Мир свиней или Плагиат из Стругацких

     В новом мире, который представляет Джакира, у белых цисгендерных нет права на голос. «It’s not your turn now, white man, it’s our turn now»[198]. Кто же они такие, те, чье время сейчас говорить? Джакира — пуэрториканка, лесбиянка, профессор литературы в Висконсинском университете. Стесин Азиатская книга
     Его вышвырнуло прямо на кухню. Он сидел на табурете и трясся, обделавшись. Он едкого запаха Агасфер Лукич зажал нос и приказал мне отмыть Парасюхина. Как бы не так. Я просто швырнул его в ванну, включив холодную воду, и выбежал из ванны.
     - Мир мечты, - пророкотал Демиург, как обычно не показываясь, лишь разноцветные всполохи пронзили тьму в его кабинете. - Он сам хотел.
     Агасфер Лукич рассмеялся.
    - Чтобы стены блевали, - зашептал он мне на ухо, - чтобы тысячи негодяев ревели " Бей !", а возмечтавший о таком мире мечты дурак просто обосрался.
    - От восторга, видимо, - мрачно заметил я, раздражённый их вниманием к ничтожному Парасюхину. Даже Колпакова с его изуверской жестокостью я мог понять, но мелкость Марека, чем - то привлекшая Демиурга, была необъяснима. Таких придурков у нас в России сотня на дюжину.
    - Вы ошибаетесь, - прогрохотал Демиург, как всегда читая мои мысли. - Именно такие серенькие и приземлённые люди и составляют всю вашу убогую цивилизацию. Даже мечту они себе представляют убогой и ничтожной.
    - А вы, значится, - съязвил я, - нас изучаете.
    - Он вас создал, - участливо подсказал Агасфер Лукич, тронув меня за локоть.
    - А сейчас убить хочет, - упрямился я, злясь на них после случая с громобойством.
    - Это предрешено, - торжественно объявил Агасфер Лукич, бросаясь навстречу выползающему из ванной Парасюхину. - Ну что, голубчик, - заворковал он, усаживая Марека на продавленную кушетку, - я же ведь вас предупреждал. А сейчас не извольте беспокоиться, вы только документик подписать не забудьте.
    Портфель невесть как оказался на его толстых коленях. Опасливо прикусив губу, Агасфер Лукич сунул руку в нутро портфеля, завизжал, так как тот привычно откликнулся языками гудящего пламени, облизнувшими пухлую ладонь Агасфера Лукича, но бумагу от успел схватить, потряс ей, дымящейся, обугленной по краям, и услужливо подсунул Парасюхину. Тот подписал и неожиданно зарыдал.
    - Катарсис, - заметил Демиург. - Простое прозрение, ибо узрел он то, что делает ваш несовершенный мир здесь и сейчас наилучшим из вариантов возможного вашего существования.