Маленькая история об эмоциональном обмене

Рабочий день в банке подходил к концу.
Менеджер по работе с клиентами Анечка периодически посматривала на часы, мечтая поскорее вернуться домой и переобуться в уютные домашние тапочки.
К окошку подошёл мужчина в слегка помятом пальто и, оглянувшись, будто готовился не то к признанию, не то к ограблению, слегка наклонился вперёд:

«Здравствуйте!»
Приветливо-вежливым голосом, в котором уже слышалась тихая надежда на «ну ещё пять минут, и всё», Анечка спросила:
«Добрый день! Чем могу помочь?»
«Мне бы валюту поменять…» - мужчина понизил голос, словно делился государственной тайной.
«Да, конечно. А какая у вас валюта?»
«Вы знаете, разная. И ещё бы проконсультироваться по курсам… Что там растёт, что падает…»

«Минуточку, - Анечка бойко защёлкала мышкой, словно пытаясь этим ускорить конец рабочего дня. - Ну вот смотрите. Курс любви стабильно падает уже несколько лет. Очень нестабильная валюта. Не рекомендую вам в неё вкладываться.»
«Почему?» - нахмурился мужчина.
«Рынок перенасытился, стало много фальшивок. Время, знаете ли, такое сейчас: любовь штампуют на каждом углу, даже в супермаркетах раздают как рекламные листовки.»
«Да?»  -  мужчина удручённо почесал за ухом. - А я вот как раз хотел обменять немного любви. А то упадёт ещё сильнее, куда я потом с этими фантиками?»
Он достал из сумки пачку банкнот и положил на стойку.

Анечка привычным движением запустила пачку в детектор, машинка зажужжала, замигала всеми цветами, как будто пыталась протестировать не только купюры, но и душу клиента, и практически сразу остановилась с недовольным обиженным звуком.

«Стоп, - сказала Анечка. - Это фальшивая. По правилам нашего банка мы не можем её принять.»
«Да ладно! - засомневался мужчина. - Она не может быть фальшивой. Мне её супруга выдала!»
Детектор тем временем закончил проверку и, вздохнув, выдал напоследок короткий печальный писк.

«Вынуждена вас огорчить, - Анечка аккуратно подравняла пачку пальчиками. - Остальные купюры неплатёжеспособны.»
«Как это???» - мужчина расширил глаза, и в них отразилась вся история его романтических  ошибок.
«Одни повреждены, другие разорваны.»
«Ну а как вы хотели? Я их столько лет собирал… Некоторые вон с прошлого века ещё… Может, их как антиквариат оформить?»
«У нас антиквариат не в линейке продуктов, - мягко, но твёрдо ответила Анечка. – Но в рамках обслуживания мы предоставляем спецпакет «Лёгкая ностальгия» - три минуты грустного молчания за счёт банка.

«Ладно, пусть хоть это… - удручённо грустно вздохнул он и притих.
 «Ну так продолжим. – Анечка мягко прервала молчание. – Давайте, что у вас там ещё?»
«Ещё пачка дружбы где-то была… Сейчас…»

Мужчина принялся копаться в сумке, вытаскивая попутно чек из супермаркета, скомканный билет в кино и прошлогодний проездной.

«Да что ж такое?.. Куда я их положил?..»
Заскучавшая Анечка подпёрла голову рукой, тяжело вздохнула, и бэйджик на её груди грустно звякнул.
«Потеряли, что ли?»
«Похоже, да…» - приуныл мужчина, вытащив из очередного портала полосатый носок. Посмотрев на него со странной смесью стыда и узнавания, он торопливо впихнул его обратно, продолжая бормотать:
«Но я точно помню, что были… А! Вот!»

Из внутреннего кармана пальто появились две полусмятые купюры дружбы.
«Но их было больше! Я точно, точно помню!..»
«Ну значит, всё-таки потеряли. – сочувственно протянула Анечка, но в её голосе уже сквозила профессиональная выдержка человека, который слышал и не такое. - Давайте хоть эти проверю.»

Мужчина протянул ей купюры. Через несколько секунд она снова вернула их на стойку.
«Дружба настоящая. Ликвидность низкая, но качество - да. Без скрытых комиссий и мелкого шрифта.»

«Обидно, понимаешь… - пожаловался мужчина. - Точно помню, что больше было…»
«Что у вас ещё есть?» - перебила Анечка, уже порядком уставшая от причитаний клиента.

Мужчина запустил руку в сумку, вытащил новую пухлую пачку и слегка отодвинул её от себя:
«А ненависть обмениваете?»

 «Да, - кивнула она. - Это высокодоходная валюта, но с высокими рисками. Поэтому её, а также месть, злобу и зависть меняем только на болезни. Извините, новое постановление руководства. Регулятор решил, что банк не должен нести ответственность за чужие негативные эмоции.»

«А болезни на что можно обменять?» - нахмурился мужчина.
«На заботу о себе, - Анечка бросила быстрый взгляд на монитор, где рядом с балансом мигала плашка «Внимание: эмоциональный овердрафт». - Но только тем клиентам, у которых в нашем банке есть вклад в любви. У нас такая политика: без залога - никаких бонусов.»
«Что же это получается? - мужчина возмущённо потряс пачкой недействительной любви. - Я теперь даже вклад не могу открыть с этими бумажками??? Кстати, насчёт вкладов… Я лет тридцать назад делал у вас вклад в надеждах. Посмотрите, пожалуйста, сколько там накапало в процентах?»

«Секундочку, - Анечка энергично застучала пальчиками по клавиатуре. - Да, вижу. За это время у вас набежало тридцать восемь разочарований. Продлевать будете? Или снимете?»
«А если сниму, на что их можно будет обменять?»
«У нас как раз выгодное предложение от банка, - заученно защебетала Анечка, и в её улыбке мелькнуло что-то от рекламного ролика, который крутят на билбордах. - При обмене тридцати трёх разочарований вы получаете одну депрессию по курсу и бонусом бессонницу. Предложение действует до конца зимы. А ещё дарим стикерпак «Тихое отчаяние» - в электронном виде.»
«И на кой ляд мне сдалась ваша бессонница?» - мрачно хмыкнул мужчина.
«О, вы можете обменять её на любимое хобби, а освободившееся время потратить на осуществление самой заветной мечты, - продолжала Анечка с непоколебимой бодростью человека, который выучил скрипт наизусть и теперь защищает его как диссертацию. - Согласитесь, очень выгодное предложение! Наш банк заботится о вас!»

Мужчина устало посмотрел на сияющую Анечку и негромко выругался себе под нос.
«Простите, вы что-то сказали?» - та вскинула бровь.
«Я говорю, не жил богато, не хрен и начинать...» - с раздражением пробормотал он и, повернувшись, зашагал к выходу.
Дверь мягко щёлкнула за ним.

Анечка ещё секунду смотрела ему вслед, потом перевела взгляд на экран, где высветился новый запрос: «Конвертация творческого ступора в аванс вдохновения».
Глядя на хитро мигающий курсор, она на секунду представила, как было бы здорово нажать кнопку „аванс вдохновения“ не для клиента, а для себя. Но в списке доступных операций такой опции не было.
Поправив воротничок белоснежной блузки, Анечка машинально взглянула на часы. До конца рабочего дня оставались считанные минуты...

(Июль, 2026)