Холостяцкое счастье

Мой дом сегодня как-то опустел.
Да нет, он опустел ещё вчера.
Я даже как-то резко похудел
И сбросил сразу килограмма два.

А может, я совсем не похудел.
Возможно, просто съехали весы.
Я сел, подумал, выдохнул и съел
Полторта, суп и таз из колбасы.

Я передал доверенность жене —
Пусть платит свет, налоги и счета.
Она сказала: «Хватит. Всё на мне».
И через час исчезла навсегда.

Сперва я думал: вышла погулять.
Потом решил: у матери ночует.
Потом устал об этом размышлять
И лёг. Лежу. Никто не протестует.

На кухне чашка медленно цветёт.
А в раковине множится посуда.
Мой старый сыр по-прежнему живёт.
И я живу. Ну это ли не чудо?

Она оставила на стуле лист.
Я третий месяц не могу прочесть.
Там сверху было: «Ты же эгоист».
А дальше — лень. Да и хотелось есть.

Я как-то раз затеял всё убрать,
Нашёл совок и признак силы воли,
Но сел на стул, чтоб план нарисовать,
И задремал, конечно, поневоле.

Недавно мне прислали два листа.
Там было про развод и про решенье.
Я спрятал их под старые счета
И отложил до пенсии прочтенье.

Друзья звонили: «Выйди. Оживись!»
Я отвечал: «Уже почти обут».
Потом искал второй носок. Нашлись
Три пирожка. Носки пускай живут.

Теперь мой день устроен просто: чай,
Диван, окно и крошки на халате.
Я иногда шепчу себе: «Вставай».
Но я один. Зачем вставать-то, кстати?