Апория

В кустах скрежетали уже отъевшиеся жуки, солнце грело мою слегка мокрую спину. Дорога была узкой для машин, но вполне широкой для прохожих. Передо мной, заворачивая на парковку, свернул белый автомобиль. Из него вышла девушка с огромной копной мелких русых кудряшек. Она прошла к задней двери, открыла её и начала доставать что-то. До меня донесся её запах сладкой, подпаленной пластмассы. Точно так же пахла лучшая кукла моей сестры, когда я по неосторожности оставил её на солнце. У куклы были не кукольные формы, а вполне взрослой женщины, что в детстве вызывало дикий интерес. Сестра в слезах прибежала, размахивая куклой перед мамой со словами обвинения в моем преступлении. В доказательство был запах — чудесный, между прочим, и обжигающий по температуре пластик. Особенно пахло от ног — они нагрелись больше всего. Так вот от незнакомки пахло точно так же. Она была в коротких свободных шортах, из которых выглядывали стройные ноги с небольшим загаром. Они не были слишком длинными или короткими. Не было ни родинок, ни волосков и пахли они сладкой подпаленной пластмассой.
Она пошла вперед, а я пошел за ней. Ну, конечно, не прямо за ней — шел я куда и шел, собственно. Ветер начал приносить и другие ноты её духов. Там было много тяжёлой ванили, то ли мускус, то ли еще какая безвкусица. «Запах тела», — как однажды мне сказала продавщица из магазина косметики.
Кудряшка свернула, скрывшись за угол, оставив мне еще на два шага детских и не очень воспоминаний.