходили самые быстрые и ждали всех остальных. Последним приходил замыкающий. Для этого был назначен замыкающий в моём лице. Замыкающий следил за тем, чтобы позади него не было отстающих. Если же таковые были, то он останавливался и ждал, пока отстающие не уходили вперёд него. Замыкающий приходил на контрольную точку – тогда было ясно: вся команда в сборе. Далее – 10–15-минутный отдых, и пошли до следующей контрольной точки. То есть до «десятки» (10-й километр от мемориальной доски на перевале Дятлова. – Прим. автора).

15-й километр (в простонародье «пятнашка». – Прим. автора) находился как раз таки на самой вершине перевала Чарканур. Не хочу повторяться, я уже об этом говорил ранее, но здесь всё же хочу более ширше раскрыть тему второго дня нашего похода. Итак, как уже упоминалось, подниматься на Чарканур было крайне сложно из-за скользких камней, мощных разросшихся корней, местами поваленных деревьев и заболоченных колей с выбоинами; вдобавок приходилось тянуть за собой 40-килограммовые рюкзаки. Кстати, помимо основного рюкзака, у меня впереди, на груди, был ещё маленький рюкзак на 5 кг с дополнительным снаряжением и частью провизии. А ещё бахилы ОЗК на ногах – я надел их сразу, в начале дня, зная, что впереди будет немало заболоченных мест. В этих резиновых нахомутниках было ещё тяжелее идти: неудобно, скользко, выше берцев адски потели ноги, – зато в итоге сухие носки, а это большой плюс. Так что зачёт армейской экипировке в копилку. Многие используют резиновые сапоги в этих целях, но, как по мне, это крайне несподручно: во-первых, это вес и объём, занимаемый ими; во-вторых, они ниже ОЗК-ашных чулок, что ограничивает процесс погружения при переходе через броды или топкие места. Ну а в-третьих, бахилы дешевле, и их не жалко просто выкинуть при ненадобности. Выбор, конечно, за каждым.

Продукты и снарягу несли на 22 дня. Маршрут автономный, пополнять запасы возможности, естественно, не было, а от необходимого комплекта снаряжения, без преувеличения нужно сказать, зависели наши жизни, здоровье и успешный исход дел экспедиции. Да, всё было крайне тяжёлым, как мы ни старались предварительно, ещё до выхода на маршрут, это всё основательно облегчить. Кое-что облегчить, конечно, удалось, иначе бы всё это добро весило ещё больше.

Суммарный набор высоты в этот день составил 443 м. Для тех, кто не знает, каково это удовольствие, разъясняю. Представьте себе, что вы поднимаетесь с самого низа пешком по знаменитой винтовой лестнице на 125-й этаж небоскрёба Бурдж-Халифа, при этом множественное количество раз можно читать стихотворение «Я узнал, что у меня есть огромная семья…» из культового кинофильма, в то время как на вашей спине висит около 40 кг груза. – Этот пример в точности соответствует по высоте и трудозатратам подъёму на перевал Чарканур. Ну, это не так, конечно, сложно, как восходить по северному крутому склону, покрытому сплошным курумом, на гору Отортен. Должен сказать, те ещё испытания. Однако на тот момент они нам только предстояли, до них ещё было довольно далеко. Забегая вперёд, скажу лишь, что Чарканур тогда казался в воспоминаниях детской горкой.

* * * * * * *

Справка о перевале Чарканур

Однако перевал Чарканур – это на самом деле очень тяжёлый не только для пеших туристов горно-таёжный участок, но и для водителей внедорожников, которые нередко используют на этом подъёме лебёдки. По сути, перевал Чарканур – это перевал через хребет Чарканур. Одноимённый хребет вытянулся с севера на юг на 17 км между верховьями реки Лозьвы и средним течением Ауспии, параллельно хребту Поясовый Камень, в состав которого входят такие небезызвестные вершины как Отортен (высшая точка хребта Поясовый Камень – 1234,2 м. – Прим. автора), Холатчахль, Моттёвчахль, Койп и мн. др., а также прославленный перевал Дятлова.

Южная оконечность хребта Чарканур выше северной на 100 м, а высшей его точкой считается гора Южный Чарканур, высотой 741 м, которая отстояла от линии нашего маршрута примерно на 6–7 км в сторону реки Ауспии, то есть к югу.

Хребет почти полностью покрыт густым хвойным лесом: пихтой, елью, сосной, кедром. На втором ярусе наблюдаются также лиственные виды, в основном берёза. Выше 700 м лес сменяется редколесьем и горной тундрой.

Через перевал Чарканур, седловину, ведёт старая лесовозная дорога (по линии нашего маршрута. – Прим. автора), которая проложена в северной части хребта и достигает высшей точки 645 м.

В 1,2 км к северу от дороги, ведущей через перевал, на высоте 713 м находится тригонометрический пункт Чарканур Северный – элемент геодезической сети, служащий основой топографической съёмки местности, а также выполняющий иные функции в геодезических работах.

Манси называют вышеуказанный хребет на водоразделе рек Лозьвы и Ауспии – Сяркынг-Ур, что в переводе означает «гора со следами оленьего стада». Правда, следов оленей мы там не видели, зато встретили следы другого, более авторитетного зверя. Но об этом ближе к вечеру, чтоб пострашнее было. Сохраняем интригу.

* * * * * * *

В какой-то момент, уже не помню в какой, к нам двоим, отстающим, присоединились ещё двое – это ребята из Беларуси, Ирина Толмацкая и Владимир Голуб, – участники первой группы, возглавляемой Теодорой Хаджийской, – тоже порядочно уставшие вследствие недостаточной адаптации в первые дни похода и существенно замедлившие темп.

Одно время отставал также Артём Таранов (единственный участник четвёртой группы), даже плёлся где-то позади нас, периодически догоняя. У него тоже был внушительный груз. Помимо прочего, он ещё нёс пакрафт весом 7 кг в полном комплекте, так как уходил впоследствии на сплав по Унье и Печоре до самого Заполярья. Кстати, в момент написания этого отчёта, он до сих пор ещё на маршруте. По последним новостям, дошёл уже до Нарьян-Мара. Читайте его отчёт, который обещает быть чрезвычайно интересным: вероятно, появится после завершения маршрута, хотя сам Артём говорит, что «финал – бесконечность и далее».

Ну так о чём я говорил-то? А! В общем, шёл себе Тёма, шёл, не торопясь, а потом словно завёл какой-то скрытый от всеобщих глаз пропеллер, как у Карлсона, и улетел вперёд всех. Пронёсся мимо нас, ползущих в хвосте, как разъярённый буйвол, обдав пылающим жаром и водой из луж.

Если на «пятнашку» мы пришли просто измученные, то на «десятке» уже были вымотаны капитально. От 15-го до 10-го километра вынуждены были делать привалы на каждом километре, доходя до очередного километрового знака. Километр от километра давался с ещё большим трудом, рюкзаки оттянули все плечи, лямки врезались в подмышки и удушающе давили на мышцы груди, нестерпимо болела спина. Глаза судорожно искали очередную табличку с числовой отметкой очередного километра, при этом периодически вырывалась дикая ругань, по примеру: «Кто-нибудь видел "тринадцатый" (или "двенадцатый")? Где эта паскуда уже?! Они что, бл…, в шведских милях мерили, что ли?» Ощущение было такое, что каждый из этих бело-синих указателей отдалялся от нас в геометрической прогрессии, словно специально по проделкам каких-то злостных вредителей.

На каждом привале Ирина принималась за истязание своего рюкзака: перекладывала в нём вещи, ругая и мутузя его почём зря. Причём это делала с каким-то отчаянным рвением – силы как будто снова наполняли её в надежде сделать его легче. Но он легче от этого не становился.

17:10. Прибыли на «десятку». Просторная поляна с напиленными чурбаками, которые можно было использовать и в качестве стульев, и в качестве столиков, располагала к обеду и отдыху. Кстати, к нашему прибытию на данную точку сбора ребята как раз это уже и сделали: и пообедать успели, и даже немного вздремнуть. Что ж, существенно мы всех задержали: на этот 10-километровый переход ушло ни много ни мало более 7 часов.

17:25. Поздний обед на «десятке» для четвёрки запоздавших.

17:35. Как старший второй группы, я принял решение остаться с должной группой на ночёвку здесь, объяснив это тем, что надо поберечь силы для предстоящих дней. Этот день далеко не последний, и убиться сейчас в хлам – это завтра вообще не встать и не продолжить маршрут. Володя (Владимир Глотов – участник группы №2) согласился со мной. Также меня поддержали ребята из Белоруссии – Ирина и Владимир, участники группы Теодоры. Тут, конечно, координатор экспедиции Теодора возразила. Таковое решение её определённо не устраивало. Её можно было понять как организатора. Она говорила, что это рушит все её планы, в частности, по третьему и четвёртому дню, что надо идти до криволесья и там ночевать, что делиться нецелесообразно, а, не поделившись, будем отставать от рабочего графика. В последующие два дня нужно очень много сделать исследовательской работы: все должны быть вместе, нужны все. Руководитель Олег Таймень лишь спокойно вопросительно выговорил: «Не понимаю, в чём проблема пройти ещё немногим более пяти километров?» На что я ответил: «Ну, во-первых, не "немногим более"… Во-вторых, проблема в выматывании людей: рюкзаки у нас не в шутку тяжёлые. В-третьих, это опять высокий и протяжённый подъём в перевал». Олег на это многозначительно развёл руками, но Теодора продолжала меня разубеждать и уговаривать, чувствовалось её огорчение. К тому же Олег в заключение всё так же невозмутимо добавил: «Здесь всё упирается в пополнение запасов воды. У всех она на исходе. Тут её нет. Ну разве что грязная из луж… Фильтр есть? Если вы не восстановите водный баланс, то идти не сможете уже точно. А там, в криволесье, большой ручей. Вот и думайте». И мы в конце концов подчинились. Сначала я, всё же согласившись с доводами руководства, несмотря на свою усталость, потом и все остальные. Надо идти! Вместе! Сообща! Дойдём! В принципе, позже, а вернее, уже к следующему утру, и так всё нагнали, но тогда-то мы об этом не знали.

Кто-то скажет: «Всего?! Какие-то 5 км не смогли дойти?! Или немногим более пяти… Какая разница? Действительно, ну что там идти? Там идти нечего. Фигня». Но должен пояснить моим дорогим и многоуважаемым диванным экспертам (это если вы действительно так думаете, как приведено двумя строками выше), что километр в горно-таёжной местности – это далеко не то же самое, что километр в городе. И даже не то же самое, что километр в городском парке. В городе сбегать в магазин за пивом, который находится в километре от дома, – раз плюнуть. Можно несколько раз подряд, особо не устанешь. Ну, это смотря сколько пива брать с каждой ходкой. А то можно так набегаться, до ползучего состояния дойдёт. Здесь же, в горах, километр – что-то да значит. Это действительно порядочное расстояние. Это не просто прогулка в парке по выложенным дорожкам или по тротуару в городе на расслабоне, полузгивая семечки, когда из груза у вас максимум маленький рюкзачок с бутылкой воды и незначительной мелочёвкой. Учитывая перепады высот, пересечённую местность и многие другие факторы, чтобы получить приблизительное равенство с парково-городским расстоянием, нужно расстояние со сложным, сильно пересечённым рельефом, для которого характерны значительные перепады высот, умножать как минимум на 3. Это – без преувеличения и предвзятости, опуская такие важные детали, как труднопроходимость, трудозатраты, общее состояние организма в дикой местности при суровых условиях с ограниченным питанием, неполноценным отдыхом, а также психологическими нагрузками. Если же брать исключительно набор высоты, без спусков, тогда умножаем на 6. То есть путь в 6 км по прямой в городском парке может соответствовать подъёму в горах на 1000 метров. Только на этой тысяче метров вы потеряете колоссальное количество энергии, которая очень медленно будет восстанавливаться в организме. При постоянных таких нагрузках без достаточного восполнения утраченных ресурсов, для которого требуется необходимое время при определённых условиях, усталость станет постепенно накапливаться, и организм начнёт элементарно ломаться. Чего не скажешь про прогулки в тех же скверах. А так, если разбираться досконально, нужно понять одну простую истину: здесь как расстояние, так и всё остальное, находящееся в пространстве и времени, измеряется не по горизонтали, в одной плоскости, а по вертикали. Чтобы это понять, нужно быть здесь.

18:00. После всех этих непродолжительных дискуссий 8 экспедиционеров выдвинулись с «десятки» по направлению к намеченной стоянке в криволесье. Мы вчетвером провожали их, нам ещё нужно было время собраться. Олег, уходя, лишь обернулся и сказал мне: «Остаёшься замыкающим, встречаемся на стоянке в криволесье, промежуточных контрольных точек не делаем. Как отдохнёте, выходите».

На дополнительный отдых заложили сначала 30 минут, взятые за отсчёт от старта основной команды, потом они выросли до 40 минут и в конечном счёте – до целого часа с гаком. Появлялись нужды, требовавшие времени. К примеру, Ирина решила всё же основательно разгрузить свой рюкзак, повыкидывала из него всё, что было можно, – вернее, то, без чего можно было так или иначе обойтись. Всё принятое за ненужное летело в костёр. Это была массовая казнь через сожжение на костре провинившихся своим порой даже незначительным весом вещей. Сразу говорю, лимон и аллетриновые спиральки от комаров я спас – мне их отдали на поруки. Позже лимон вместе с несколькими оставшимися дольками шоколадки был принесён в дар духам горы Отортен, а противомоскитные спирали очень сильно пригодились на всём протяжении походной миссии: хоть и помогали ненадолго, но всё же, в сравнении с остальными средствами, эффективно, как ни странно. Более ценные и неподдающиеся сожжению вещи были оставлены в схроне, чтобы позднее забрать их на обратном пути (1-я и 3-я группы возвращались к финишу по этой же дороге спустя 9 дней. – Прим. автора), в том числе и пауэрбанк, которым предварительно были заряжены все имеющиеся у нас телефоны, а также смарт-часы и прочие гаджеты.

19:10. Собрали весь свой скарб и вышли. Уставшие, толком не отдохнувшие, но несломленные, на бодром позитиве.

Остановились на очередной короткий привал на 9-м километре. Чувствуя уже просто невыносимую измотанность всех участников, остававшихся в хвосте, я взял на себя ответственность и предложил идти до первого подходящего места для ночлега с источником мало-мальски чистой воды и тем закончить этот ходовой день. Ручьи на лесном заболоченном западном склоне Чарканура попадались часто, но не всегда чистые. Порой это были просто дорожные водотоки. Ребята меня с радостью и облегчёнными вздохами поддержали. Решено единогласно. С Владимиром Глотовым налегке отправились в разведку на поиск такового места, пока остальные отдыхали. И – о, чудо! Всего в 300 метрах за «девяткой» (как вы уже догадались – за указателем "9-й километр". – Прим. автора) словно по заказу обнаружилась удобная полянка с левой стороны дороги, как раз для четырёх палаток и костра. А с правой стороны, чуть в стороне от дороги, в низине, в лес стекал обильный ручей. Это был просто шикарный подарок Небес от Прапрапрадедушки Урала! Видя наши старания и сочувствуя нашему страданию, он, вероятно, по-дедовски пожалел своих изнемогших чад. Обратно мы с Володей уже летели на всех парах, дабы как можно скорее обрадовать наших друзей прекрасной новостью.

Конечно, мы понимали, что остальные ребята там, впереди, будут всю ночь волноваться и не находить себе места, думая, где мы и что с нами. Связи нет. Это тайга. А не дай Бог что-то случилось? Обвинять тогда себя в том, что оставили? Как-то уныленько. Сообщить что-то, узнать – только с гонцом, а это человек и его дефицитные силы. Даже налегке сбегать 5 км туда и столько же обратно – так себе идея. Но, честно говоря, это всё уже было индифферентно: усталость взяла своё.

Видели по дороге и уже близ нашей стоянки, которую назвали «У девятки», медвежьи следы. Ну и пусть себе ходит или ходят. Честно говоря, было уже настолько пофиг, что хоть бы и через нас стаи тираннозавров пробегали – это никак бы не отразилось на нашем желании забить на всё, остановиться здесь, сбросить опостылевшую ношу и просто отдыхать, восстанавливая силы до завтрашнего утра.

20:30. Поставили палатки, разожгли небольшой костёр, чтобы отогнать изрядно борзеющих комаров, обмылись в ручье: живая студёная вода из ручья частично сняла усталость.

21:20. Немного посидели, поболтали, затем быстро поужинали, приготовив кипяток для сублиматов на двух печках-щепочницах и в качестве топлива использовав таблетки сухого горючего, и отправились спать. Погода начинала портиться основательно: обыденную таёжную сырость сменила морось, и заметно похолодало.

Во второй день мы прошли более 11 км – это по показаниям навигатора. Весь километраж ходового дня измерялся и вносился в маршрутный лист по навигатору, а навигаторы всегда врут: и насчёт точек геолокации дают погрешности, и в расчёте расстояний от точки до точки. Навигатор, выдавая километраж по треку, не учитывает вертикальный перепад высот: набор, сброс, – а вымеряет длину тупо по прямой, по горизонтальной проекции (то есть длину на плоскости. – Прим. автора). То же самое касается и километровых знаков, установленных на деревьях вдоль старой лесовозной дороги, по которой пролегал наш маршрут: их тоже развешивали по показаниям навигатора. Как сказал Лев Николаевич Толстой в одном из своих бессмертных произведений: «Гладко вписано в бумаге, да забыли про овраги, а по ним ходить…» Не буду называть, какими навигаторами пользовались мы, – это ни к чему: они врут все без исключения.

================================
Фотоальбом 2-го дня:
https://vk.ru/album293675412_311454886

Видео 2-го дня:
vk.ru/video293675412_456240493?list=dc776030eb58546718
vk.ru/video293675412_456240492?list=15aecf76cf45f3f48f
================================   
Продолжение следует…