Доктор Хамов

Доктор Хамов. Сезон первый, серия Первая и Единственная.

Лето. Где-то недалеко от Сызрани. Жена мэра Сызрани, сидя на тахте в особняке, зарегистрированном на имя тестя мэра Сызрани пилит ноготь на безымянном пальце. Из включенного телевизора диктор вещает об умопомрачительном успехе фильма про конец света, пришельцев-овощей, и героическое противостояние зауральского паренька . Жена мэра слышит слово "овощи" и думает, что неплохо было бы умять чего-нибудь овощного и низкокалорийного. Она идёт на кухню, напевая песенку из рекламы сока "J-7" открывает холодильник, достаёт из него сельдерей и принимается его жевать. Тут её глаза округляются, она говорит: "Ёпт" и падает оземь. На стук упавшего тела вбегает служанка. Служанка видит бесчувственное туловище, округляет глаза, говорит: "Ёпт!" и звонит в "скорую"...

Играют "Мэссив Аттак". Или Гендель. Или что-то подобное... под музыку на экране то и дело появляются органы: вот яичник, явно нездоровый. Вот церрозная печёнка. Лёгкое курильщика. Геморрой, кариозные зубы и прочие прелести.
Под это дело идёт перечисление всех актёров, принявших участие в съёмках.

Опять лето. Где-то в окрестностях Сызрани. К крыльцу клинической больницы подъезжает грязный мотоцикл "Урал" с поломанным лобовым стеклом. Естественно с люлькой. Доктор Григорий Хамов глушит мотор, сплёвывает набившуюся в рот мошкару и, опирась на клюку и прихрамывая, направляется к крыльцу.
Хамов.   Это ж надо было додуматься построить больницу в такой глуши, да ещё и назвать её Принстон-Плейнсборо. Ёбнутая страна...
Хамов входит в тамбур, где его уже поджидает Лиза.
Лиза.  Григорий, ты опять опоздал на три минуты, а случай-то ведь козырный! Всё как-никак жена мэра!
Хамов.  И хули? Я вообще-то хромой! И карбюратор - говно ( съедает горсть каких-то таблеток) Щас всё будет нормально...
Хамов щиплет Лизу за ягодицу, та бьёт его по морде и так, за дружескими приветствиями они проходят тамбур и вваливаются в больничный коридор.
В коридоре они натыкаются на задумчивого Вилкина.
Хамов.  Вилкин, а переезжай-ка ко мне жить! ( игриво подмигивает )
Вилкин качает головой, делает грустные глаза, бормочет что-то невнятное и медленно уходит вдаль по коридору.
Лиза.  Ой не спокойно мне за Вилкина. С бабами ему вечно не везёт. Не удивлюсь, если следующая вообще будет форменная стерва.
Из сестринской под взрыв женского хохота выходит смеющийся В-Форме (чернявый такой). Замечает Хамова и Лизу, резко перестаёт смеяться и вообще делает попытку съебнуть обратно в сестринскую, но не успевает.
Хамов.  В-Форме, а чем это ты там занимался? А?
В-Форме.  А я... эт.. так это... лампочку вворачивал, вот.
Хамов.  Все лгут! ( глотает горсть каких-то пилюлек ) Как она?
В-Форме.  Ввернул, горит.
Хамов.  Идиот! Я про жену мэра! ( пытается достать чернявого клюкой )
В-Форме.  (уворачиваясь ) Идёмте, сами и увидите.
Все уходят.

В палате. Жена мэра на постели, кругом какие-то приборы, всё пищит и мигает. На прикроватной тумбочке сидит Блондинко и по всему видно, что крепко думает и вообще переживает. На краю кровати, где лежит бесчувственная жена мэра, сидит Сыр и злорадно скалится, глядя на Блондинко.
Сыр.  Ну что, сдаёшься?
Блондинко.  Волчанка?
Сыр.  Волчанка уже была! Что не знаешь больше на "в"?!
Входят Хамов и В-Форме (чернявенький такой, навроде цыгана).
Хамов.  Баканализ?
Сыр.  Он на больничном.
Хамов.  Ладно. Температурку мерили? Флюорография у тётки не просроченая?
Все недоумённо переглядываются.
Хамов.  Всё приходится делать самому ( закидывается какими-то пастилками )
Блондинко.  (обращаясь к Хамову ) Доктор, а болячку на "в" не подскажите?
Хамов.  Волчанка!
Блондико и Сыр ( хором ).  Волчанка уже была!
Хамов.  Воспаление тогда...
Сыр.  Аминь.
Все уходят.

Ординаторская. На окне кипит чайник. Хамов то и дело мечет в стену "лизуна", тот с противным чавкающим звуком прилепляется к стене, потом с не менее противным звуком отлепляется и падает оземь.
Остальные пребывают в глубокой задумчивости.
Хамов.  Так, на всё про всё у нас три часа. Потом я ухожу зырить "Поющих в терновнике" к коматозникам. Какие будут предложения?
В-Форме.  Согласно медицинской карте этой дамочки в одной из частных клиник Бразилии ей недавно делали пересадку куриных мозгов по программе омоложения. Если бы только как-то связать это с сельдереем...
Блондинко.  Вы меня конечно извините, но я что-то вся испереживалась ( заламывает руки, начинает реветь ) Давайте просто спасём ей жизнь!
Хамов.  Вот только не надо бздеть ( разжимает сопротивляющейся Блондинко челюсти и всыпает ей в рот своих "колёс". Блондико резко успокаивается )
Сыр.  На всё воля Господа, иже еси...
Хамов. ( грозя Сыру клюкой )  Ты мне ещё поговори! Быстро пошёл, взял мазок и кровь из пальца у этой курицы! И проверь заодно мою версию про клеща в пипиське... А ты, чернявенький, созвонись-ка с этими коновалами из Бразилии, где много диких обезьян и выясни, а не было ли у них там каких осложнений с операцией.
Блондинко ( всхлипывая )  А я?
Хамов.  Ну а ты сгоняй к мэру в особняк.
Блондико. Зачем?
Хамов. За сельдереем. Ну, понеслись!
Все, кроме Хамова, убегают. Входит Вилкин.
Хамов.  О, Вилкин! А переезжай-ка, брат, ко мне жить, а? ( игриво подмигивает )
Вилкин грустно смотрит на Хамова, бубнит что-то неразборчивое и уходит не закрыв за собой дверь.

В кабинете у Лизы. Входит Хамов, тут же залепляет в стену "лизуна".
Лиза.  Григорий, а на тебя опять жалобы. Почему вот этому больному из шестой палаты вместо стандартных четырёх клизм восемь прописали?
Хамов.  Эх, Лиза... знала бы ты, какие у меня из-за этого засранца проблемы с техосмотром были, ты бы меня поняла.
Лиза.  Это не даёт тебе право на то, чтобы истязать человека, тем более, что он вообще поступил с переломом челюсти!
Хамов.  Ну давай, выговор мне нарисуй, премию порежь, давай! ( съедает горсть каких-то таблеток )
Лиза.  Ты не гоношись, не гоношись. Как там с женой мэра дела обстоят? Дело-то ведь серьёзное.
Хамов.  Пока помаринуем тётку. Надо свести концы с концами, куриные мозги и сельдерей...
Лиза ( с сомнением во взгляде )  А ты не угробишь ли её часом? Ты, Григорий, смотри у меня, давай без рискованных экспериментов. Хоть капельниц ей каких поставь!
Хамов ( подняв перст к небу и выпучив глаза )  Лиза, а в прошлом месяце клеща в пипиське у безнадёжно больной кто нашёл? То-то же! Не вмешивайся в мою работу!
Забирает "лизуна" и уходит.

Ординаторская. На окне кипит чайник. Все в сборе.
Хамов.  Ну что, как результаты?
В-Форме.  Я созвонился с Бразилией. Операцию делал некий доктор Педалез и с его слов всё прошло чики-пуки.
Сыр.  Мазок и кровь в норме. Версия о клеще не подтвердилась...
Хамов.  Ну конечно. Клещ, он ведь такой, он не в каждую пиписку лезет, он ищет где повкусней.
Блондинко.  Сельдерей сейчас в лаборатории на анализах. Это всё что я смогла сделать! Мне так жаль эту тётку ( начинает реветь )
Хамов.  Вот бля ( даёт Блондинко пощёчину. Та перестаёт рыдать, но то и дело нервно всхлипывает )
Вбегает ассистент Мензурка.
Мензурка.  Вот данные сельдерея.
Хамов.  Так-так... ну вот, как я и думал. Капельниц не надо, нужно резать. Куриные мозги тут виноваты только косвенно, всё дело в сельдерее. На нём мирно жила колония экзотических мозговых глистов, а эта дура не вымыла овощ и почти весь его захомячила. И теперь глисты проникли в её черепушку, а там - свежие, полные сил куриные мозги. Идёт банальная борьба за власть и если глисты победят, то всё, мэру будет нужна новая жена. Были бы там обычные мозги, с тёткой вообще была бы масса проблем: глисты взяли бы её под свой контроль и кто знает, чем бы это обернулось. Но курица в ней, видимо, доминирует.
Блондинко. Может быть электрофарез?
Хамов, В-Форме и Сыр удивлённо смотрят на Блондинко.
Хамов.  Ишь, какие мы слова-то знаем! На печеньице ( даёт Блондинко одну из своих пилюлёк ) Всё, халаты надели и - на операцию. А то скоро мой любимый сериал!
Все уходят.

В баре Хамов и Вилкин. По телевизору показывают прямую трансляцию с Дня Города, где со сцены горожан поздравляет мэр. Бухой Хамов держит перед собой в руках две таблетки, синюю и красную.
Вилкин.  ... вот ведь негодяй: женился на другой прямо в тот момент, когда ты оперировал его бывшую... а она как только пришла в себя и узнала про это, так и померла от разрыва сердца...
Хамов.  Да херня. Мы оба знаем, что это был не разрыв сердца, это её от проводки коротнуло. Я вот думаю: выпить мне синюю таблетку, заснуть, а потом проснуться у себя в постели как ни в чём не бывало или выпит красную и узреть реальный мир?
Вилкин делает совсем уж невыносимо грустные глаза и бубнит что-то совсем уж неразборчивое.
К Хамову подсаживается проститутка.
Хамов ( обращаясь к проститутке )  А нет ли у вас, милочка, случаем пиписечного клеща? Поиграем в доктора? ( игриво подмигивает )
Титры.

Доктор Хамов. Сезон второй; серия, само собой, Единственная.

Хоккей на льду. Идёт второй тайм игры между сызранским клубом "Пластик" и каким-то "Текстильщиком". "Пластик" отчаянно рубится, с остервенелостью высекая крошку из ледовой арены, но при этом умудряется проигрывать со счётом 3:2. Очередной прорыв "пластиковой" обороны по левому флангу приводит к тому, что вратарь "Пластика" остаётся один на один с нападающим из какого-то непонятного, осточертевшего всем "Текстильщика".
Нападающий вылетает на центр, и замантуливает сильнейший прострел. Вратарь в какие-то доли секунды предугадывает направление полёта шайбы, и - отбивает её обратно с удвоенной силой. Нападающий, в свою очередь, ни фига не угадывает и ловит шайбу прямо в лоб, пусть даже и в шлеме. Удар повергает спортсмена задолбавшего всех "Текстильщика" оземь, хоккеист падает и не подаёт признаков жизни. Судья думает: "Ёпт!", свистит и останавливает игру.
Трибуны неиствовствуют. Кто-то звонит в "скорую"...

Играют "Мэссив Аттак". Или "Пинк Флойд", или нечто подобное. Под музыку на экране то и дело появляются знакомые всем по учебникам анатомии изображения: вот цинготные дёсны, вот многососковость. Базедова болезнь... под шумок идёт перечисление актёров, принимавших участие в съёмке.

Утро. Уже знакомое крыльцо клинической больницы Принстон-Плейнсборо. Доктор Григорий Хамов отбивается от наседающего на него потрёпанного деда. Дед явно с бодуна.
Дед.  Исцели, Христом-богом прошу! Исцели, батюшка! Душа горит!
Хамов.  Пшёл нах! ( роняет деда с крыльца пинком с больной ноги, охает от боли, кривится и, пока дед ещё не опомнился, входит в тамбур ).
В тамбуре его уже поджидает Лиза. Хамов шипит от боли и потирает ногу не обращая на Лизу внимания.
Лиза.  Григорий, а может ногу-то - того? Чик - и всё, шоб не болело, а?
Хамов.  Ага, щас! Это ведь и не нога даже - это символ, можно сказать! А вам бы только резать! Мясники! Коновалы-ы! ( проглатывает горсть каких-то капсул, успокаивается ) Ну что тут у нас сегодня?
С последними словами Хамов пытается потискать Лизу за грудь, получает по морде и за этим нехитрым делом они входят в больницу. В коридоре их встречает задумчивый Вилкин с чемоданом.
Вилкин.  Хамов, а можно мне у тебя пожить? ( неуклюже, типа игриво подмигивает; впрочем тут же смущается и краснеет )
Хамов.  Конечно можно, друг! Но чур в обувь не ссать.
Лиза.  Ребята, некогда тут рассусоливать! ( обращается к Хамову ) Ты хоккейный клуб "Текстильщик" знаешь? К нам поступил их форвард со сложнейшей травмой головы, вся твоя команда сейчас у него...
Тут из сестринской под взрыв женского хохота с весьма довольной мордой вываливается В-Форме ( такой смугленький, молдаванин что ли )
Хамов.  Цыпа-цыпа ( манит В-Форме клюкой ) И чего это мы там делали, пока все заняты работой, а?
В-Форме. ( ускоренным шагом уходя прочь от Хамова по коридору ) Так это... Тостер! Тостер у них поломался, ага!
Хамов.  Не, ну вы поглядите! Ведь все лгут! ( съедает ещё пару своих пилюлек )
Лиза.  Ну так что там с "Текстильщиком"?
Хамов молча достаёт из-за пазухи цветастый шарфик с надписью "Пластик" и скандирует непристойную кричалку.
Лиза.  А лечить ты его всё равно будешь!
Хамов показывает ей кукиш, Лиза гордо вскидывает голову, Вилкин, судя по выражению лица, вообще ничего не понимает.
Все уходят в разные стороны.

В палате. Бессознательный форвард лежит в постели, к нему со всех сторон тянутся провода и трубочки. Что-то пищит и мигает. Блондинко стоит у форварда над душой и пристально смотрит ему в лицо.
В ногах у больного чего-то ковыряется и сопит Сыр.
Сыр.  Три, два, раз, с Богом ( чиркает спичкой и поджигает бумажки рассованные больному между пальцев ног ) Ну как?
Блондико.  Пока никак... а ты уверен, что это сработает?
Сыр.  В семинарии работало...
Входит запыхавшийся В-Форме.
В-Форме.  Атас! Хромой идёт!
Сыр суматошно задувает огонь, Блондинко разгоняет руками запах гари и дым. Входит Хамов.
Хамов ( окидывая всех строгим взглядом)  Опять херней занимаетесь? Что тут?
Сыр.  Пациента вырубило ударом шайбы в голову, до сих пор он не приходил в сознание. Сделали снимок головы ( протягивает цветное фото головы хоккеиста, 9Х12 ) и, на всякий случай, сняли отпечатки пальцев. Мало ли. Флюорография не просрочена.
Хамов.  Баканализ?
Сыр.  До сих пор на больничном.
Блондико.  Доктор, давайте спасём его во что бы то ни стало! Молодой, спортивный, ему ещё жить да жить! ( всхлипывает)
Хамов.  Ну как бы вам помягче сказать... ( достаёт из-за пазухи шарфик, скандирует непристойную кричалку ) Понятно?
Все, кроме Хамова и больного, в шоке.

Кабинет Лизы, "летучка". Зарёванная Блондинко, хмурые В-Форме и Сыр, рассерженная Лиза и весёлый Григорий.
Лиза.  Григорий, что за хня! Ты же клятву давал!
Хамов.  Я давал, я и взял. Не буду лечить этого засранца. Хоть убей.
Блондинко опять начинает реветь.
Лиза.  Так, вышли все, кроме Хамова!
Сыр и В-Форме берут бьющуюся в истерике Блондико и выносят её из кабинета.
Лиза.  Хамов, будь ты человеком! Хоть Блондико-то пожалей, а то доведёшь людей до ручки, не удивлюсь если вообще кто-нибудь из твоих застрелится.
Хамов.  Дашь своих трусов - буду лечить!
Лиза ( решительно хлопая рукой по столу ).  Легко!
Хамов, злорадно ухмыляясь, уходит.

Ординаторская. На окне кипит чайник. Все в сборе, кроме Блондинко. Хамов мечет "лизуна" в стену, остальные думают или делают вид, что думают.
Хамов.  А эта где?
Сыр.  У пациента в палате. Переживает.
Хамов.  Какие будут предложения?
В-Форме.  Шеф, я уже всё передумал: пиявки, кровопускание, электрошок... может - банки?
Хамов.  А что? Это идея, мне нравится.
Сыр.  Аминь.
Вбегает Блондинко.
Блондико.  Доктор, у нас проблемы!
Все, чертыхаясь, уходят.

Палата больного. Больной вроде как в сознании, но при этом ведёт себя как дебил: мычит и обильно пускает слюни.
Больной.  Абыррр...
Блондико ( краснея )  Я вот подумала: лучшее лекарство - секс... ну  и дала ему подержаться за титю...
Хамов. А больше ты ему ничего не дала? Главное, чтобы от слюнотечения не началось обезвоживание. Сыр, сиди смотри за приборами: если запикает долго и монотонно - зови сестру-хозяйку и медбратьев, пускай приберут. В-Форме - позвони тренеру этого идиота, выясни, был ли он идиотом до матча. Ты, титя, дуй в ординаторскую, сваргань мне чайку: вместо сахара положи три этих ( даёт Блондинко своих "колёс" ). А мне кой-куда сгонять надо.
Больной.  Абыр! Абыр!
Хамов.  Ну говори ты, не томи!
Больной.  Абырвалг!
Хамов.  Тьфу!

Кабинет Лизы. Лиза и тренер "Текстильщика"  ведут беседу на повышенных тонах. Входит Хамов.
Тренер.  А я вам ещё раз говорю: то были витаминные добавки!
Хамов.  Ага, "Абырвалг" называются. Колись, сцуко, чем спортсменов травишь! ( делает "козу" и наседает на тренера )
Лиза.  Григорий, осади!
Хамов ( Лизе на ухо ).  Да у них с нами завтра переигровка, надо бы этого больного ещё подлечить, понятно? ( игриво подмигивает )
Лиза.  Тренер, у нас всё же сомнения по поводу психического состояния вашего сорванца, надо его дообследовать... рентгеном там просветить...
Тренер.  А я вам в десятый раз говорю: он с рождения такой, а я им только витаминки даю, шоб не кашляли! Верните мне моего соколика, эскулапы! А то я на вас жаловаться буду! У меня в администрации связи!
Лиза.  Да ладно, забирайте.
Тренер убегает.
Хамов.  Ну и хрен бы с ним, я собственно за бельишком.
Лиза вздыхает и лезет под юбку.

В баре Хамов и Вилкин. По телевизору показывают матч между "Пластиком" и набившим оскомину "Текстильщиком". Счёт в пользу "Текстильщика". Бухой Хамов высыпает горсти таблеток из кармана и рассортировывает пилюльки по цвету. Рядом с кучей лекарств лежат кружевные женские трусы.
Вилкин.  ...мерзавцы. Это ж надо было подсадить пол-команды на стероиды? А парень ведь мог бы ещё жить и жить, растить детей...
Хамов.  Стероиды - херня. Вот то, что на него потолок в палате рухнул пока мы чай пили - это да. Я ведь им ещё в прошлом году про ремонт говорил. Суки все. Хочешь? ( протягивает Вилкину горсть зелёненьких капсул )
Вилкин утвердительно кивает головой и падает под стол. К Хамову подсаживается проститутка.
Хамов.  Лучшее лекарство - секс, да ведь? Дай-ка дяде титю (игриво подмигивает)
Титры.