Юродивый роман. Часть третья. Глава 14

Глава 14

Андрей осторожно выглянул в коридор.
Поезд давно погрузился в сон. В проходе горело лишь тусклое дежурное освещение. Убедившись, что поблизости никого нет, он направился к десятому вагону.
Всё складывалось так, словно кто-то расчищал ему дорогу. За всё время он не встретил ни одного человека.
«Видишь? Сам Господь открывает тебе путь! — вдохновлял его внутренний помысел. — Разве не об этом сказано: "И Ангелам Своим заповедает о тебе хранить тебя на всех путях твоих..."»
Когда Андрей вышел в тамбур двенадцатого вагона и уже собирался перейти по сцепному переходу в одиннадцатый, ему вдруг почудилось, будто кто-то пристально смотрит ему в затылок.
Он резко обернулся.
Никого.
«Странно... Наверное, показалось...» — подумал он и продолжил путь.
Едва Кравченко вошёл в тамбур одиннадцатого вагона, как дверь туалета тихонько приоткрылась.
Из неё вышел человек.
Несколько секунд силуэт неподвижно стоял, словно размышляя, затем быстрым шагом направился в сторону хвоста поезда...
* * *
Добравшись до десятого вагона, Андрей остановился возле второго купе.
Он глубоко вдохнул.
Сердце колотилось.
Нужно было успокоиться и понять, с чего начать разговор.
Постояв несколько минут, он наконец осторожно нажал на ручку двери.
Заперто.
Защёлка была закрыта изнутри.
«Вот же олух! — мысленно выругал себя Андрей. — Конечно, они должны были закрыться!
Ну и стратег...
И что теперь?
Постучать?
Нет... Поднимут такой крик, что весь поезд сбежится.
Бежать?
Тогда они окончательно убедятся, что я преступник.
Нет... Нужно возвращаться.
И как можно быстрее.
Не дай Бог, старшина вернётся раньше меня. Тогда уже точно ничего не докажешь...»
Он быстро направился обратно.
Но едва дошёл до конца вагона, как сзади открылась дверь.
Из соседнего вагона возвращались Сократов и Ахмедов.
Не дожидаясь, пока его заметят, Андрей бросился к последнему вагону...
* * *
Мамедов спешил к своему купе.
Начальник поезда сообщил ему тревожную новость.
Впереди, на перегоне, неизвестные пустили под откос товарный состав. Именно поэтому пассажирский поезд уже несколько часов стоял посреди гор.
Размышляя над услышанным, старшина шёл вдоль состава по правой стороне.
Проходя мимо окна своего служебного купе, он вдруг заметил движение внутри.
«Кто-то вошёл...
Или... вышел?..»
Первая же мысль была об арестованном.
Не теряя ни секунды, Мамедов расстегнул кобуру и выхватил табельный пистолет.
Запрыгнув в вагон, он бесшумно подошёл к двери купе.
Для верности снял оружие с предохранителя.
Резким движением распахнул дверь.
— А ну, стоять! Не двигаться! Стрелять буду!
И в этот самый миг поезд дёрнулся, начиная движение...
* * *
...Толчок оказался настолько сильным, что все невольно потеряли равновесие.
От неожиданного рывка Андрей тоже рухнул на пол.
— Да так и убиться можно... — пробормотал он, хватаясь за перевязанную голову.
Быстро поднявшись, он оглянулся.
Сократова и Ахмедова пока ещё не было видно.
Поправив съехавшую повязку, Андрей бросился дальше.
Ему нужно было успеть вернуться в купе и снова защёлкнуть на себе наручники, иначе ему наверняка припишут ещё и попытку побега.
Добежав до последнего вагона, он вновь заметил краем глаза, как кто-то словно поспешно спрятался в туалете.
Но останавливаться времени уже не было.
Кравченко буквально влетел в служебное купе и поспешно закрыл за собой дверь.
Повернулся...
И застыл.
— Нет... Только не это...
На нижней полке, в полусидячем положении, неподвижно лежал Мамедов.
Его форменный китель был залит кровью.
Голова безвольно запрокинулась, рот слегка приоткрылся, а остекленевший взгляд был устремлён в пустоту.
Но настоящий ужас Андрей испытал, когда увидел рукоять кинжала.
Его собственного кинжала.
Подарка Маркисяна.
Клинок по самую гарду вошёл милиционеру в грудь.
Кравченко машинально перевёл взгляд на свои вещи.
Сумки не было.
И в ней лежали деньги Сальникова.
— Всё... Я влип...
И в ту же секунду Андрей услышал приближающиеся шаги.
Сократов и Ахмедов возвращались.
Не раздумывая больше ни мгновения, он бросился к выходу.
— Стой! Стрелять буду! — закричал Сократов, заметив выскочившего из купе арестанта.
Андрей выпрыгнул из медленно движущегося поезда.
Ударившись о железнодорожную насыпь, он покатился по острым камням.
От пережитого потрясения боли почти не чувствовал.
Вскочив на ноги, он рванул к тёмной стене леса.
Лишь бы уйти как можно дальше от железной дороги.
Через несколько секунд поезд начал экстренное торможение.
Ночь оставалась единственным союзником беглеца.
Он мчался напролом через кустарник, спотыкался о валуны, падал, снова вскакивал и продолжал бежать.
Куда именно — он не знал.
В этих местах Андрей никогда прежде не бывал.
Им двигало только одно желание — оказаться как можно дальше от проклятого поезда, где чья-то злая воля превратила нелепую шутку в настоящий кошмар.
Преодолев несколько километров по горным склонам, он наконец выбежал к небольшому ручью.
Жажда была нестерпимой.
Опустившись на колени, Андрей припал к ледяной воде и долго пил большими глотками.
Лишь теперь начал проходить шок.
Острая боль напомнила о глубокой ссадине на правом бедре.
Из разорванной кожи медленно сочилась кровь.
Он промыл рану ледяной водой, поправил повязку на голове и, ещё раз оглядев безлюдные горы, тяжело поднялся.
Путь только начинался.