Кайф момента

Сегодняшний день пришел ко мне голосом Suzanne Vega с ее "Tom's Diner" из кафе на берегу моря – гимном человека, открывшего для себя мир деталей и оттенков, составляющих ткань жизни. Ощущение,  проживание, полнота и реальность в каждом моменте. Кто знает о чем речь – взломал код быстротечности и знает кайф момента.

Омар Хайям тоже писал об этом:
Кто понял жизнь, тот больше не спешит,
Смакует каждый миг и наблюдает...

На открытой сцене Приморского парка приготовления к концерту, когда и какой концерт будет нигде не написано. Звуки настраиваемой аппаратуры высокие и низкие, глухие и звонкие, дробят тишину.

На одной из центральных аллей парка у бюста поэта и национального героя Болгарии Христо Ботева небольшой праздничный митинг. На нем представлены официальные лица города, религиозные служители разных конфессий, представители СМИ и кто-то ещё в красивых платьях.

Оркестр морских вооруженных сил в белоснежной форме  с блестящими духовыми инструментами играет гимн и другие парадные произведения. Другая, тоже нарядная военно-морская группа молодых красивых, наверное, почетного караула, – более точно определить не могу, так как к морским силам отношения не имею, – в конце митинга четко промаршировала мимо официальных лиц, стоящих у бюста Ботева, усыпанного букетами и венками разного цвета, и под марш всё того же оркестра стройными рядами ушла на другие важные задания.

Народ дружно пошёл общаться с доступным сейчас кметом города (по нашему мером). О чем говорили я не слышала, но все были доброжелательны, улыбчивы и довольны.

Иду дальше, помню, что где-то здесь, чуть дальше, через небольшой парковый мостик, есть кафе, иду на запах кофе и баницы. Это такие невероятной вкусноты пироги из тонкого слоёного теста с болгарской брынзой сирене.

Навстречу небольшая группа людей разных возрастов с особым восприятием мира. Они медленно, неуверенной походкой бредут крепко держась за руки друг друга. Они поют непонятную песню не в склад и каждый выводит ее по своему. Нежно, речитативом, шепотом или громко и призывно –  именно так, как каждый из них видит и воспринимает мир и отдает миру себя только ему понятным образом.

Меня обгоняет мужчина моих лет, подтянутый, спортивный. Я вижу его рюкзак бирюзового цвета с надписью Nike и бейсболку, повернутую козырьком назад. Он оборачивается, заглядывает мне в лицо. Явно хочет общаться. Я делаю вид, что не вижу его взглядов и очень сильно занята  внимательным разглядыванием пышных роз в клумбе. Розы оказались всех  цветов и  оттенков – жёлтые, розовые, сиреневые, алые... Очень красиво.

Вокруг клумб кроме меня ходит женщина с большим профессиональным фотоаппаратом. Она фотографирует цветы из всех возможных поз, ракурсов и положений – приседая, наклоняясь, изгибаясь под причудливыми углами. Лечь на землю у нее не получилось, мокро, рано утром был дождь. Я любуюсь розами, их бутонами и колючками, женщиной, огромным фотоаппаратом, ее причудливыми позами и для удобства наблюдения присаживаюсь, как потом оказалось, на мокрую скамейку.

Отдельные капли слепого летнего дождика, лучи солнца, аромат роз, дуновение соленого бриза постепенно отдаляются и начинают доходить откуда-то издалека, как будто из другого режима времени и бытия или небытия, навевая мысли о красоте мира и непреходящих ценностях. Простите за пафос, не сдержалась, что-то нашло.

Сирена, оповещающая о всеобщей городской минуте молчания и тишины, в память о национальном герое и поэте, застала меня на обратном пути на подходе к летней сцене где уже выстроились полукругом в несколько рядов участники предстоящего концерта. Всё  замерло как если бы сделали стоп-кадр в фильме. Ни одного движения и звука, только тишина и молчание.
Кмет или кто-то из его помощников, ещё на митинге сказал, что это будет концерт офицеров, ветеранов морского флота. Спешу, концерт вот-вот начнется, хотелось бы посмотреть.

Потом были патриотические и лирические песни на стихи именинника сегодняшнего дня. Один из офицеров-ветеранов, участников хора, очень похож на моего отца, уже ушедшего из жизни. Высокий, подтянутый, седые волосы откинуты назад, роговые очки и слегка ироничная и нежная улыбка. Какое поразительное сходство! Мне показалось, что он тоже смотрит прямо на меня...  

" ... Папа, я скучаю по тебе..." – обожгло меня внутри.

Иногда офицеры не попадали в ноты. Но мы хлопали им не потому, что они академически правильно умели выводить нужные ноты и не потому, что так принято на концертах, а потому, что это был наш ответ на то, что ветераны, морские офицеры стояли сейчас перед нами на сцене в ослепительно белой парадной форме, они нашли время и желание прийти сюда и исполнить нам песни.  И именно их голоса и наши аплодисменты объединяли нас в единое целое на непродолжительное, но эмоционально теплое время их выступления.

Ну вот, концерт закончился, пора и восвояси, аплодирую, встаю, иду. Подходит женщина, спрашивает:
– Что здесь было?
Говорю:
– Концерт, офицеры нам пели.
– Понравилось? – спрашивает.
– Очень! - говорю я, – да и сами офицеры красавцы, выправка только чего стоит, никуда она не денется, это на всю жизнь. Залюбовалась, одним словом, - добавляю я.
– Жаль, что не успела, – говорит опоздавшая на концерт женщина, улыбается мне и почему-то у нее впереди нет зубов.
"Наверное от стоматолога бежала вот и не успела," – успокоила я себя.
Я ей посочувствовала, не знаю правда чему больше, что не успела или чему-то другому, тоже улыбнулась ей в ответ как смогла и пошла домой.

На подходе к дому встретилась группа детей среднего садикового возраста. В  одинаковых оранжевых панамах, это чтобы взрослые издалека увидели если кто из них свернёт не туда. В руках у них общий канат и у каждого отдельная петелька связанная с общим канатом. Их  коллективная песня была полная солнца, радуги, смеха, прыжков и хороших ожиданий от их молодой жизни. Захотелось попрыгать рядом с ними. Сдержалась, с меня на сегодня хватит. 

Сейчас в честь праздника сделаю на обед что-нибудь морское, накормлю семью, запишу что сегодня видела и выложу вам читать.

Всем привет и кайфа от моментов!
 
Наслаждайтесь!