Пандемия глава 29 Последний салют

Весеннее небо девятого мая медленно гасло, окрашиваясь в сумеречные тона майского вечера, который еще не был готов полностью уступить свои права лету. Элен вышла из прохладной темноты кинозала, окутанная пьянящим, наркотическим шлейфом своих духов «Опиум». На душе было легко и спокойно после хорошего фильма. И в этот момент, в мягком свете просторного холла кинотеатра, её королевский «рентген» мгновенно выхватил из толпы знакомый силуэт.
Это был он. Ив.
Без секундного колебания, ведомая своей огромной, живой женской витальностью, Элен приняла импульсивное решение и направилась прямо к нему.

При её приближении тяжелые шестеренки номенклатурной паранойи Ива сработали мгновенно. Панически испугавшись этой открытой, спонтанной смелости, которую он не умел просчитать по инструкциям, синеглазый Лев резко отвернул голову в сторону, пытаясь спрятаться от её пронзительного взгляда карих глаз.

Элен, сохраняя абсолютное спокойствие и гордость Королевы, не замедлила шаг с достоинством прошла мимо, оставляя его наедине с его министерскими страхами.
Однако «жажда», накопленная за годы пандемийного плена, оказалась сильнее всех регламентов и цифровых заборов. Почувствовав, что Женщина его мечты уходит навсегда, Ив разорвал свой ледяной панцирь.

Он побежал за ней. Тяжелые мужские шаги зазвучали в холле: он догнал её, в каком-то отчаянном, диком порыве обогнал и пошел перед ней.



Она догнала его и обняла
— Ой... Что вы, что вы... воскликнул он.

— Не бойтесь меня, я не кусаюсь. Прошептала Элен.
и пошла прочь, оставляя его стоять посреди холла, полностью раздавленного и исцеленного грацией этого мгновения.

На паркинге кинотеатра уже вовсю царила ночь. Элен сидела за рулем своей машины в абсолютной тишине, наблюдая за лунными бликами на лобовом стекле. Через несколько минут появился Ив. Не замечая её в темноте, все еще пьяный от запаха её волос и объятий, он сел в свой автомобиль. Заурчал мотор, фары разрезали темноту, и его машина тронулась с места.

Элен завела двигатель и поехала следом. Началась удивительная, завораживающая процессия в ночном городе. Словно связанные невидимой цифровой нитью, которую никогда не смогут заменить экраны смартфонов, две машины двигались в унисон, одна за другой. Элен преданно и мягко вела свою машину за ним сквозь механический балет ночных улиц. Они послушно останавливались и снова трогались вместе на четырех светофорах подряд. Четыре совместных вдоха и выдоха в тайне ночной прохлады.

А затем, на следующем перекрестке, их траектории разошлись навсегда. Щелчок поворотника. Поворот налево. Огни машины Ива растворились в темноте городских кварталов, унося его обратно в серую министерскую рутину, а Элен поехала своей дорогой — навстречу своей абсолютной свободе.

Это было девятое мая две тысячи двадцать первого года. Это был самый последний раз, когда они виделись вживую, из плоти и крови, в реальном мире. Капкан вечного романа захлопнулся на этой красивой, кинематографичной ноте, навсегда заперев образ Ив в платиновой строке, пока сама Элен возвращалась в свое вечное эгейское лето.