Объект номер 17. Глава 5

Друзья наспех перекусили бутербродами с соком. Алина, продолжая тихо сокрушаться о своём неподъёмном рюкзаке, переложила часть вещей к Денису — тот великодушно нашёл для них свободное отделение и безропотно согласился утяжелить свой рюкзак ее книгами и косметикой.
Маша, собрав растрёпанные волосы в тугой хвост, достала тушь и маленькое зеркальце, но, немного подумав и покопавшись в рюкзаке, вытащила пачку влажных салфеток и, тяжело вздохнув, попросту стёрла с лица все остатки косметики.  Алина, напротив, деловито и старательно подправила стрелки на глазах и накрасила губы помадой поярче, будто готовилась не к марш-броску, а к выходу на сцену. Маша лишь молча пожала плечами, решив не лезть с советами.

Посидев ещё пару минут, ребята снова двинулись в путь. Дорога, словно змея, ускользала всё глубже в чащу, петляя между деревьями. Небо вновь недовольно нахмурилось и разразилось противным, мелким дождём. Закутавшись в дождевики, они побрели дальше, ёжась от порывов холодного ветра и стараясь не скользить на мокрых кочках.

Алина, шедшая теперь почти вплотную к Денису, то и дело касалась его руки, притворно спотыкаясь на ровном месте. Он тут же заботливо подхватывал её под локоть, одаривая тёплой, немного обеспокоенной улыбкой. Маша шла позади и наблюдала эту картину с немой болью и горечью, которые поднимались откуда-то из солнечного сплетения и сжимали горло. Она прекрасно понимала, что происходит, и от этого понимания становилось невыносимо. Сердце наполнялось свинцовой тяжестью. Алина была её лучшей подругой — они прошли вместе огонь и воду: были неразлучны с первого класса, вместе поступили в институт, делились самыми сокровенными секретами. И сейчас Маша просто не верила своим глазам, чувствуя, как  всё рушится — все годы дружбы, всё их общее прошлое.

— Что нос повесила? — Максим внезапно возник рядом с камерой, весело улыбаясь, хотя его взгляд был чуть настороженным. — Делись эмоциями! Сейчас не время грустить.

— Убери, — она мягко, но настойчиво отодвинула рукой объектив. — Не грущу я. Устала просто.

— Давай рюкзак, — вдруг сказал он совершенно серьёзно, убрав камеру в чехол.

— Не надо, Макс, тебе же самому тяжело, — запротестовала Маша, покачав головой и взглянув на его массивный рюкзак.

— Намекаешь, что я слабак? — с притворной обидой протянул он, но глаза его смеялись. — Я вообще-то в зал хожу. Иногда. Знаю, что незаметно, но это пока.

Маша, взглянув на него, чуть улыбнулась — впервые за долгое время — и нехотя отдала рюкзак. Он подхватил его одной рукой, будто пушинку, хотя Маша видела, как напряглись его плечи — вес давался ему с трудом. Но он упрямо сохранял бравый вид.

Она шла рядом, снедаемая неловкостью и смутным удивлением. Оказывается, под маской беспечного шутника, вечно зацикленного на своих блогах и лайках, таилось что-то ещё — что-то тёплое, непоказное.

Маша снова покосилась на Алину и Дениса, которые уже ушли далеко вперёд и даже не оглядывались, увлечённо о чём-то беседуя. Внутри Маши закипала злость — горькая, отрезвляющая, — и вдруг в голове вспыхнула неожиданная идея.

— Макс, а можно я камеру твою одолжу, ненадолго? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Максим, чуть помедлив, кивнул и, сняв с шеи гаджет, протянул ей.

— Держи. Но лови момент! Этот ролик должен стать хитом, сорвать кучу лайков.

Маша взяла камеру и, захлёстываемая волной внутреннего кипения, решительно направилась к Денису и Алине. Догнав друзей, она встала прямо перед ними на тропе, преградив путь, и направила на них объектив, усиленно пытаясь придать себе беззаботный, игривый вид.

— Скажите что-нибудь для влога, — её голос чуть дрожал и прозвучал, как ей самой показалось, жалко и глупо, отчего расстройство только усилилось.

Алина посмотрела на неё широко распахнутыми глазами, с самым невинным видом.

— Ох, всё просто чудесно! Воздух опьяняющий, компания восхитительная! — Она демонстративно обняла Дениса за плечи, прижавшись к нему. — Правда, Ден?

Денис улыбнулся, но как-то натянуто.

— Точно, всё отлично. Только погода капризничает. А с чего вдруг ты решила примерить роль оператора? Подсиживаешь Макса?

Маша заметила, что в его взгляде  промелькнуло недовольство, или даже раздражение. Но может ей показалось...

— А что, я тебя не устраиваю в этой роли? — она резко выключила камеру и опустила руку.

— Я ничего такого не говорил, — нахмурился Денис.

Алина с плохо скрываемым удовольствием наблюдала за её лицом.

— Нам лучше поторопиться, — сухо сказал Денис. — А не топтаться на месте.

— Ладно, не буду вам мешать.

Маша с обидой убрала камеру и быстрым шагом вернулась к Максиму, с горечью сожалея, что вообще подошла к Денису. «Зачем только я это сделала, идиотка… выставила себя полной дурой», — мысленно сокрушалась она, глядя на спины парочки, идущей впереди.

— Он тебе нравится, да? — вдруг спросил Максим негромко.

Маша поймала его пристальный взгляд и ощутила, как жар приливает к щекам.

— С чего ты взял? Глупости. И сейчас я не хочу об этом говорить, — пробормотала она, отводя глаза.

— Прости, не хотел задеть. У меня дурацкая привычка озвучивать очевидное, — в уголках его губ мелькнула грустная, понимающая улыбка.

— Эй, запечатлей меня, красотка! — вдруг закричал Илья откуда-то сбоку.

Маша обернулась и испуганно замерла. Илья умудрился вскарабкаться на хрупкое, явно не рассчитанное на его вес деревце, сжимая в одной руке уже откупоренную бутылку вина. Он покачнулся на тонкой ветке, едва не потеряв равновесие.

— Илья, ты же в стельку! Упадёшь! — крикнула она, чувствуя, как сердце уходит в пятки.

— Илья, слезай, дурак! — закричал Максим и, скинув на землю оба рюкзака, бросился к нему на помощь.

— Спускайся, идиот! — буркнул Денис, также подходя ближе.

— Да я трезвее вас всех вместе взятых! — провозгласил Илья заплетающимся языком, покачнулся в последний раз и пулей сиганул вниз, с треском ломая ветви в полёте.

Максим подбежал первым, склонился, с тревогой оглядывая Илью, который пытался подняться на ноги, путаясь в колючем кустарнике. Ветки и сучки оставили на его руках багровые, набухающие кровью отметины. Но на вид он казался целым, по крайней мере кажется ничего себе не сломал. Маша облегчённо выдохнула.

Денис, ворча что-то себе под нос, порылся в рюкзаке и достал бинт и перекись и протянул Илье.

— Держи, алкаш.
Илья сперва попытался отмахнуться, но затем взял бинты и нехотя обработал раны, чуть морщась и шипя ругательства себе под нос.
Ребята помогли ему подняться, отряхивая листья и кусочки коры с его одежды.

— Ты не снимала? — с лёгкой досадой спросил Максим, взглянув на выключенную камеру в руках Маши.

Маша помотала головой, чуть нахмурившись.

— Нет, конечно, Макс, ты что?

— Жаль, упустили контент, — вздохнул он.

Маша совсем не могла понять такого, и, честно говоря, не хотела.

— Ладно, держи свою камеру. Оператор из меня никудышный. — Она протянула гаджет обратно. Максим бережно взял камеру и водрузил её обратно в чехол.

— Но согласись, если бы он сломал себе шею, контент получился бы невесёлый, — хмуро добавила Маша, сильно надеясь, что он согласится.

— Конечно, я же не кретин, чтобы такому контенту радоваться, — усмехнулся Максим и посмотрел на неё немного удивлённо.

Маша ощутила облегчение от его слов.