Юродивый роман. Часть четвёртая. Глава 14

Глава 14

В свои тридцать лет Владимир добился от жизни всего, о чём только ни могла помечтать душа простого смертного. Обладая огромными финансовыми ресурсами, он являлся одним из теневых магнатов криминального мира.
Он обожал путешествовать. Казалось, на земле не было такого места, где бы он ещё не побывал. Всякий раз, возвращаясь из очередной загранпоездки, он привозил с собой хоть маленький, но презент, который бы ему напоминал о том месте, где ступала его нога. Из Египта – деревянные статуэтки фараонов и их свит. Из Рима – картины величайших художников – Рафаэля Санти, Леонардо да Винчи, Андреа дель Сарто (естественно, нелегально!). Из Парижа – скульптуры видных творцов своего жанра, таких как Бенвенуто Челлини, Гиберти Донатело и многих других… По вечерам Романтик гасил во всём своём замке свет и зажигал восковые свечи. Потом, под медленное их сгорание, он садился за рояль и играл…
Анжелика с восхищением рассматривала настоящие произведения искусства, которыми были увешаны комнаты этого сказочного замка. Она словно попала в какой-то эрмитаж, что был сокрыт от взглядов мира. Кроме картин, на стенах висели и фрески, с изображением античных богов, которые Владимир привёз из Греции. И что ещё поразило девушку, так это то, что в каждой комнате в глиняных горшках росли декоративные и тропические растения. Никогда раньше она и не видела большую часть из них. Всякий раз, когда они покидали очередную комнату, Романтик срывал один из цветков и дарил его своей гостье.
— Я уже не могу их всех удерживать в своих руках! — с изумлением сказала Анжелика, держа в охапках столь необычный букет.
— Мы посетили лишь только одну четвёртую часть замка. Что же ты будешь делать дальше?
— А нельзя сделать так, чтоб я больше не брала таких чудесных подарков?.. Ну пусть растут они себе, среди своих братьев и сестёр! Мне и этих хватит!
Хозяин замка решительно отрицательно помахал головой.
— Нет, о прекраснейший из цветков! Колесо, пущенное с горы, невозможно остановить. Сорванный цветок — невозможно привить на прежнее место. А принятое условие – нельзя отменить. Тебе придётся унести из этого замка ровно 144 цветка, и ни на один меньше! Иначе ты не выйдешь из этих стен!
И тут Анжелике на память, почему-то, пришло одно библейское изречение: ”Вы будете есть мясо до тех пор, пока оно не полезет через ваши ноздри!” Она помнила, к чему это было сказано.
Анжелика испугалась. Да, она хотела цветов. Но не в таком же количестве! И что Владимир имел ввиду, когда говорил, что она не выйдет из этих стен, если не сможет унести всех цветов?
— А нельзя изменить условие договора? Ну зачем мне так много цветов?.. Граф! — решила она прибегнуть к величественному флирту, — Вы же джентльмен! Вы должны уступить даме!..
Владимир пристально посмотрел на Анжелику и улыбнулся.
— Хорошо, о свет моих очей и губ лобзанье! Я пойду на уступку даме сердца своего… Я согласен смягчить условия приговора. Этот изящный цветок может избрать одно из двух: либо она и дальше будет собирать этот величественный букет, либо… за каждые 36 цветков несравненная Афродита согласиться принять от недостойного раба своего иной подарок!
— И какой же будет этот подарок?
— А вот об этом графиня узнает лишь только тогда, когда войдёт в следующую комнату. Так как, срываем тридцать шестой цветок, или переходим в следующий зал?
Анжелика задумалась.
— Хорошо, граф, я принимаю Ваше второе предложение. Не нужно больше рвать цветков.
Сделав реверанс, Владимир предложил гостье проследовать в следующую комнату.
Анжелика посмотрела в окно.
Уже было совершенно темно.
Посмотрев на часы, она обнаружила, что те стали. Самое время было уже отправляться ехать домой. Но владелец этого замка имел иное мнение на этот счёт. Своей настойчивостью он всё больше нагонял страх на сознание девушки.
— Там Вас, граф, уже наверное гости совсем заждались! — попробовала она прервать этот подозрительный обход.
— Я умоляю Вас, сударыня, неужели Вы думаете, что я променяю всю ту стаю, взамен общения с Вами? Конечно же, нет! К тому же, я человек слова! Если я пообещал Вам показать все 144 комнаты своего царства, то я не выпущу Вас, пока не исполню своего слова!
Владимир подошёл к столу и взял с него небольшое простенькое латунное колечко. Потом он подошёл к Анжелике и надел его ей на пальчик.
— Так вот он какой подарок Вы предложили мне взамен тридцати шести цветков! — с облегчённым вздохом произнесла девушка. А она-то думала, что хозяин этого дворца снова станет одарять её чем-либо очень дорогим. Принимать драгоценных и бесценных подарков от него она больше не желала.
— Вам нравится мой подарок?
— Нравится, даже очень! — как можно артистичнее разыграла она чувство радости, — Оно, просто, великолепно!
Владимир как-то загадочно посмотрел на неё и больше ничего не сказал.
Этот взгляд ещё больше озаботил девушку. Её сердце затрепетало. Ей уже совершенно не хотелось рассматривать все те произведения искусств, что находились в следующих тридцати шести комнатах. Анжелика старалась больше не задерживаться подолгу ни в одной из них.
И всё же, хоть глаза её и становились теперь равнодушными ко всем тем чудесам природы, что так пленяли своей неописуемой красотой, девушка смогла обнаружить одну очень маленькую, но тем не менее весьма существенную, деталь. И деталь эта касалась не шедевров искусства, а цветов. В предыдущих тридцати шести комнатах было видно, что Анжелика была уже далеко не первой, кто, побывав в этих палатах, получал от их владельца точно такой же маленький презент. Это она определила по надломленным веткам. А в этих тридцати шести комнатах горшки с цветами оставались неприкасаемыми. Из этого она сделала вывод, что и те, кто отважился осмотреть эти хоромы до неё, также не в силах были унести своих цветов. Они просто не могли вместиться в их руках. А раз так, то и предыдущие посетительницы этого дворца вынуждены были просить у своего «экскурсовода» о снисхождении. И он, дабы оказать им милость, уступал им, точно так же, как он это сделал и для Анжелики...
Когда они подошли к семьдесят третей палате, Владимир снова обратился к Анжелике:
— О моя госпожа! Я вынужден опять у Вас спросить, отважитесь ли Вы снова возобновить принимать от Вашего раба себе в дар эти прелестные цветы, или же Вы, как и в предыдущий раз, предпочтёте принять от меня какой-нибудь другой презент?
Анжелика снова задумалась. При всём своём желании, как бы она ни старалась, удержать в своих руках ещё тридцать шесть цветков ей, явно, не удастся.
— Граф, это нечестно! Вы ставите меня в затруднительное положение. Вы сами прекрасно знаете, что Ваш выбор выглядит весьма и весьма условно. Практически же у меня есть только один выход – согласиться принять от Вас ещё один какой-то подарок!
— О частица Эдемского сада! О рай души моей! Где и когда я поступил со своей Венерой нечестно? Разве я не предупреждал Вас с самого начала, о всех возможных последствиях этого ознакомления со дворцом? Разве Вы не имели выбора, принять или отвергнуть моего предложения? Не Вы ли сказали, что желаете познать всю славу этого дворца?.. Сударыня, я никогда не настаивал на чём-либо своём. Я всего лишь раб всех тех, которые сами настаивают на том, чтобы я стал их рабом! Поэтому, о божественнейшая из божественнейших, я жду Вашего выбора!
Анжелика снова не в силах была что-либо ему возразить. Он словно подавлял её волю. Интуитивно она ощущала, что в словах Владимира был сокрыт какой-то подвох. Но, в чём конкретно он состоял – этого она никак не могла постичь. Девушка ощущала себя беззащитным кроликом, которого вот-вот должен был поглотить удав.
— Конечно же, не цветы! — с трудом вымолвила она.
Владимир снова сделал реверанс и отворил следующую дверь.
Анжелика неуверенно проследовала за хозяином.
Романтик подошёл к большому сейфу и достал из него какую-то коробочку. Потом он вынул из неё что-то и снова приблизился к гостье.
Увидав в его руках бриллиантовое ожерелье, Анжелика испуганно отшагнула назад.
— Нет! Я не могу принять от Вас такого подарка! Он слишком дорог! Подарите мне лучше ещё одно такое латунное колечко! Оно мне, правда, так понравилось…
— Не говорите неправды, сударыня! — перебил он её, — Разве Вы не знаете, что обманывать – грешно?.. — и он, воспользовавшись очередным замешательством со стороны девушки, ловким движением руки набросил ей на шею ожерелье, — По моему, они прекрасно смотрятся на Вас!
У Анжелики было такое ощущение, будто ей на шею надели не драгоценное изделие, а самый настоящий собачий ошейник. Это было так унизительно и оскорбительно, что она едва не прослезилась.
И Владимир повёл свою гостью дальше…
Анжелика никак не могла дождаться того момента, когда уже наконец закончится этот обход. Чем дальше она продвигалась, тем сильнее её охватывал страх. Подойдя к 109-ой комнате девушка ожидала очередного сюрприза. Но, как ни странно, хозяин этого особняка ничего не сказал ей о том, что настало время для нового выбора.
Словно прочитав её мысль, Владимир вдруг произнёс:
— О сударыня, я вижу, Вы очень наблюдательны! Да, действительно, мы прошли уже 108 комнат моего дворца! Но Вы забыли, что не Вы хозяйка этого замка, а я!.. Окончательный свой выбор Вы сделаете перед последней дверью!..
“Господи! — словно спохватившись, вдруг принялась молиться про себя Анжелика, — Не оставляй, пожалуйста, меня одну! Мне страшно! Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня, грешную!..”
Наконец они подошли к последней двери.
Владимир остановился и, скрестив руки на груди, искушающе посмотрел на девушку.
— О муза, вдохновляющая всякого поэта и музыканта! Вот и настал тот долгожданный час, когда мы с Вами оказались у самих врат рая! Прежде, чем его горизонты распахнутся перед Вами и Вы увидите всю славу этого замка во всей своей полноте, я вынужден задать Вам последний вопрос: войдя в эту комнату, чем одарить мне Вас, сорвать ли мне последний цветок для Вас, или лишить Вас всего того, чем я одарил Вас, и Вы снова вернётесь в тридцать шестую комнату, и попробуете всё же унести не сорванные Вами цветки?
— Вы издеваетесь надо мною, граф?.. У меня уже совершенно нет сил вообще куда-либо идти! Я так устала, что сейчас хочу лишь только одного – скорее добраться домой и лечь спать!
— Вы не ответили на поставленный вопрос, сударыня!
— Лучше сорвите для меня ещё один цветок! Я, уж как-нибудь, попробую и его удержать в своих руках!
— Вы хорошо подумали?
— Да, я очень хорошо подумала! — опустив глаза, ответила она.
— Тогда прошу Вас! — и он отворил последнюю дверь.
Анжелика прошла внутрь.
— Так мы же здесь уже были! — с изумлением воскликнула она, — Это та, самая, первая комната! Вы меня обманули, граф! Вы сказали, что покажите мне все 144 комнаты этого замка, а я увидела только лишь 143!
— Я Вас не обманул, сударыня. Вы были правы, когда сказали, что увидели здесь лишь 143 комнаты. Но эта спальня, она очень таинственна! Она вроде как одна, и в то же время, она является совершеннейшей полнотой. Потому что только здесь есть кровать. А без этой составляющей невозможно проникнуть в 144-ую комнату и достигнуть блаженства рая! — и он попытался её обнять.
Анжелика выскочила из этих объятий.
— Подождите, граф, подождите! А как же условие? Я хочу чтоб Вы сорвали для меня последний цветок! Где же он? Почему я его не вижу?
По лицу Владимира пробежала самодовольная улыбка.
— А Вы подойдите сюда, сударыня, и посмотрите! — и он подвёл Анжелику к зеркалу, — Разве это не единственный цветок в этой спальне? Разве не Вы сами мне сказали: «сорвите для меня цветок»?.. Я уверяю Вас, сударыня, Вы не пожалеете о своём выборе! Разве Вы не хотите познать всю полноту этого замка?.. Вы проделали такой длинный путь, а теперь, когда осталось сделать один единственный последний шаг, чтобы вкусить всей сладости этого земного рая, вдруг заупрямились…
— Верните мне моё платье! — швырнув на пол все цветы и сбросив с себя дорогостоящее ожерелье, решительно сказала девушка.
— А Ваше платье, сударыня, уже выбросили на помойку! Оно, ведь, было так запачкано, что уже не подлежало обновлению. Да и зачем Вам то, старое, платье, если на Вас надето это, новое?
— Мне не нужно Ваше новое платье…
— Ну тогда снимите его! — перебил он её.
Анжелика испуганно посмотрела на него. Видя, что Владимир разошёлся не на шутку, она решила бежать. Но тот не позволил ей того сделать, преградив собою выход из спальни.
— Сударыня, Вы забыли, что из этого замка можно выйти лишь только пройдя через все 144 комнаты! Никто ещё не выходил отсюда, минуя врата рая!
— Ваш рай – для меня ад! Как и Вы воплощение самого дьявола! А Ваш замок – это настоящий образ этого мира! А все Ваши комнаты – это полнота безбожия! Вы, как сатана, завлекаете в свои комнаты неразумные души, прельщая их этими цветами! А потом они выходят от вас обесчещенными и нагими, как и все безбожники в своей срамоте!.. Верните мне моё платье!
— Я же сказал Вас, оно в мусоре!
— Да я лучше надену на себя самое грязное и засаленное платье, нежели соглашусь на Ваше предложение!
— Ох, ох, ох! Какие мы гордые! — с сарказмом произнёс Владимир, — Не нужно строить здесь из себя недотрогу! Недотроги не садятся в дорогостоящие иномарки!
Анжелике нечего было возразить. Только теперь она осознала, какую ошибку допустила.
— Скажи мне, пожалуйста, — вдруг как-то задумчиво произнесла она, — в больнице, кроме меня, было очень много других красивых девушек. Почему же ты остановил свой выбор именно на мне?
Владимиру показалось что девушка наконец-то смирилась со своей участью. От такого предположения он аж засветился от предвкушения долго ожидаемого счастья. Подойдя впритык к ней, он взял в свои руки её красивейшие длинные волосы, золотистого оттенка и сладострастно сказал:
— У тебя такие волосы!.. Такие волосы!.. Я ещё никогда в жизни не встречал никого, с такими волосами, как у тебя!
— Значит волосы… — как-то загадочно произнесла Анжелика.
Её взгляд остановился на трюмо.
— Мне надо привести себя в порядок. — Сказала девушка и, уклонившись от объятий Владимира, быстрым шагом приблизилась к зеркалу.
Взяв с трюмо большие ножницы, Анжелика, без малейшего колебания, резанула себе косу.
— Ты что, сдурела? — с ошеломлением выкрикнул Романтик, — Что ты сделала с собой?
— Скажи, а так я тебе уже не нравлюсь?.. Слушай, а мои глаза, моё лицо – тебе тоже нравятся? — и Анжелика приставила к своим глазам ножницы.
— Не дури! — закричал он и бросился к ней.
Но девушка отскочила от него.
— Если ты приблизишься ко мне ещё хотя бы на один шаг, то я, честное слово, выколю себе глаза!
— Ты чё, перепила?
— Я трезвая! А вот ты, кажется, уже совсем пьян совестью, так что и стыда даже не испытываешь!.. Да я лучше изувечу себя, чем соглашусь на твоё срамное предложение!.. Принеси мне моё платье!
Владимир замер в нерешительности. Он смотрел то на девушку, то на её обрезанную косу, что лежала на полу, и никак не мог поверить, что Анжелика смогла так поступить.
— Или ты хочешь увидеть на полу ещё и мои глаза? — очень решительно произнесла Анжелика.
Романтик, утвердительно кивнув головой, отправился за её платьем.
Когда он вернулся, Анжелика так и стояла на прежнем месте, всё также держа возле лица ножницы.
— Держи! — бросая грязное платье на кровать, произнёс он.
— Может ты выйдешь!
— Слушай, ты не в той больнице работаешь! Твоё место на «Фрунзе –103»! — выходя из спальни, произнёс он, — Психопатка!.. Честное слово, психопатка!..