Любовь и ненависть

               
Четвёртый месяц шла война, сведения от которой до сибирского села доходили скудные. Половина сельских мужиков мобилизовали ещё в середине июля, и отправили на фронт. Степана оставили на уборку урожая, как передового механизатора, но вот пришел и его черёд. Из сельского совета принесли повестку. Оставалось два дня на сборы для отправки на фронт. В селе ещё не осознавали в полной мере всю пагубность войны, так как ещё не одна похоронка не потревожила души земляков. Почтальона встречали с улыбкой, который приносил письма с фронта, хотя они были не утешительные.
Получив повестку, Степан не находил себе места, ходил по подворью, заглядывая в каждый уголок. Пёс Валет вторую неделю выл по ночам, предвещая беду. Летом заготовил сена с запасом, подготовился к зиме основательно. В семье росло трое ребятишек, все сыновья. Только стали налаживать семейный быт, обзаводиться хозяйством, а тут на тебе-война, будь она не ладная. Пришло время, нарушившее мирную жизнь сельчан. Мужик он был крепкий, кряжистый, слегка сутуловат, но не лишен изящества, густые волнистые волосы, нависшие сросшиеся брови. Коротко подстриженные усы и борода придавали некоторую суровость его лицу.
Степан шел по узкой тропинке между огородами. В конце присел на край канавы, поросшей травой, которая ограждала огород от бродячего скота. Осенью, воздух весь как бы соткан из тонких паутин «бабьего лета». Высоко пролетали журавли, послышалось прощальное курлыканье. В такие минуты человек ощущает себя частью природы. Он смотрел на тлеющий закат, опускающегося за горизонт земли.
Нахлынули воспоминания далёкой юности. Ещё в школе нравилась ему девчонка Оля, правда на неё засматривались многие ребята. Статная, с чёрными глазами. Упругая коса, свисала ниже пояса. Улыбалась она здорово, на щеках появлялись две ямочки. Стёпе нравились её глаза, это было, как ему казалось главное достояние, они были такие добрые. Многим пацанам она нравилась. Особенно уделяло к ней повышенный интерес семейство Таракановых, один из братьев Василий, который жил с ней по соседству. У них было четыре брата погодки. Степан в семье рос один, остальные сёстры, некому было за него заступиться в случае чего. Ещё в седьмом классе поставил себе цель: «Оля будет только моей и больше ничей».
Юность далась не простая. Оля тоже обращала на него внимание, и это было главное. Старшие сёстры содействовали Стёпе, следили за его внешним видом, всегда он ходил в школу опрятный. Пионерский галстук носил шелковый, всегда отглаженный. Однажды после фильма провожал Олю домой. Братья Таракановы поджидали его в засаде.  Возвращаясь домой, навалились на него дружной толпой. Одному противостоять четверым было сложно. На другой день с синяками пришел в школу. Долго его пытали в учительской, но Стёпка молчал как партизан.
-Упал в тёмном переулке, -вот и весь ответ.
Однако Оля догадывалась в происхождении его синяков. Высказала братьям Таракановым, что она их ненавидит, и что будет дружить только со Стёпкой. Этим казалось всё должно было закончиться. Не раз ещё он сталкивался с дружным семейством, но всегда выходил победителем.
По соседству со Степаном жила Пелагея,-девчонка, которая с детства питала к нему симпатии, писала записки. Степан не проявлял к ней интереса, обходил стороной, любил одну Ольгу и на других совсем не засматривался. Пелагея же, при любом удобном случае старалась сделать так, чтобы Степан обратил на неё внимания.
Ушел Степан служить в Армию, регулярно переписывался с Ольгой. Отслужив, сразу сыграли свадьбу. Братья Таракановы путались под ногами, даже стращали: «Уезжай из села, мы тебе не дадим жизни.». Степан физически был сильный, мог с любым из Таракановых справиться.
Пелагея, пока он служил, вышла замуж, родила мальчугана и расстались со своим избранником. При удобном случае, она встречая его где-нибудь в уединённом месте, объяснялась в любви.
-Зашел бы на чаёк сосед, долго вспоминал бы мои пуховые подушки.
-Ах ты бесстыдница, чего удумала, совсем всю совесть потеряла.
-Запомни Степан, я всегда тебя любила и буду любить сильнее всех.
Пелагею, будто огонь разрывал внутри, когда она видела счастливых Степана с Ольгой и чёрной завистью завидовала их любви, в душе кипела ненависть.
Время скоротечно, теперь в его семье росло три сына, крепыши по природе. Один из братьев Таракановых Василий, окончил десять классов, по тому времени большое образование. Перед самой войной, в сороковом году его избрали председателем колхоза.
Накануне вечером, Степан выпил лишку, долго ходил на подворье. Захотелось вздремнуть, чтобы не мешать жене. Он прилёг в сенцах, укрывшись старым полушубком и не заметно для себя уснул. Ольга, управившись со стряпнёй, вышла в сенцы, муж спал крепким сном, перед дорогой. Присела на лавку рядом, как можно спать, когда так близка разлука. Сколько осталось не высказанного, столько нежных слов накопилось в душе, а в сердце нерастраченной любви и ласки. Последняя ночь, как её понимать, она боялась этих слов, как их понимать, перед отъездом, страшно подумать, если последняя навсегда в этом доме.
В день проводов стояла удивительная погода для середины октября. Ярко светило солнце, осень не спешила уступать своё место зиме. Деревья покидали золотое убранство. От слабого дуновения ветерка, бесшумно и покорно роняли листву. Возле сельского совета толпился народ, негде было иголке упасть. Играла гармошка, да не одна, слёзы и песни лились рекой. Степан, уходя со двора с сумой через плечо, подошел к привязанному псу Валету, который стоял на задних лапах на натянутой цепи. Обнял пса, рыдания вырвалось помимо его воли, он не мог совладать с собой, которое были не ко времени. Его обступили сыновья, вместе пролили слёзы горечи перед расставанием, окропив родное подворье. Видно их души извещали о вечной разлуке. Ольга разрядила горестную разлуку материнским возгласом: «Мужики! Возьмите себя в руки, всё будет хорошо-это говорю вам я, жена и ваша мать». Кому-то в этот тягостный день разлуки, надо было набраться сил, не поддаваться унынию. Среди провожающих отиралась и Пелагея, всё старалась быть ближе к Степану, его семейству. По всему было заметно, как она злорадствует своей ехидной улыбкой, что Степана забирают на войну. Мне не достался, так пусть же с тобой разлучат.
Ольга не голосила, как другие бабы, ей не верилось в предстоящую разлуку, которая станет роковой. Крепилась изо всех сил, стоило заплакать, как дружное семейство пустит слёзы. Подошли две полуторки из района, быстро загрузили призывников. Нужно было скорее уезжать, как говорят в народе: «Долгие проводы, лишние слёзы». Запылила дорога, никто и подумать не мог в то, что две треть ушедших на фронт, уедут навсегда туда, откуда возврата нет. Останутся лишь в памяти родных и земляков до конца их дней. В день проводов, ближе к обеду, почтальон привёз три похоронки на первый призыв. Председатель сельского совета строго наказал держать втайне.
-Разнесёшь через дня три, пусть у людей высохнут слёзы разлуки.
-Вручите похоронки лучше Вы Тихон Иванович, я не смогу это сделать.
-Хорошо! После решим, как лучше поступить, пусть успокоятся.
Председатель колхоза Василий Тараканов торжествовал, было бы счастье, да несчастье помогло. Ольга осталась одна, теперь, по происшествию времени, можно и клинья подбивать к ней. Решил на первое время предложить ей работу посыльной в конторе, заодно и убирать после работы. Прошел месяц, начал действовать. Встретил Ольгу, как бы случайно.
-Ну, что соседка, переходи в контору, у тебя трое ребятишек и муж на войне.
-Да с бабами работать веселее, есть о чём посудачить.
-Давай выходи завтра, нам не управиться без посыльного, ни мне же бегать по селу.
Первое время всё шло хорошо, председатель делал вид, что не замечает её, даже не смотрел в её сторону, делал озабоченный вид, проходя мимо. Поздно вечером Ольга убирала в конторе одна. Вдруг как из-под земли появился председатель.
-Привет соседка! Я вот из района приехал, сильно озяб, выпьем для согрева.
Ольга поставила ему стакан. Он вытащил хлеб, колбасу из портфеля. Она стала собираться домой, отказавшись выпивать. Председатель закрыл дверь на запор, потушил керосиновую лампу. Обхватил Ольгу, пытался поцеловать.
-Слышь Ольга, не дури, ведь я тебя любил с детства, а дорогу мне перешел Степан. Она вырвалась из его объятий, ухватила со стола графин.
-Не подходи ко мне и открой дверь, дай мне выйти, я за себя не ручаюсь.
В её голосе звучала тревога, вся тряслась в ознобе, заикалась.
Дура ты, я же тебя сгною, засажу. Завтра пойдёшь на работу возить с поля солому на быках. Ты запомнишь этот день навсегда.
Ольге было всё равно, лишь подальше быть от наглеца. Однажды её направили вместе с Пелагеей лопатить в складе семенную пшеницу. Дома полуголодные дети. Пелагея предложила набрать за пазуху зерна, и первой наклонилась, делая вид, что набирает, стоя к ней спиной. Ольга поддалась её соблазну, набрала ледяного зерна горстей пять, от холода жгло под грудью. Только закрыли склад, как к нему подъехал из района сотрудник НКВД и председатель.
-Выборочная проверка бабы, заходите обратно в склад.
Завели Ольгу с Пелагеей и начали раздевать для проверки, сняли валенки. Пелагея смело разделась, зерна не оказалось. Ольга обомлела от увиденного. Ей стало ясно, что это заговор с председателем. У неё обнаружили около двух килограмм семенного зерна. Оформили актом изъятие. Учитывая троих детей не стали делать арест и увозить в район. Вскоре состоялся суд, где ей присудили три года тюрьмы. За детьми присматривали родные. Отец Ольги, участник гражданской войны, награждённый орденами, написал письмо самому Сталину. Через год Ольгу освободили. Пелагея негодовала, как же так. Тогда она решила написать письмо Степану. Сообщила, что председатель вызволил Ольгу из тюрьмы и теперь они часто уединяются вдвоём в поле, выпивают в конторе. Всё село смеётся с них, пока ты Степан Родину защищаешь. В это время Степан воевал на Донском фронте, гнал врагов от Сталинграда. Шли ожесточённые бои. Однажды под вечер пошли в наступление, но силы были не равные. Наступающих бомбила авиация. Атака захлебнулась, местность открытая, появились вражеские танки. Степана тяжело ранило в ногу и грудь. Медсестра затянула его в воронку, успела перевязать. Здесь лежал приваленный от взрыва борт автомашины. Вырыла сапёрной лопаткой нишу и затолкала раненого Степана, потом залезла сама и стала нагребать землю. Вместе затаились под дощатым бортом. По полю ходили немцы, освещая фонариками убитых, добивая раненых. Послышались голоса, прошли мимо, но выстрелили в борт, ранили медсестру Марию в ногу. Через час всё утихло, стояла темень. Мария перевязала ногу, вытащила Степана. Вдвоём они ползли в сторону позиций, помогая друг другу. Только к рассвету успели добраться до расположения части. В госпиталь их доставили вместе. Из батальона уцелело чуть больше десяти человек.
В народе бытует поговорка: «Пришла беда, открывай ворота». В госпитале вручили Степану письмо от Пелагеи. Не раз он его перечитывал, нет бы написать ответ Ольге. Почтальоном работала родственница Пелагеи, редко приходили письма. Он затаился и воспринял содержимое письма за истину. Один из раненых, с хорошим почерком, помогал оформлять документы на умерших. Степан увидел, как он оформлял похоронки. Тогда и пришла ему коварная идея, заполнить на себя, что пропал без вести. Взял скрыто бланк с печатью, печатными буквами написал свою фамилию, имя и отчество: «Пропал без вести». Попросил соседа по кровати, чтобы подписал конверт. Ольга с детьми оплакивала мужа и отца. Однако мать Ольги сомневалась в достоверности.
-После похоронок приходят письма, надо ждать, ожиданье крепит.
Выписался из госпиталя Степан, продолжал воевать в запасном полку с Марией завязалась переписка, редкая, но душевная. В 1944 году её вновь ранило, после госпиталя комиссовали. Она уехала к себе на Родину в освобождённую Украину. Теперь был постоянный адрес, куда Степан писал письма. Родители Степана к этому времени покоились на сельском кладбище. Сестра жила в районном центре. В памяти Степана запомнился адрес дедушки с Украины, как раз тот район где жила Мария, спасшая его от верной гибели, при форсировании Одера, его снова ранило. Было обидно, что наскочил на мину, двигаясь похоронной командой за наступающими войсками, хотелось дойти до Берлина. Снова госпиталь, лечение, комиссовали и отправили домой. Степан поехал к Марии, к своему ангелу-спасителю. Вдвоём поправили избушку. Он пытался забыть своё прошлое, но не тут-то было. Семейство снилось ночами, иногда звал Ольгу во сне.  Просыпался в холодном поту, кричал во сне. Мария всячески оберегала Степана, не зная всей истины о нём. На её расспросы отмахивался, уходил от ответа. Шло время, жизнь скоротечна. Мария работала сельским фельдшером, ходила с палочкой, война напоминала о себе. Отголоски войны не оставляли в покое и Степана. Работал заготовителем в заготконторе. Ездил на подводе заготавливал сырьё, цветной металл. Лошадка по имени Ласка была умна и послушна, ни шагу без команды хозяина. Однажды в одном из сёл района, остановился у сельского магазина, сопровождаемый ватагой ребятишек. Вдруг Степана громко окликнули по имени: «Степан! Братишка мой родной». К нему подбежала его старшая сестра. Со стороны тяжело было смотреть без слёз. Вечером праздновали встречу в доме Марии. Во дворе стоял аромат созревающих яблок. Настя, уединившись у сарая со Степаном рассказывала ему о семействе. Как его полуголодные дети скитались по селу, пока их не забрали в детский дом. Ольга, после освобождения, забрала детей домой. О том, как председатель издевался над ней, направлял на самые тяжелые работы. Пелагея злорадствовала, из-за неё она была осуждена. Осенью 1944 года председателя отправили на фронт за его проделки, настояли вернувшиеся фронтовики-инвалиды. Где в начале 1945 года он успешно сгинул в Польше. У Пелагеи сын утонул в пруду.
-Все мы брат ходим под Богом, да не всех примет рай.
Сестра приехала на Украину в гости к родным по линии дедушки и скоро уедет домой. Степан внимательно слушал исповедь сестры, сжимая кулак, скрепя зубами, раз за разом опорожнял рюмку.
-Настя! Дорогая моя сестрёнка, как мне теперь жить на белом свете. Я не могу бросить мою Марию, спасшую меня от неминуемой смерти. Она без меня просто погибнет, не переживёт предательство. Дома на Родине моя любимая жена Ольга и трое сыновей, которым нужен отец. Скажи сеструха, что мне делать как мне поступить?
-Какой я тебе советчик Степан, поступай так, как тебе подсказывает твоё сердце, твоя душа, в этой ситуации советы не уместны. Сестра ушла спать, а он курил, держа в руках бутылку с рюмкой, а непрошенные слёзы помимо его воли текли по щекам. Пытаясь сдержать их, он плотно закрыл глаза, но слёзы просачивались, катились по щекам, бороде.
 Мария не решилась его беспокоить, нужно было время. Тогда он решил: лучше страшный конец, чем бесконечная жизнь в муках и страхе. Пусть я буду ничейным, легче будет пережить его смерть обоим женщинам и деткам, чем предательство.
Утром Степана обнаружили на виселице в сарае.