Глава 4. этюды о неравенстве и несвободе в сексуал

Революционно-философские этюды о неравенстве и несвободе в сексуальной логике современности. Глава 4.

Отрывок из главы «Секс и другие формы социального неравенства» монографии кандидата философских наук Максима Витальевича Карнова «Фрейдофукизм, или Культурная логика дикого капитализма», 2036.

Порнография является симулякром не только секса как такового. Она может содержать в себе и симулякры попыток борьбы с социальным неравенством. Впрочем, получается только хуже.
Возьмём для примера межрасовое порно. Логика названия предполагает, что данный жанр преследует социальную цель — нивелирование расовых различий, установление баланса и нормализацию этнического многообразия. Вот только буржуазия совершенно не собирается этим заниматься. И по итогу в межрасовой порнографии мы имеем:
1. Стереотипы о больших размерах половых органов чернокожих мужчин.
2. Стереотипы о прямом соотношении размеров половых органов мужчины и удовольствия женщины от секса.
3. Стереотипы о решающем значении размера половых органов мужчины при выборе женщиной партнёра.
4. Вызывающее мачистское и сексистское поведение актёров и подчинённое положение актрис.
5. Исключение из жанра (как правило), с одной стороны, мужчин всех остальных рас (либо их присутствие в неравноправной роли куколда), с другой стороны — чернокожих женщин. (Отметим, справедливости ради, что фильмы с белым актёром и чёрной актрисой лишены упомянутых здесь вульгарных стереотипов).
Гораздо более удачной попыткой сделать порно более социально ответственным является феминистская порнография. Уравнивание в фильмах для взрослых женщин с мужчинами не только создаёт приемлемое для женщин кино, но и указывает на субъектность (а не объектность) женщины. Но нельзя забывать: смотреть «правильное» порно вместо реальной поддержки феминизма — это всего лишь более удобная форма бездействия.

2027
И к другим новостям. В Нью-Йорке вторые сутки продолжается акция движения «Occupy Toilet». Вчера утром активисты, называющие себя «ультрафрейдистами», прорвались в здание Нью-Йоркской фондовой биржи, а также в несколько правительственных учреждений, и заняли все туалетные комнаты в захваченных зданиях. Один из лидеров движения, Яэль Бауман, также известная как Интифада, рассказала журналистам, что цель акции — обратить внимание на отсталость в развитии одного процента, то есть, американского истэблишмента. Ссылаясь на фрейдистскую теорию психосексуального развития, она отметила, что навязчивая потребность элиты контролировать доступ к туалетам свидетельствует о фиксации на анальной стадии развития. Как объяснила Яэль «Интифада» Бауман, это показывает, что власть имущие — большие дети, чей главный способ получать удовольствие заключается в том, чтобы, цитата, «много срать, особенно — на проблемы девяносто девяти процентов граждан Америки», а значит «они застряли на анально-фекальной фазе».
Президент США Дональд Трамп назвал участников акции «вонючим сортирным засором, который нужно устранить ради возвращения Америки в нормальность». Он потребовал от полиции Нью-Йорка принять незамедлительные меры по устранению правонарушителей. Экс-президент Джо Байден также осудил протестующих, заявив, что во времена его молодости, цитата, «молодёжь занималась по-настоящему полезными вещами, например, борьбой за независимость от Англии».
Помимо вышеуказанной цели, Бауман заявила, что участники акции также требуют дипломатического признания палестинского государства и деколонизации Израиля, а также легализации на федеральном уровне абортов вплоть до момента, когда удаётся установить, что плод будет иметь склонность к поддержке Республиканской партии. Большинство экспертов сошлись во мнении, что подход активистов ненаучен и, поэтому, требование не имеет смысла. В то же время, часть экспертов заявила, что любой плод, зачатый в традиционном браке между белыми женщиной и мужчиной, имеет склонность к поддержке Республиканской партии. Председатель Верховного суда США Джон Робертс отказался комментировать требования «ультрафрейдистов».

Отрывок из главы «Секс и другие формы социального неравенства» монографии кандидата философских наук Максима Витальевича Карнова «Фрейдофукизм, или Культурная логика дикого капитализма», 2036.

Нельзя не заметить, что порнография играет в смелость только там, где это безопасно. Образ сексуальной католической монахини живёт в массовой культуре уже давно. Порно не обошло стороной это клише. Режиссёры позволяют себе заниматься святотатством хоть круглые сутки — консервативные католики всё равно не смотрят фильмы для взрослых, а если и увидят, то что? Но часто ли мы видим в порно мормонов? Псевдохристианская секта имеет слишком сильную экономическую власть, причём не только в США. Ожидаемо, порнокорпорации не хотят будить лихо, пока оно тихо.
Святотатство бывает, конечно, не только религиозным. Политические чувства щекотливы не меньше, чем религиозные. И, увы, мы, опять-таки, не увидим порнографические сюжеты про династию Саудитов или Си Цзинпиня — политическое святотатство дозволено только тем исполнителям, которые готовы к проблемам, а неэлитарная порнография готова не к ним, а к высоким доходам.
И здесь я рискну сказать, что христианство не с проста находится под ударом порно. Левый активизм — естественная реакция на осознание того уровня социального расслоения, который мы видим. Рабочий из страны третьего мира, трудящийся в экстремальных условиях, смотрит на то, как беззаботно занимается потреблением мультимиллионер, смотрит на его яхты, автомобили и виллы... Он догадывается, что этот человек, в лучшем случае, получил всё это хоть и напряжённым, но не физическим трудом, а в худшем случае — просто получил наследство. Отнять и поделить, добиться равенства и справедливости, и ради этого пойти на баррикады — естественная, но не единственная реакция. Христианский метанарратив говорит: «Воздастся каждому по делам его». Истинный христианин не будет заниматься показательным потреблением. В рай яхту не забрать, а утащить себя в ад искушениями — очень даже возможно. Не лучше ли, поэтому, отказаться от консьюмеризма, а освободившиеся ресурсы пустить на совершенствование мира, например, на меценатство и благотворительность? Да, христианство не жалует сексуальную свободу, зато в асексуальной христианской культуре сложно почувствовать себя неполноценным из-за отсутствия партнёра. А сублимация поможет эффективнее заниматься социальным (а в данном случае и религиозным) активизмом. При всей этой революционности христианства, нельзя забывать, что его мэйнстримные (если мы не говорим о либеральном американском протестантизме) лидеры будут призывать к смирению, сексистским практикам и прочим вещам, отвлекающим от борьбы. Поэтому важно для себя решить: или мы добровольно отказываемся от неё и смиренно ждём смерти, чтобы уже на том свете получить блаженство, или мы с бо;льшими рисками и усилиями ведём борьбу в рамках христианства без оглядки на некоторые его ангажированные институты. Первое отворачивает от себя тем, что никакого рая после смерти может и не быть, зато второй подход может быть вполне достойной альтернативой культурному марксизму левого активизма.