Объект номер 17. Глава 9

На следующее утро Машу разбудили тревожные, приглушённые голоса. Сквозь тонкую ткань палатки доносились обрывки фраз, резкие и взволнованные.

— Откуда мне знать? Он же идиот! — это был голос Дениса, жёсткий и раздражённый.

— Я вообще только проснулась! — воскликнула Алина где-то рядом.

— Придётся идти лес прочёсывать, — мрачно, с тяжёлым вздохом добавил Максим.

Что-то было не так. Что-то случилось. Маша, словно ужаленная, вскочила со спальника, наспех накинула куртку и, резко расстегнув молнию, выскользнула наружу.

На берегу, в багряном, холодном свете восходящего солнца, стояли Денис, Алина и Максим. Все трое встревоженно озирались по сторонам, вглядываясь в кромку леса. От ночного веселья не осталось и следа — лица друзей были напряжённые и взволнованные.

— Что случилось? — спросила Маша, быстро подходя к ним и кутаясь в куртку.

— Илья исчез, — хмуро ответил Денис, не оборачиваясь. — Его палатка пуста. Мы уже прочесали всё поблизости — ни следа. Словно сквозь землю провалился.

— Он же еле на ногах держался вчера, — покачал головой Максим, нервно потирая замёрзшие руки. — Кто бы мог подумать, что его потянет на ночные приключения.

Маша тревожно взглянула на озеро. На его равнодушной, ровной глади отражались редкие облака, и вода казалась обманчиво спокойной, безмятежной.

— А что, если его опять потянуло в воду? — прошептала она с ужасом, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота.

— Не стоит сразу предполагать худшее, — сказал Денис тоном, не терпящим возражений. — Нужно организовать поиски. — Он обвёл взглядом остальных. — Разделимся. Мы с Алиной прочешем левую сторону, вы с Максимом — правую. Не думаю, что он далеко ушёл. Должно быть, где-то валяется и дрыхнет под кустом.

Ребята молча кивнули и разошлись. Погода стояла пасмурная, небо затянуло серой, тяжёлой пеленой, но дождя, на их удачу, пока не было.

---

— Илья! Отзовись! Илья! — в сотый раз кричала Маша, продираясь через густой, неприветливый лес.

Корни деревьев, словно змеи, цеплялись за ноги, ветви норовили хлестнуть по лицу, и оставить на щеках царапины. Рядом, словно тень, маячил Максим, тоже время от времени окликая пропавшего друга.

— Зачем ты камеру взял? — спросила Маша, заметив знакомый чехол, пристёгнутый к ремню его рюкзака.

— Каждый раз, когда оставляю её, потом локти кусаю, — усмехнулся он, но усмешка вышла натянутой.

Маша лишь покачала головой. Внутри, с каждой секундой, с каждым шагом  усиливалось беспокойство. Сейчас этот дикий лес, еще вчера показавшийся красивым и сказочным, казался чужим и враждебным.

— А что, если с ним что-то случилось? — тихо спросила она, замедляя шаг. — Лес огромный. Здесь неподалёку есть болото… да и дикие звери. — Она поёжилась, обхватив себя руками.

— Не волнуйся, найдём, — попытался успокоить её Максим, но, судя по голосу, он и сам сильно тревожился, просто не хотел подавать виду.

Они шли какое-то время молча, напряжённо вглядываясь в заросли, пока Маша не поймала на себе осторожный, встревоженный взгляд Максима.

— Ты как сама, после вчерашнего? — спросил он с искренним сочувствием.

— Нормально, вроде, — Маша неопределённо пожала плечами. Воспоминания о пережитом ужасе немного улеглись, отступили на задний план, оставив лишь далёкие, смазанные отголоски. — Я просто не хотела, чтобы все узнали о моём… главном страхе.

Максим остановился и серьёзно, без тени своей обычной шутливости, посмотрел на неё.

— Все чего-то боятся, Маша. Это абсолютно нормально. Я, например, жутко боюсь высоты, — сказал он, глядя куда-то вверх, на качающиеся кроны. — Потому что в детстве чуть не свалился с крыши дома, когда мы с братом затеяли дурацкую игру.

— А я тонула в детстве, — вдруг призналась Маша, и слова сами полились наружу, будто прорвало давно сдерживаемую плотину. — Упала в водоём с мостика, тогда ещё не умела плавать. Отец вовремя вытащил меня, но… — она запнулась, — я так и не смогла перебороть этот страх. Вода с тех пор для меня — угроза.

— Вот видишь, у всех страхов есть причины, и довольно веские, — мягко сказал Максим, одной рукой бережно убирая колючие ветки, преграждавшие им путь. — Я уверен, когда-нибудь мы с тобой окажемся сильнее наших страхов.

Маша хотела бы верить его словам, но глубоко сомневалась, что это когда-нибудь сбудется. По крайней мере, в отношении её страха — слишком уж он был силён и глубок.

Но ей было неожиданно приятно услышать поддержку Максима. И то, что он поделился с ней, рассказав о своём тайном страхе, — тоже.

Они шли дальше, вглядываясь в каждый куст, в каждый подозрительный бугорок. Вдруг Максим резко остановился и вскинул руку.

— Смотри!

Он указал на землю. Там, на влажной почве, отчётливо виднелись едва заметные следы больших, грубых ботинок.

— Это Ильи? — спросила Маша, и сердце её забилось быстрее.

— Думаю, да. Размер его. Следы совсем свежие — мы здесь точно ещё не проходили.

Они двинулись по следам, уводящим всё глубже в лес, в самую его мрачную, неизведанную чащу.