Виртуоз сквозной аналитики

Герои:
• Артём Сафонов — молодой, амбициозный менеджер по продукту в крупной IT-компании «Цифровой Абзац».
• Елена Павловна — его непосредственная начальница, директор по стратегическому развитию, женщина с ледяным взглядом и любовью к скриншотам.
• Коля Бобров — коллега Артёма, простой программист, который мечтает, чтобы его оставили в покое.

Артём Сафонов проснулся в четыре утра от того, что его осенило. Он лежал в темноте, глядя в потолок, и чувствовал, как в груди разрастается приятный холодок озарения. Вчера на страт-сессии Елена Павловна, почёсывая указкой по экрану проектора, обронила фразу, которая стала для Артёма откровением:
— Нам нужна не просто конверсия, нам нужна человеческая конверсия. Мы должны чувствовать каждого пользователя.
Все сидели и хлопали глазами. А Артём понял. Он создал в своей голове систему, которую тут же мысленно окрестил «Индекс потребительского счастья» (ИПС).
Когда он пришёл в офис, Коля Бобров, хлюпающий носом над чашкой с растворимым кофе, только покачал головой.

— Артём, ты чего такой сияющий? Опять новый спринт придумал?
— Коля, ты не понимаешь. Мы измеряем вовлечённость по лайкам и репостам. Но это же внешнее! А я хочу измерять колебания души. Мы внедрим микро-опросы после каждого клика. Не просто «понравился ли товар?», а «какую эмоцию вы испытали, глядя на кнопку "Купить"?».
Коля поперхнулся.

— Какую эмоцию? Я испытываю желание закрыть вкладку.
— Вуаля! — воскликнул Артём. — Это же гениально! Мы проанализируем гнев, радость, задумчивость и скуку. Мы будем ранжировать клиентов по градусу их счастья. И самых счастливых будем награждать промокодами на второй товар бесплатно!
Елена Павловна выслушала Артёма, скептически прищурившись. В её глазах читался холодный расчёт: стоит ли овчинка выделки? Но Артём, пылая энтузиазмом, уже набросал дорожную карту на два квартала вперёд.
— Елена Павловна, это будет прорыв. Мы будем знать о клиенте всё. Вплоть до того, какая погода была у него за окном, когда он совершал покупку, и как это влияет на выбор цвета носков.
Начальница сломалась.

— Хорошо. Ресурсы даю. Но, Артём, смотри: у нас квартальный отчёт. Мне нужны цифры. Любые. Главное — красивые.
Три недели Артём не спал. Он внедрял повсюду формулу ИПС. Если пользователь зависал на странице больше десяти секунд — система считала это «глубоким когнитивным контактом». Если пользователь закрывал сайт — это маркировалось как «прерванный акт созерцания».
Он уволил двух аналитиков за то, что они попытались упростить его формулы. Он кричал на дизайнеров, требуя, чтобы кнопка «Отмена» мигала синим — потому что синий, по его данным, снижает уровень тревожности на 0.0003%.
Коля Бобров в очередной раз попытался воззвать к разуму:
— Артём, у нас вылетает бэкенд от твоих «эмоциональных датчиков». Клиенты жалуются, что сайт тормозит. Ты хоть сам посмотри, что ты там накодил?
— Это не тормоза, Коля! — Артём вдохновенно взмахнул руками. — Это пауза для осмысления. Мы даём клиенту время понять, счастлив ли он! Это гуманизм!
И вот настал день «Икс». День сдачи проекта. Артём нарядился в новый свитер, зачесал волосы набок и зашёл в переговорную с чувством победителя. Елена Павловна сидела во главе стола, окружённая топ-менеджерами.

— Докладывай, Сафонов, — сухо сказала она.
Артём открыл презентацию. Слайды были перегружены графиками, круговыми диаграммами и облаками тегов. Главный показатель — ИПС — вырос на 34%.
— За счёт чего? — спросил суровый финдиректор.
— За счёт глубины! — радостно отрапортовал Артём. — Мы выяснили, что женщины в возрасте 30-40 лет с наибольшей вероятностью испытывают «тихую радость» в момент оформления заказа доставки, если на улице идёт мелкий дождь. Мы запустили таргет с зонтами именно для них!

В переговорной повисла тишина. Елена Павловна медленно надела очки и посмотрела на цифры, которые Артём сгенерировал за ночь (на самом деле он их просто экстраполировал из данных о погоде за прошлый год).
— Артём, — медленно начала она, и в голосе её послышался металл. — Я просила тебя поднять конверсию в корзине. Ты поднял её на 0,2%. А на разработку этого твоего... как его... «Индекса Счастья» ушло три миллиона рублей.
— Но это же стратегически! — воскликнул Артём. — Мы теперь знаем душу клиента!
Елена Павловна вздохнула. Ей было плевать на душу. Ей нужен был отчёт для совета директоров. Она посмотрела на диаграмму, которую Артём назвал «Колебания вайба по дням недели». Диаграмма была красивой, радужной и совершенно бесполезной.
— Знаешь что, виртуоз ты наш, — сказала она ледяным тоном. — Эти твои исследования... Они слишком сложные. Пользователь не хочет быть счастливым, он хочет купить дешёвый китайский ширпотреб. Убери свой ИПС. Откати всё к стандартным счётчикам кликов.

Артём побледнел.
— Но как же? Мы на пороге великого открытия! Мы почти приручили эмоцию!
— Ты приручил баг, который виснет у людей на смартфонах, — рявкнул Коля Бобров из угла, которому надоело это терпеть. — Мы получили 400 негативных отзывов.
Артём вышел из переговорной уничтоженным. Его проект, его детище, его «Индекс счастья» похоронили за пять минут. Он сел за свой стол и уставился в монитор. Там горела авария — сайт рухнул окончательно, потому что Коля, не долго думая, просто выключил сервер с эмоциями.
Спустя час Артём получил уведомление от HR: «Ваш проект признан нецелесообразным. Вам рекомендуется покинуть компанию по соглашению сторон».
Он сидел в пустом офисе, смотрел на погасший экран и думал о том, какой он гениальный и какой неблагодарный этот мир. Ведь он, Артём Сафонов, не просто занимался продажами — он пытался измерить необъятное. Он пытался загнать человеческую душу в Excel-таблицу.

Уже выходя из офиса, он задержался у кулера. К нему подошёл Коля Бобров и протянул стаканчик с водой.
— Ты, главное, не переживай, — сказал Коля. — На самом деле, я все твои наработки сохранил на флешку.

Артём с надеждой поднял глаза:
— Правда?
— Ага, — усмехнулся Коля. — Называется «Как слить бюджет и улететь с работы за месяц». Вдруг пригодится для курсов молодого управленца. У тебя талант, Артём. Талант делать простые вещи невероятно сложными и абсолютно ненужными.
Артём горько усмехнулся. Он взял стаканчик, выпил воду и понял: его уволили не за то, что он хотел принести пользу. Его уволили за то, что он слишком буквально понял начальницу, когда она сказала «чувствовать клиента». Бюрократическая машина любит имитацию чувств, но ненавидит настоящие эмоции.
А особенно — когда на них тратят слишком много денег.
Конец.