Когда они плачут...

     Когда они плачут от страха иль боли душа разбивается на множество мелких и острых осколков и каждый осколок в сердце впивается и шрамом одним становится больше. И чудится, лопнет оно от тревоги за тех, кого любишь всех больше на свете, кого обещал сам себе защищать несмотря ни на что.
     А был ведь период простой и понятный. Ты жил и заботился лишь о себе. Ты не был беспечным, но страха не ведал, нелепо боятся за себя одиночку, меняется всё с появленьем семьи и с рожденьем детей.
     Они к нам приходят велением божьим, когда  раскрывает будущность двери, и нашему взору чудо являет, молочную, милую, сладкую детку, а  та   распахнёт небесные глазки и в омуте этого  взгляда ты тонешь, как в реальном болоте, без шанса спастись, оно засосёт и утащит на дно. А, утонув, понимаешь, не станет ни просто, ни ясно, когда ты привык за себя лишь радеть.
     И новая жизнь, всему вопреки, поверь, воплотится в  прекрасном  – ночи бессонные, колики, плач,  первое слово и первый шаг, первые зубки, ушибы,  царапины, спасение кошки из цепких ручонок, чтение книжек, догонялки и прятки, до неба качели  и колыбельная песнь перед сном, пора иных смыслов и целей в судьбе. В ладони твоей поместилась ладошка, как мышка, упряталась в норку, доверив себя великану из сказки, отцовство великое счастье. Оно несравнимо ни с чем.
     Жаль, время, оно быстротечно, похоже на ветер, пронёсся и стих, затишье и штиль. Наступит момент, всё растает, как дым и  станет из настоящего прошлым.
     Помнишь, недавно совсем ты страшился заснуть и лёжа в кровати слушал дыханье ребёнка во тьме, накрывшей тебя и его с головой, как одеялко из шерсти верблюжьей в холодную и безлунную ночь.
     Но вырос малютка и выросли страхи и вновь по ночам плохо спишь, ожидая скрип двери входной. Вернулся, пришёл, жив, здоров, пронесло.
     Родителя ноша она навсегда. Неважно тебе, сколько лет унесло без возврата, как прежде, в ладони твоей, великана из сказки, как мышка в норе, прячется сына иль дочки ладошка.