Хроники христианских мучеников. Явление избранным

Расспрашивать, протестовать, искать тело Назарянина Его ученики побоялись. Они побрели назад в город, полные печального недоумения. Видно, недруги решили глумиться над ними до конца…

У могилы осталась только одна Магдалина. Погруженная в свое горе, она не заметила, что остальные женщины куда–то ушли. Словно не веря несчастью, Мария еще раз приблизилась к отверстию пещеры и неожиданно увидела там двух неизвестных в белых одеждах.

«Женщина, почему ты плачешь?» — спросили они.

«Потому что взяли Господа моего, и не знаю, где положили Его» – ответила она.

В ней проснулась надежда: может быть, эти люди объяснят ей случившееся? Но в тот же миг Магдалина почувствовала, что сзади нее кто–то стоит, и оглянулась.

«Женщина, почему ты плачешь? Кого ищешь?» — спросил Незнакомец.

Думая только о своем, Мария решила, что перед ней садовник, который, наверно, должен знать, где тело.

«Господи», — умоляюще ответила она, «если ты унес Его, скажи мне, где ты Его положил, и я Его возьму».

«Мариам!» — прозвучал до боли знакомый голос. Все всколыхнулось в ней. Сомнений не было. Это Он …, и Он действительно воскрес из мёртвых…

«Учитель!» — вскричала Магдалина и упала к Его ногам.

«Не прикасайся ко Мне», — предостерег ее Иисус, — «ибо Я еще не взошел к Отцу Моему; но иди к братьям Моим и передай им, что Я: «восхожу к отцу Моему и Отцу вашему, и Богу Моему и Богу вашему».

Обезумевшая от радости, едва сознавая происходящее, Магдалина бросилась прочь из сада (как сказали бы сейчас, обгоняя звуки своего радостного визга).

Вестницей неслыханного, небывалого вбежала она в дом, где царил траур, но ни один из друзей не принял ее восторженных слов всерьез. Все решили, что бедная женщина с горя потеряла рассудок.

То же самое подумали они, когда вслед за ней появились Иоанна, жена Хузы, Мария Клеопова и Саломея и стали, перебивая друг друга, уверять, что Учитель жив, что они видели воскресшего Назарянина своими глазами.

Они рассказали, как спустились в пещеру, когда Магдалина уходила позвать учеников, и нашли там юношу в белой одежде.

«Не бойтесь!» — сказал он. «Иисуса ищете Назарянина, распятого. Он восстал, Его нет здесь. Вот место, где положили Его. Но идите, скажите ученикам Его и Петру, что Он предваряет вас в Галилее. Там вы Его увидите, как Он сказал вам».

Женщины признались, что сначала им было страшно говорить о виденном, но потом Сам Иисус явился им на дороге и повторил повеление всем идти в Галилею.

Явления воскресшего (хотя это ещё как посмотреть – с чисто медицинской кочки зрения Он и не умирал… по крайней мере, необратимо) Назарянина Его ученикам предсказуемо продолжались … и самыми яркими из них стали явление на дороге в Эммаус – селении примерно в двадцати римских милях к западу от Иерусалима… и Его явлении ученику Фоме.

Клеопа и другой ученик Иисуса вышли в дорогу вечером того же дня, когда Мария Магдалина и другие женщины принесли ученикам Назарянина первые известия о пустом склепе, дрыхнувшей страже и о загадочных явлениях в саду.

Он и ещё один (безымянный) ученик Иисуса отнеслись к этому известию предсказуемо скептически… настолько скептически, что даже не стали его проверять на месте. И потому отправились не к гробнице, а в Эммаус, где, судя по всему, обитал один из них.

Дорога была долгой – даже быстрым шагом расстояние можно преодолеть минимум за пять часов… поэтому путники коротали время, беседуя о своих несбывшихся мечтах. Солнце уже близилось к закату, когда к ним присоединился неизвестный, тоже шедший из города. Он спросил, какое горе их так угнетает.

«Один ты в городе не знаешь о случившемся в нем в эти дни!» — удивился Клеопа.

«О чем именно?» – вопросом на вопрос ответил неизвестный. «Город большой… очень большой… в нём каждый день многое происходит…»

Клеопа очень грустно вздохнул – и ответил: «О казни Иисуса Назарянина третьего дня. Который был Пророк, сильный в слове и деле перед Богом и всем народом; как предали Его первосвященники и начальники наши римлянам для осуждения на смерть, а язычники распяли Его…»

Сделал паузу – и продолжил: «А мы так надеялись, что Он есть Тот, Который должен освободить народ Израиля… Некоторые из наших женщин изумили нас: придя рано утром к гробнице и не найдя тела Его, они вернулись, говоря, что видели и явление ангелов, возвестивших, что Он жив. И пошли некоторые из тех, что с нами, к гробнице и нашли так, как женщины сказали, Его же не видели…»

Реакция незнакомца была неожиданной: «О несмысленные и медлительные сердцем… не это ли надлежало претерпеть Мессии, дабы войти во Славу Свою?»

Шаг за шагом незнакомец стал объяснять им мессианские места Писания. Он говорил о символе Агнца и Его крови; о Камне, который отвергли строители, о скорби Праведника и спасении Его; о Новом Завете, обещанном Богом; о пророчестве из Книги Исайи, где изображен был Служитель Сущего, прошедший через муки, чтобы исцелить раны мира и стать «светом народов».

Постепенно словно пелена спадала с глаз Клеопы и его друга. Трагические события этих дней наполнялись смыслом. Если незнакомец был прав… а на это было очень похоже, то смерть Назарянина не означает провала Его Миссии…

С этими мыслями приблизились они к Эммаусу. Неизвестный готов был уже проститься с ними, но им не хотелось отпускать того, кто почти вернул им надежду. Они робко попросили его: «Останься с нами, потому что уже наступает вечер». Незнакомец согласился.

Все трое вошли в дом (видимо, безымянного ученика) и сели за ужин. Ученики признали его старшим – ибо в богословии он явно разбирался несопоставимо лучше их – и попросили прочесть положенную молитву.

Он произнес слова благодарения и преломил хлеб… и тут пелена совсем спала с их глаз. Они внезапно поняли, Кто находится с ними за одним столом. Изумленные, они не успели произнести ни слова, как Он стал невидим для них.

Опомнившись, ученики начали горячо обсуждать чудесную встречу… и немедленно решили вернуться в Иерусалим, чтобы поделиться радостью с другими учениками. На их счастье, небо было чистое, луна полная, факелы горели долго и ярко, дорога надёжно охранялась римскими солдатами… поэтому добрались они без приключений.

Увы, их встретили так же, как и Марию Магдалину сотоварищи. Поверить им никто… наверное, ещё просто не мог. Ибо никто ещё не оправился от шока, вызванного Голгофой.  Но тут пришло новое ошеломляющее известие: Назарянин явился Петру. Мог ли обмануться старший из Его учеников? Некоторые почти уверовали в Воскресение; но большинство все еще сомневались.

Обсуждение шокирующих (теперь уже в радостном смысле) новостей и горячие споры длились до самого утра. Внезапно все услышали знакомое приветствие: «Шалом! Мир вам!». Ошеломлённые ученики увидели Назарянина…

Ужас сковал их. Призрак? Демон в образе Учителя? А Он смотрел на своих трепещущих от страха учеников, ожидая, пока они придут в себя. А когда понял, что ждать дальше бессмысленно – сами по себе не придут, осведомился: «Есть ли у вас здесь какая пища?». Ибо призраки еду не употребляют.

Они едва верили своим глазам… и ушам. Произнеся стандартную благодарственную молитву, Назарянин отведал еды, запил вином и заговорил:

«Пробил ваш час – наступает время вашего Служения. Как послал Меня Отец, теперь Я посылаю вас. Примите Духа Святого… и если кому отпустите грехи, отпущены будут им; если нет, то не будут…»

Из Двенадцати только Фома не видел Господа (собрание пропустил по болезни). Когда он слушал восторженные слова братьев, ему трудно было разделить их чувства – слишком уж неправдоподобной была радостная весть. Не произошло ли ошибки? Быть может, это все-таки призрак Учителя, пришедший из загробного мира утешить их?

«Пока не увижу на руках Его следа от гвоздей и не вложу пальца моего в ребра Его, никак не поверю» – упорно твердил Фома.

Заканчивались дни праздника. Ученики намеревались вернуться в Галилею, куда Назарянин обещал прийти к ним. Последний раз они собрались вместе в доме Марии, матери Иоанна-Марка. Дверь плотно заперли: страх преследований еще не утих. И опять, как в первый день, все внезапно увидели Учителя, стоящего среди них.

Назарянин обернулся к Фоме-скептику и улыбнулся: «Подойди, протяни руку, проверь! «Господь мой и Бог мой!» — только и смог вымолвить апостол.

«Ты потому уверовал» – сказал Христос, «что увидел Меня и Мои раны. Блаженны не видевшие и поверившие…»