Объект номер 17. Глава 2

На следующее утро Маша, едва выглянув в окно, чуть было не передумала ехать. Мир за стеклом словно выцвел: улица тонула в густом, плотном тумане, который размывал очертания деревьев и гасил все звуки, а с неба моросил противный, мелкий дождь. В такую погоду больше всего на свете хотелось забраться обратно под одеяло, и просто отключить телефон. Но, конечно, она не могла так поступить — она слишком долго ждала этой поездки, слишком много о ней думала. Маша решительно надела непромокаемую куртку и, помедлив, обмотала шею теплым шарфом, сильно надеясь не замерзнуть и не заболеть. Затем с сомнением взглянула на свои ботинки, не слишком удобные, купленные скорее для городской осени, чем для лесных троп. Выдержит ли она такой долгий путь — она не знала. Это был первый поход в её жизни. Она никогда не питала особой любви к долгим прогулкам по бездорожью и, тем более, к ночёвкам на природе, где нет ни горячей воды, ни мягкой постели. Ей куда больше были по душе городской комфорт, уютные кофейни и неспешные походы по магазинам. Но, вздохнув, Маша одёрнула себя: что не сделаешь ради возможности провести несколько дней в романтической обстановке с Денисом.

Выйдя на улицу, она сразу же поёжилась от пронизывающего, совсем не летнего ветра, который пробирался под куртку и заставлял ёжиться. Набросив капюшон и плотнее завязав шарф у самого подбородка, Маша поспешила к остановке, сердясь на несправедливость погоды. Как назло, всю прошлую неделю стояла отличная, тёплая погода, и именно сегодня ей угораздило испортиться, вопреки всем бодрым прогнозам синоптиков. «Оставалось надеяться, что скоро выглянет солнце», — подумала Маша, обходя лужи.

Она дошла до остановки, потом пол часа тряслась в душном запотевшем изнутри автобусе, и вот она уже ступила на мокрую платформу вокзала, уже начиная чувствовать ноющую боль в спине от тяжёлого рюкзака. К этому времени дождь наконец закончился, туман рассеялся , и солнце лениво, будто нехотя, выглянуло из-за хмурых, стремительно убегающих туч, бросая на перрон первые робкие блики.

На платформе Машу уже ждали Алина и Максим, оба нагруженные багажом так, будто собрались в кругосветное путешествие. Алина, как всегда, выглядела идеально и стильно: ярко-розовая фирменная курточка, светлые джинсы и кроссовки. Впрочем, сегодня Маше показалось, что подруга явно перестаралась с макияжем и причёской. Её каштановые локоны, уложенные волосок к волоску, алые губы и дерзкие, хищные стрелки на глазах слишком бросались в глаза, резко контрастируя со скромным обликом самой Маши, чьё лицо почти не было тронуто косметикой — только тушь да бальзам для губ.

Максим, напротив, выглядел уютно и просто: тёплый спортивный костюм, удобные кроссовки, а на шее — неизменный чехол с видеокамерой, с которой он, казалось, никогда не расставался. Удивительно, но промозглая мрачная погода, похоже, совершенно их не тяготила — они стояли к ней спиной и беззаботно смеялись, что-то оживлённо обсуждая, и даже не заметили её появления. Маша подошла ближе и услышала, как Максим в своей неподражаемой комедийной манере пародирует кого-то из университетских преподавателей — судя по всему, их старого профессора зануду, преподавателя истории. Алина заливалась звонким хохотом, и Маша, не удержавшись, тоже рассмеялась. Мгновенно на душе стало теплее, а тревога, терзавшая её с утра, чуть отступила. Ведь и правда, всё здорово — впереди чудесная поездка, и наверняка скоро окончательно выглянет солнце.

— О, привет, Маша! — заметила её Алина, резко обернувшись, и её ярко накрашенные глаза радостно блеснули.

Максим тоже обернулся, поправил камеру на груди и приветливо, открыто улыбнулся ей.

— Привет. А где Денис и Илья? — спросила Маша, бросив настороженный взгляд на большие вокзальные часы, стрелки которых неумолимо приближались к назначенному времени. До прибытия поезда оставалось всего десять минут.

— Что-то Денис задерживается, — сказала Алина с оттенком тревоги в голосе, теребя лямку рюкзака. — И звонки сбрасывает…

— Надеюсь, не опоздает. Поезда здесь ходят раз в синюю луну. —  хмыкнул Максим, вглядываясь в сторону заходящих на перон немногочисленных пассажиров.

В этом он был абсолютно прав. Поезд в этом направлении ходил всего раз в три дня и останавливался в том диком месте, куда они направлялись, только по требованию. На машине или автобусе туда было не добраться , слишком далеко от шоссе. Без Дениса ехать смысла точно не было. Особенно учитывая, что он возложил на себя обязанности проводника и лидера их маленького отряла, прекрасно ориентировался в лесу и уже бывал на том озере ранее. 
Денис всегда был крайне пунктуален, неужели он проспал? Это было совсем на него не похоже. Маша не знала, что думать.
— Неужели и в чате ничего не написал? — спросила Маша с тревогой. Она торопливо достала телефон из кармана куртки, открыла общий чат, но от Дениса не было ни строчки. Только старая вечерняя переписка.

Она почти физически почувствовала на себе пристальный, понимающий взгляд Алины. Подруга прекрасно знала о её давних романтических чувствах к Денису и часто давала советы — быть смелее, сказать ему прямо, взять и пригласить самой куда-нибудь, хоть в тот же клуб. Но Маша всё ждала, робея и надеясь, что он сам обратит на неё внимание, и безумно боялась сделать первый шаг, боялась отказа, насмешки. И когда на вечеринке в честь окончания сессии Денис вдруг сам подошёл, сделал ей комплимент и пригласил на медленный танец, она буквально засияла от счастья, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Алина же искренне, без тени зависти радовалась за неё, и Маша была безмерно благодарна, что подруга согласилась составить компанию в этом походе, хотя та была ещё большим урбанистом, чем она сама, и лес, с его насекомыми и отсутствием удобств, совершенно не был её стихией.

— А Илья не объявился? — спросила Маша, глядя на друзей.

— Илья утром звонил, что-то промычал невнятное в трубку и отключился, — усмехнулся Максим, поправляя на плече ремень тяжёлого рюкзака. — Я так и не понял, едет он или нет.

Ответ на вопрос не заставил себя долго ждать. На платформе, наконец, показался Денис — слегка взъерошенный, одетый в ветрозащитный походный костюм, и с очень недовольным лицом, — а следом за ним неровной, но стремительной походкой плёлся Илья с огромным, явно собранным впопыхах рюкзаком за плечами.

Маша, затаив дыхание, едва сдерживала ликование, готовое вырваться наружу.

— Ну наконец-то! — хором воскликнули девушки.

— Бухали, да? — поинтересовался Максим с ехидной улыбкой, оглядывая помятый вид Ильи.

— Кто бухал, а кто чуть не опоздал из-за этого придурка, — пробурчал Денис, снимая с плеча рюкзак, и испепеляя Илью тяжелым взглядом.

Вид у Ильи был тот ещё. Всклокоченные волосы торчали в разные стороны, на щеках недельная щетина, красные, воспалённые глаза с трудом фокусировались на окружающих, а одежда выглядела так, будто он в ней спал, не раздеваясь, что, скорее всего, так и было.

— Да ладно тебе, не моя вина, что ты водитель никудышный, — огрызнулся Илья чуть заплетающимся голосом.

— Да что ты говоришь? А этот туман ты видел? С утра вообще ничего не было видно! — сказал Денис раздражённо. — Да и вообще, это в нас въехали.

— Вы попали в аварию?! — ужаснулась Маша, прижав ладонь к губам. От мысли, что Денис мог пострадать, внутри всё похолодело. — Как это получилось?

— Да понимаешь, — Денис повернулся к ней, и его тон стал чуть мягче, — с утра позвонил этот олух, — он мотнул головой в сторону Ильи, который уже скучающе разглядывал облака, — и попросил забрать его из клуба, где он, как всегда, завис. Я, как полный идиот, поехал за ним в такую рань, а на обратном пути нас одна тачка подрезала на середине пути. Пока ждали ГАИ, пока вызывали такси — времени кучу потеряли.

— Да сам ты олух! Я из-за тебя чуть не погиб! — вяло, но с напором возмутился Илья.

— Ладно вам, не ругайтесь, хорошо, что вы оба целы и не пострадали, — примирительно сказала Алина, обеспокоенно разглядывая Дениса, будто ища на нём следы аварии.

— Да уж, день уже начался с приключений, — покачал головой Максим.

К платформе, гудя и лязгая, медленно подъезжал поезд. Друзья, подхватив сумки, рюкзаки, двинулись к вагонам.