143. Жаренный петух и Азазелло

Кто-то, конечно же, скажет, ну хорошо. Пускай иностранца нежданно поймали, пусть его обвиняют в том, что он не совершал. Но при чем здесь тогда жаренный петух и "Вий" Гоголя? И, вообще, кто зажарил этого самого петуха?

Хорошо. Давайте посмотрим современную экранизацию этого сюжета в фильме "Ведьма", 2006 года. Если кто-то, не прочитав комментарии к фильму, поймет, что здесь происходит, я сильно удивлюсь (фильм снимали для американцев в Эстонии, чтобы заработать денег). ИИ так сильно смеялся над этим фильмом, что я даже не буду приводить его комментарий.
Что касается жаренного петуха, то его вы найдете ближе к концу фильма. В связи с тем, что его съели получился двойной эффект.
1) Никто не прокукарекал утром.
2) Ведьма распалась, так как не заметила, что настало утро.

"Американская рецензия на фильм Dread Central действительно получилась смешнее самого фильма. Критик писал, что картина якобы рассказывает об обретении веры, и добавлял: во время просмотра он сам просил Господа дать ему силы досмотреть эти 75 минут. Главной проблемой он назвал мучительную медлительность, хотя похвалил готическую атмосферу, свет и декорации" (комментарий ИИ).

Теперь более серьезно.
Почему я решил, что у банды "Черная кошка" могли быть проблемы с жаренным петухом?

Давайте посмотрим вот эту сцену из главы "Неудачливые визитеры", где Азазелло с большим раздражением расправляется с жаренной курицей. Если у кого-то есть другие объяснения столь жестокого обращения с несчастной курицей, то поздравляю!

"Прежде  всего он поднял паспорт  и подал его максимилиану Андреевичу, и тот принял  книжечку  мертвой  рукой.  Затем именуемый  Азазелло одной рукой поднял чемодан, другой распахнул дверь и, взяв под руку дядю Берлиоза, вывел его на площадку лестницы. Поплавский прислонился к стене.  Без всякого ключа Азазелло открыл  чемодан, вынул из  него громадную жареную  курицу без одной ноги,  завернутую в промаслившуюся газету, и  положил  ее на площадке. Затем вытащил две пары белья, бритвенный  ремень, какую-то  книжку и футляр и  все

это  спихнул ногой  в  пролет  лестницы, кроме  курицы.  Туда же  полетел  и опустевший чемодан. Слышно было, как он грохнулся внизу и, судя по звуку, от него отлетела крышка.

     Затем  рыжий разбойник ухватил  за  ногу курицу  и  всей  этой  курицей плашмя, крепко и страшно так ударил по шее Поплавского, что туловище  курицы отскочило, а нога осталась в  руке Азазелло. Все смешалось в доме Облонских, как справедливо  выразился знаменитый  писатель  Лев Толстой.  Именно так  и сказал  бы  он  в данном случае.  Да!  Все смешалось в глазах у Поплавского. Длинная  искра  пронеслась у  него перед  глазами, затем сменилась  какой-то траурной  змеей,  погасившей  на  мгновенье майский  день,  — и  Поплавский полетел вниз по лестнице, держа  в  руке паспорт.  Долетев до  поворота,  он выбил на лестничной площадке ногою  стекло в окне и  сел на ступеньке.  Мимо него  пропрыгала  безногая курица и  свалилась в пролет. Оставшийся  наверху Азазелло  вмиг обглодал куриную ногу  и  кость засунул  в боковой  карманчик трико, вернулся в квартиру и с  грохотом закрылся".