Низвержение авторитетов. Не сотвори себе кумира...

                Вторая Заповедь по Синодальному переводу Библии:  «Не делай себе кумира ... не поклоняйся им и не служи им, ибо Я Господь, Бог твой, Бог ревнитель, наказывающий детей за вину отцов до третьего и четвертого рода, ненавидящих Меня...».
(А говорили, что Господь милостив...)

                ... Алексей Михайлович любил гулять по отдалённым тропинкам и аллеям большого курортного парка, находя там расслабляющий запах опавших осенних листьев, тишину, покой и уединение... Увы! ... Не сегодня!

                Он сразу понял намерения встречного приятеля поговорить, только увидев его расплывшуюся в улыбке физиономию и заранее протянутую для рукопожатия ладонь. И что его занесло в «мои края»? Оказывается, тоже стремление уединиться и переосмыслить многое из былого, столкнувшись вчера на похоронах с людьми давно знакомыми ... и ещё со всем своим прошлым. «Как из другой жизни», – так он выразился.

                Георгий Иванович, после нескольких обычных фраз приветствия, сразу решил «выплеснуть» всё, что его мучило последние сутки.

                «Алексей, понимаешь, до сих пор прийти в себя не могу от впечатлений и картинок, которых нахватался вчера на отпевании в храме Александра Невского моего старшего и очень уважаемого товарища Леонида Михайловича. – Лёша мгновенно понял, что отпевать в центральном кафедральном соборе Крыма любого желающего не будут даже за большие деньги, заинтриговался и сразу стал «весь во внимании».

                – Ты его скорее всего не знал, это не твоя сфера деятельности. Помнишь, в 85 году, когда Горбачёв затеял эту долбанную перестройку, одно из первых требований генсека, было омоложение кадров на всех уровнях.
                – Конечно, как такое забыть! Тогда и начали «ломать дрова», разбудили стремления всяких авантюристов, желающих дорваться до власти, не имея за плечами знаний, опыта... Собственно, ничего, кроме амбиций и навыков забалтывать простой народ!

                – Ну, это ко мне не относится! Я после института уже прошёл школу бригадира, мастера, прораба и главного инженера, – ничуть не обидевшись, констатировал Георгий. – Так вот, тогда Леонид Михайлович, как руководитель нашего Треста, назначил меня начальником строительного управления, обещал всячески помогать, курировать не только профессионально, но и по-дружески. Своё слово сдержал! С тех пор и в последовавшие позднее труднейшие времена бартера, отсутствия финансирования и стройматериалов, мой коллектив умудрялся все объекты сдавать, людей обеспечивать зарплатой и работой!

                – Алексей про себя усмехнулся. Уж он то знал, как в те годы «разлетались» вагоны арматуры, цемента, импортных линолеума, облицовочной плитки... Как «за отстёгнутые вверх отступные», вместо поступившей шикарной сантехники в квартирах ставили рядовую, копеечную. Ведь лучшее - за наличку уходило на многочисленное частное строительство. Сам дачу строил и у Жоры покупал. А ведь это была только вершина «химии» в строительстве! Население было довольно хоть какой, но своей крышей над головой «на дурняк» от государства, даже без внутренней отделки, кстати, по документам она числилась и материалы списывались...

               – Вскоре мой шеф и наставник ушёл на повышение, но связей не прервал, затем некоторое время был министром – стало ещё интереснее трудиться! Подбрасывал мне своих друзей с возможностями и бешеными деньгами - для вложения в дела! Хватало всем и забот, и дохода!  Потом, пошли какие-то мутные частные банки, корпорации, приобретение предприятий стройиндустрии, огромных участков земли, возведение целых коттеджных посёлков... Это уже высший уровень, но он меня не забывал, подсказывал варианты, идеи, дважды помогал избираться депутатом в парламент  республики. Вот так более тридцати лет и общались.

                ... Несколько дней назад Михалыч позвонил, сказал, что отдыхает в санатории, издал книгу мемуаров и хотел бы мне её подарить для доброй памяти. Я быстренько приехал и мы долго гуляли по набережной, сидели на лавочках у моря. Не виделись лично последние лет шесть – просто переписывались СМС и прочее. Сдал он прилично! Всё таки 84 годика! Неизменная палочка в руках, болячка Паркинсона, немного плывущий голос, но память крепкая!

                А через двое суток звонит его сын и приглашает на отпевание... Шок! Хотя, с другой стороны здорово, что не мучился долго и не доставил близким больших хлопот по уходу.

                ***

                ... Разместился в храме немного в стороне (из-за пробок на дорогах поздно приехал), смотрю, что возле родственников покойного «выстроилась» вся старая гвардия, весь республиканский бомонд, который практически не сходил в тень с середины восьмидесятых... Стоят, такие все в дорогих тёмных костюмах, скорбные лица, у некоторых очки, есть тросточки в руках – понятно, за восемьдесят лет уже далеко. Вспомнил сразу, как мы в своё время гордились знакомством с ними, виднейшими людьми Эпохи, «генераторами идей и Гигантами мыслей». С каким внутренним трепетом следили за их продвижениями по должностям.

                Они все плавно перестроились и перекрасились из коммунистов в другие партии, успешно переходили из одной «ведущей и решающей» - в другую. Вовремя приватизировали и, естественно, прихватизировали что было только возможно, затем, одни пошли в политику, в депутаты, возглавили комитеты, резали под себя и приятелей бюджеты, распределяли финансы, ресурсы... 

                Другие - впряглись в производство, банки, коммерцию, но теневые связи друг с другом в правительстве и парламенте не теряли. Все широко пользовались закрытой инсайдерской информацией, отмывали левые деньги, вкладывали их в рентабельные дела, недвижимость, оформляя её на подставных лиц и близких друзей. На пике стоимости всё продавалось и опять приобреталась земля, акции, фабрики, сырьевые карьеры  ... Доходы исчислялись миллиардами!!! Многое «отжималось» у менее удачливых бизнесменов без надёжной крыши, а при сопротивлении сдавали их «браткам» – паханы которых тоже были в «деле и долях»!

                Смотрю на них и вспоминаю, как в девяностые пробовал на некоторых равняться, сблизиться с лидерами, Титанами нашего перехода в капитализм, учился, перенимал очень разнообразный и специфический опыт и навыки. По звонку вот этого, отдал нужному ему человеку квартиру за бесценок; а тому – перед выборами подогнал «тележку» валюты для раскрутки избирательной компании и «охмуривания» населения. Следующему, по договорённости, устроившему мне аренду сорока гектар земли в хорошем районе, отстегнул столько участков, сколько просил... А вот тот – крутой политик, «борец с коррупцией», по окончанию срока полномочий в середине нулевых годов получил не пустой земельный надел «по наследству», а с трёхэтажным меблированным домиком на нём!

                А сколько таких как я было по Крыму!? И каждый вносил свой «вклад, лепту, копейку...». Ой, да что там говорить и вспоминать – сам помнишь как мы тогда крутились и выживали на местах! Могли «загреметь в тюрьму» в любую минуту, но их бы, конечно, не сдали – ведь ничего не докажешь! Всё строилось на доверии, на словах, невыполнение которых некоторым приятелям стоило здоровья, свободы, даже жизни! Противно вспоминать!

             ... – Немного помолчав, Георгий продолжил. - Ты знаешь, Лёша, в один миг чуть не рассмеялся в церкви. Обряд отпевания нудно идёт, а высокая интеллигентная личность из «очень справедливых», стоящий в середине ряда бывших, так усердно крестится по поводу и не только. Помню, в советское время, будучи партийным боссом, яро боролся с церковью, верующими. Интересно, он хоть перед кем-то извинился из тех, кому испортил всю дальнейшую карьеру, исключив из КПСС? А сейчас такой богобоязненный!

                В какой-то момент трём из «бывших Вершителей судеб» принесли стулья и предложили присесть, а когда те, кряхтя и морщась, возможно, от внутренней боли, устраивались на них – у меня как будто глаза раскрылись. Ведь это стали уже совсем другие люди! Не безжалостные, мстительные, жадные до недвижимости, денег, баб и власти ... Просто деды, «старперы»! Один жалостливо промакивает слёзы платочком, второй, бывший «владелец фабрик, заводов и пароходов», полностью отошедший от дел, передав их сыну, - вытирает очки, подслеповато прищурившись. Устали старики. Плечи повисли, спины сгорбили, головы склонили, выпятив вторые подбородки, костюмы стали мешковатыми, древними...

                ***

                ... Отпевание завершилось. Все положенные слова родне покойника я сказал и ни с кем больше разговаривать не хотелось. На душе было горестно, тяжело от долгой панихиды расставания со старым товарищем... Хотел незаметно улизнуть на улицу, но ветераны стояли групкой в сторонке и один, с которым мы пять лет сидели рядом на заседаниях парламента, приветливо позвал подойти. Стоим, говорим друг другу приятные фразы о том, как хорошо выглядим на старости, кем стали наши дети... Они все старше меня на 7 -10 лет и столько же, примерно, мы с некоторыми не виделись. И тут «партийный интеллигент», ехидно назвал меня «ещё сопливым мальчишкой»... Меня! С такими заслугами перед ними! Деда с пятью внуками! Тут я с дуру ляпнул, что «да, молодой, не то что некоторые динозавры».

                Зря, конечно, вырвалось! Помнишь, в перестройку и позднее, была такая расхожая фраза в СМИ, что «динозавры должны вымереть!» Подразумевались старые руководящие кадры, якобы, мешающие меченому Горбатому продвигать перемены в обществе.

                - Алексей кивнул головой, мол такое не забудется! Сам в своё время попадал под «раздачу» за прежнюю принадлежность к партийным функционерам. Несправедливо, забыв всё хорошее, что сделано по истории страны, миллионы честных коммунистов, простых людей были принижены в заслугах.
      
             – Бывший начальник воспринял это как личную обиду, оскорбление. Весь побагровел, завёлся в грубых словах. Приятели его стали успокаивать, попытались перевести всё в шутку, а я извинился и смылся... Действительно, как мальчишка себя повёл!

                - Георгий Иванович неожиданно замолчал, видно переваривая минуты тех событий или размышляя, не слишком ли он разоткровенничал. Алексей, весь пресыщенный «слитой под нервное настроение», объёмной конфиденциальной информацией, прокомментировал поступок, как «неудачно и невовремя сказанной фразой», мол, бывает и со временем забудется...

              – Возможно, дай Бог, чтобы забылось. Я ведь, получилось, ВСЕХ их оскорбил, хотя и извинился! ... Ладно, заболтался с тобой! Пойду дальше дышать осенним воздухом! Будем жить!»

                ***

                Дружески хлопнул Лёшу по плечу и продолжил свой путь. А тот постоял немного, глядя в след местному строительному боссу, долларовому миллионеру и подумал, что и за тем тянется длинный, мрачный и тайный полубандитский след. В давно минувшие годы честный, не «измазанный делами» человек не выживал! У всех, от Гигантов до мелких лавочников была «крыша», которой положено было регулярно отстёгивать определённую сумму наличности или делиться другими благами! Расхожая фраза при встрече: «Ты под кем сейчас ходишь?» - была равноценна выражению «как твоё здоровье?»

                Это потом, с середины нулевых и позднее, стали постепенно зарождаться, по возможности, «честные» товарно-денежные капиталистические отношения. Естественно, никто не хочет вспоминать о грязных делишках, былых унижениях, страхах за семью и саму жизнь, взятки и отмывания денег своих и чужих от криминальных дел.

                А забыть не получается! Всё это ярко и подробно всплывает в голове к месту (как у Георгия), и не только! Возможно, остатки совести мучают, может быть от сложившейся ситуации, как в случае с отпеванием, когда «стоял человек под Богом», занозили, растеребили старые грешки, вонзились в тебя «по-чёрному». Появилась и у Жоры мысль, что когда-то он предстанет перед «высшим судом», если он есть! Тогда спросят тебя по всей строгости за все дела минувшие! Вероятно из-за этого, позднее, на выходе из храма, он и занервничал, сорвался в беседе с бывшими старшими «сотоварищами»...

         ... Поэтому и помни вторую Божью Заповедь!!!