Сказка о замковом камне

В одной далёкой стране, где архитектура всегда была делом государственным, задумали возвести Арку Вечности. Не для езды, не для красоты — а чтобы доказать всем, что хаос не пройдёт. Чертежи утверждали сорок лет. Камни подбирали по весу, породе и происхождению. Каждый хотел лечь поближе к вершине, но никто не хотел быть внизу. Спорили так, что фундамент трещал.

Тогда главный строитель, устав от бесконечных совещаний, поднялся на леса и крикнул:
— Довольно! Пусть тот, кто считает себя самым надёжным, встанет в замок. Я встану.

И он встал. Камни удивились: он был не самым твёрдым, не самым древним, но у него была удивительная способность — он не падал, пока все думали, что он держит. Арка сошлась. Купол неба над ней стал ровным, трещины на стенах — декоративными. Строители разошлись по домам, оставив камень наверху.

Сначала камню нравилось. Он видел всё, ему кланялись прохожие, ворона вила гнездо у него в ухе. Но шли годы. Камень старел, выветривался, но не мог сойти. Каждый раз, когда он пробовал пошевелиться, соседние блоки начинали скрипеть и жаловаться: «Если ты уйдёшь, мы рухнем». И камень оставался. Ему даже перестали приносить жертвы — только иногда мазали раствором свежие трещины, чтобы он не заметил, что арка уже держится на клею.

Однажды мимо проходил философ. Он посмотрел на арку, на камень и спросил:
— Скажи, о камень, ты держишь арку или арка держит тебя?

Камень хотел ответить, что держит, конечно, — но вдруг почувствовал, что не помнит, кто он был до того, как стал замковым. Может, он был просто булыжником, которому повезло? Или, наоборот, не повезло? Он задумался так глубоко, что трещина у его основания расширилась на миллиметр. По арке пробежал лёгкий скрежет. Снизу закричали: «Стой! Не двигайся! Ты — замковый камень!»

И камень замер. Он вспомнил, что самое главное — не быть камнем, а быть нужным. И пока его считают замковым, он будет замковым. Даже если арка — нарисованная.

Философ улыбнулся и записал в своём трактате: «Система, которую держит камень, — это система, которая держит его самого. И не спрашивайте, что из этого настоящее, потому что настоящее — это то, во что все верят».

А камень остался наверху. Ему уже нравилось, что его боятся снять. В конце концов, быть замковым — это призвание. Особенно когда другой работы нет.