Они нормальные...

По всем плачет психиатрия. Часто хочется отправить в "дурку" кого-нибудь  из окружающих тебя людей. Сосед справа хамит без меры, говоря, что моя кошка съела его огурцы, сосед слева говорит, что Земля становится легче, начинает быстрее вращаться вокруг своей оси, и поэтому время идёт быстрее. Кто из них прав? Спорить бесполезно...

Так и живём: каждый со своей правдой, умозаключениями, теориями и тараканами. Где найти грань между нормой и патологией? Всё условно, на грани вседозволенности и болезни. Что можно? А что нельзя? Кто знает?...


Студенчество. Весёлая пора. Танцульки. Влюблённость. Сиюминутные глупости. Каждый, кто был студентом, знает это. Но в медицине - всё по-другому.

Сталкиваешься порой с правдой жизни, страшной, неведомой и малопонятной...
Пятый курс. Цикл психиатрии. Любопытно. Страшновато. Забавно... Лекции и практические занятия.

Входим в женскую палату во главе с преподавателем, очень похожим на врача-психиатра из "Кавказской пленницы"...

За длинным столом - женщины всех возрастов в одинаковых больничных халатах и косынках неизвестного цвета, - симпатичные и не очень, - дружно клеют коробки и пакеты для упаковки товаров в магазине.

При виде нас заметно оживились. Группа наша мужская, так как впереди военные сборы (в медицинских вузах на последних курсах девушки и юноши учатся раздельно).

Мы - в белых халатах и шапочках. Жмёмся друг к другу от повышенного женского внимания.

Преподаватель Вадим Сергеевич уверенным голосом говорит:

- Товарищи студенты, не волнуйтесь! Всё под контролем.

"Как-то не очень верится," - думаю я.

- Мы находимся в палате для женщин с гиперсексуальной активностью.

"Господи ты, Боже мой! Только этого не хватало! Психиатром я точно не буду!"

- Они не опасны, - говорит наш преподаватель. - Вот девушка, которая полгода жила в воинской части и обслуживала всех солдат этого подразделения. Как видите, жива и здорова.

А вот мамаша, сдававшая дочек в аренду своим собутыльникам. Мы их, конечно, лечим, но эффект небольшой. Думаю, что ещё несколько лет им придётся клеить эти коробки и пакеты...

После посещения столь странного заведения оказываемся в учебной комнате и с радостью выдыхаем - наконец-то среди нормальных людей. Но занятие ещё не закончилось.

"Следующим номером нашей программы": анэнцефал Вася. Санитар заводит в комнату здоровенного парня, наполовину лишённого черепной коробки, - он таким родился, - неопределённого возраста с благостной улыбкой на лице и торчащими из-под верхней губы двумя жёлтыми зубами.

- Закурить у кого-нибудь есть? - бодро обращается к нам Вадим Сергеевич. - Он курить любит.

Наперебой предлагаем "Приму", "Мальборо", "Дымок". Василий с удовольствием закуривает.

А преподаватель терпеливо объясняет:
- Вот типичный пример недоразвития головного мозга с минимальным набором человеческих навыков, и, что самое интересное, склонным к человеческим порокам.

Очередным "экспонатом", по мнению преподавателя заслуживающим нашего внимания, был благообразный юноша интеллигентного вида с завитками золотистых волос на голове.

Он вальяжно сел на предоставленный ему стул, заложив ногу за ногу. А препод тут же задал ему вопрос:

- Как Ваши дела, Григорий Иванович?

- Замечательно! - с достоинством ответил пациент.

- Чем занимаетесь? - продолжил преподаватель.

- В настоящее время преодолеваю земное притяжение. Вчера, например, перепрыгнул забор более трёх метров высотой.

- И всё благополучно?

- Конечно!

Мы сидим молча, открыв рты.

- Вот сейчас, - говорит "псих", - готовлюсь побить мировой рекорд в спринте. Думаю, что пробегу сто метров за шесть секунд.

- Похвально, Григорий Иванович!

А обращаясь к нам, препод говорит:

- Это типичный синдром мегаломании.

Ещё один пациент вызвал бурю восторгов, исполнив на баяне песню собственного сочинения о загадочных мирах, любви и сексе на облаке. "Какой талант пропадает," - подумал я.

Сказать, что мы были довольны, - это всё равно, что ничего не сказать. Мы были просто обескуражены...

В это время у Вадима Сергеевича зазвонил телефон, и он с очаровательной улыбкой сообщил:

- Я на некоторое время покину вас, а чтобы вы не скучали, почитайте заключения психиатров в делах об изнасиловании.

Он достал из шкафа пухлую папку, положил её на стол и удалился.

Староста группы начал читать. Все слушали затаив дыхание.

По показаниям потерпевшей:

- Дело было поздней осенью. Мы с Костиком гуляли в саду. Фонари освещали наш путь. Он говорил мне, что будет любить до гробовой доски и всё у нас будет: и дом, и дети...
 
На пути встретился дощатый домик, в котором летом продавали мороженое. Мы решили зайти внутрь - к счастью, дверь была не заперта.

Мы долго целовались, и я не заметила, как Костя снял с меня лыжные шаровары (осень-то холодная), шерстяные колготки, рейтузы, которые мама заставляет меня надевать в мороз, а дальше, - как в кино - в порнушке, которую мы вместе накануне смотрели, - он изнасиловал меня. Прошу возбудить против Егорова Константина Ивановича дело об изнасиловании...

Это было уже интересно. Гоготали все, вместе со старостой группы.

Следующие истории были под стать первой.

Преподаватель вернулся. Занятие закончилось. Но с тех пор психиатрия для меня - табу.
 
Я - врач, лечу людей, а не души. Это другое... Душа - удел психиатров и священников.