Пандемия глава 30 Эфир для Элен

Шёл пандемийный двадцатый год, и Л.медленно замерзал в тисках локдауна. Ив сидел в радиостудии «Радио» перед массивным микрофоном.

На часах было начало пятого вечера, в кармане его строгого костюма беззвучно мигали те самые два смартфона.

Эфир катился по привычным, сухим рельсам: ковидные ограничения, предварительная запись по айпи-адресам.

Ив говорил ровно, номенклатурно, чеканя официальные формулировки, словно зачитывал ведомственные инструкции. Для всех радиослушателей он был просто строгим консулом в зажатом мире санитарных регламентов.

Но на шестой минуте интервью невидимая гроссмейстерская пружина, натянутая Элен, внезапно выстрелила прямо в прямом эфире.

Ведущая программы, задала очередной рабочий вопрос о вывозных рейсах в условиях закрытых границ. Ив, на секунду замер. Его параноидальное расщепление выдало секундную паузу, и синие глаза блеснули скрытым огнем. Он глубоко вдохнул воздух студии, словно надеялся поймать в нем шлейф духов «Опиум», и заговорил совершенно другим, особым голосом.

— Начиная с первого августа, — произнес он, и его голос наполнился странной, вибрирующей глубиной, — у граждан появилась возможность пересадочными рейсами улететь через Турцию... Оттуда вы сможете улететь в Россию регулярным рейсом
Для Л это была обычная логистическая справка о стыковках в Стамбуле.

Элен, сидевшая у экрана своего планшета, мгновенно считала этот шпионский код.
Её психологический «рентген» зафиксировал абсолютную капитуляцию.
Иван не просто объявлял расписание авиакомпаний

Он задыхался в своих серых министерских коридорах от тотального одиночества и шестилетней «жажды». И на этой шестой минуте он открыто звал за собой одну-единственную женщину — брюнетку с карими глазами, перфекционистку от Ла-Манша до Босфора. Он звал Элен.

Это был его личный, зашифрованный сигнал бедствия. Он словно умолял через радиоволны: «Приходите, Нам уже не забыть этот калейдоскоп. Я не понимаю, чего вы хотите, но я открываю для вас эту турецкую границу, потому что без вашего тепла мне хронически холодно».
Элен тонко, по-королевски улыбнулась, глядя на экран. Капкан «Пандемии» захлопнулся прямо в прямом эфире Радио. Ив думал, что даёт суровое интервью прессе, но на самом деле  он транслировал свою обсессию на весь Л.

— Нет, дорогой мой, я такие вещи не делаю, — тихо шепнула Элен в пустоту комнаты.      Я люблю вас. Всего вам доброго.
Она выключила трансляцию. Спектакль на шестой минуте был окончен.