Рыбак на камере

    Рыбак на камере

Вспомнил случай, был.

Только вот читайте, и это не ошибки.
Я постарался передать разговорный, деревенский говор рассказчика. Он после города всю жизнь в деревне прожил. Одним словом, деревня.

Ага. Значится. В Котово.
Фу, да кто этот город-то не знает?
В аккурат от Волгограда, как на Саратов-то ехать, так от Камышина-то, не доезжая чуток, да влево — и поворот. Не заезжая в Петров Вал, да так по трассе и езжай, никуда не сворачивай с дороги-то. Ну, на указатели, конечно, гляди. А то так насквозь старого Котова-то и пролетишь в Жирновск.
Смотреть надо не только на ямы на дороге. Их там хватает. А то как же? Ям-то хватит. Не то поговорка смысл потеряет. Ну, та, что насчёт дураков-то, и как раз про дорогу на Котово.
Ям завсегда там хватало.
Ты знаешь, городок маленький, да вытянулся весь вдоль речки-то, Казанки. Да, как есть, весь город-то вдоль реки. Реки той, правда, и нет, так, ручей, весь в камышах прячется.
Вот спасибо, хоть прудов понаделали. Ой, много прудов, много. Четыре или три — не сосчитаешь.
Да ладно, о чём хотел рассказать и забыл.
А! О! О рыбаке же и хотел рассказать.

Старый дедок был, старый. Лет сорок пять, так или сорок? Не знаю и не спрашивал. Я тогда малой был.
Но тоже рыбачить бегал. Да, огромных окуней ловил, ой, огромадных! С ладонь! А линей-то в старом верхнем пруде бывало по десятку ловил. Да! В бидончик, что за молоком ходили, помнишь?
Мне дед дырку заклепал на дне, вот я полный его рыбы домой приносил. Две недели ели. Жарили, парили, варили. Да что говорить. Рыбак я был знатный тогда. А кошки во дворе так сидели возле арки в доме, меня с рыбалки ждали. Голодные не были. Объедались рыбой. Тогда сухого корма не было. Мышей кошки в подвале ловили и ели. А какая по шустрее, так та и крысу хватала.

А сейчас что? Кошки, что ли? Ей мышку покажи — у неё сразу инфаркт вместе с «Микардом» хватит. А уж крысу-то увидит, так три поколения после рожать не будут. Котится вот, раз кошка-то.

Да. Опять отвлёкся. А, ну да, дед-то тот тоже на пруду рыбу постоянно ловил. Но он на камере всегда плавал.
Мы все завидовали ему. Камера, значит, большая такая, от самосвала большого. Он её брезентом или дерьмотином обтянул. Получалось вместо дна, но просачивалась вода, конечно, но всё же дно есть дно, стоять можно, не сквозьнёшь насквозь. Да, поверх доску широкую закрепил, чтоб задницей сидеть вольготно было. Вообще классное плавсредство получилось. В те времена на зависть рыбакам, которые по берегу сидели.

Вот, значит, наш дед;рыбак свои телевизоры расставил и к коряжке, поодаль от берега, подвязался, сел с удочками (у него их, ну, не меньше трёх завсегда было). Помногу он рыбы налавливал всегда. Пустой никогда с пруда не уходил. Мы всё думали, куда он рыбу девает? Торговал, наверно, а что ещё?

Ну ладно, опять не о том.

Да, вот, значит. Сидит он, значит, на поплавки свои пялится. Не помню, не клевало, что ли, тогда? Да не в этом суть.

Тут, значит, по плотине два друга на дачу идут, видят знакомого рыбака.
Знакомы они точно были, да, точно. Они ж его по имени называли. Вот я-то и не помню. Да уж сколько годов-то с тех пор прошло. Я уж школу как кончил — полтинник почти, а это было, ещё учился я в классе пятом, наверно.

В общем, эти друзья решили подразнить рыбака. Знамо дело, куда он пойдёт? У деда телевизоры стоят, раколовки опущены, удочки, лодка — ну, не совсем лодка, ну, объёмная штука.

Вот друзья-то и давай дразнить деда с берега. «Давай, мол, сворачивай свои причандалы и с ними на дачу. Там фрукты, ягоды, помидорчики, огурчики. И у них с собой имеется пиво, водка, всё такое».

Стоят, значит, дразнят деда;рыбака.

Но и он не выдержал и им в ответ. Тоже решил показать, что и у него тормозок есть (у казаков тормозок — что;то вроде перекусить с собой на перерыве). Достал он, значит, свёрток из газет: раньше же не было пакетов-то этих целлофановых, как сейчас, — весь берег засрали пластиком разным. Годами лежать будет, не сгниёт. Раньше в газету завернул и в сумку положил. А как захотел перекусить, то достал, развернул — кушай и новость какую читай. Раньше газеты-то какие были большие: «Правда», «Известия». Да, помню, мой дед Фёдор Иваныч лежит, читает газету. Шелестит только, когда разворачивает. Потом накроется ей же и спит, храпит, только газета приподнимается с каждым храпом.

Вот газеты какие были. На всё годились: и почитать, новости узнать, и поспать, укрыться, и завернуть что-нибудь. Да, да, и костёр разжечь или в печке дрова запалить. Ещё, извиняюсь, вместо сортирки в употребление шла. Газетами стены оклеивали вместо обоев или под обои: сначала газеты клеили, а поверх обои. Не знаю, зачем — теплее, чтоб было, что ли? А так газету брось — дождём намочит, глядь, и нет её. Вот она — экология была. Да что я всё не о том.

На чём я там остановился?

А! О! Значит, развернул наш рыбак закусь, достал бутылку по 3 рубля 62 копейки, стакан гранёный, налил, значит, себе в аккурат по ободок стакана — 200 грамм, если не ошибаюсь. Закусить-то: хлеб, колбаска там, и не порезана.

Вот тогда дед нож-то и достал.

Мы с другом увидали — обзавидовались. Видать, наградной был, с кобурой, т. е. в ножнах, поблёскивал узорами, а нож тот не нож, а кинжал.

Мы-то ладно, молодые. Те два мужика тоже обзавидовались, стояли, рты разявили.

Дед порезал всё ломтиками, всё чинно так. А пить-то как? Стакан — одной рукой, закуску — в другую руку надо. А кинжал куда теперь? Руки-то две только.

Он с маху-то и вонзил ножик в доску, да немного сильновато, так что доска лопнула, и остриём как раз в камеру свою — и насквозь.

Та камера не современная ПВХ. Камера — резина. Она как хлопнет, на взрыв. И что тут началось! Камера в момент спустила, закуска поплыла, дед тонуть стал, а в руке-то — гранёный с водкой, не выбрасывать же. Он, бедняга, отрывает впопыхах шнур от коряги и, держа камеру (ну, то, что от неё осталось), барахтается к берегу, а стакан не отпускает. Тут уж мужики подбежали, и мы с другом Серёгой.

Помогли, что могли, вытащили на берег. Дед залпом выпил водку, как просто воды попил. И начал смотреть, что в лодке осталось. Понятно, тормозок смыло, а вот кинжал не нашёл. Ножны на месте, а кинжал утонул.

Мы разделись и ныряли там около коряги по очереди с Серым, но так и не нашли. Там илу на дне — в колено. Жаль, такой кинжал был.

Дед через день или на следующий день уже на новой камере плавал: снасти свои снимал, проверял, и потом магнитом на шнуре дно всё протыкал, но нож так и не нашёл.

Говорю же, там илу — в колено. Поди, по сей день там, на дне, под слоем ила и грязи. Жалко кинжал. Мы и потом приходили, ныряли, и всё бестолку. Да и магнитов тогда не было таких сильных, как сейчас. Дед от динамика брал, привязывал и им искал, а это так — пустая трата сил и времени.

Может, кто сейчас нашёл уже металлоискателем или магнитом поисковым — не знаю.

Вот такой случай тогда был.

Читайте, пишите отзывы. Ну а я ещё, что вспомню, обязательно напишу.

03.08.2026 г.
Автор М. А. М.