Памяти С. К

Памяти Эммануэль.

   Ушла Сильвия Кристель, Эммануэль.
   Ушла, пережив на семь лет свою создательницу, Эммануэль Арсан...
   В зимнем Ленинграде 1988 года я, закоченев на продуваемом всеми ветрами Невском, зашел — в основном, чтобы согреться — в крохотный видеозал с телевизором и несколькими стульями. Название фильма - «Эммануэль-2» - мне ни о чем не говорило. (Впоследствии,
просмотрев бескрайнюю Эммануэлиану — ну и словечко! - я понял, как мне повезло.
«Эммануэль-2», пожалуй, лучший из этих фильмов. В первом фильме заметна еще некоторая скованность и желание следовать первоисточнику, остальные сводятся лишь к смакованию эротических сцен, за исключением «Эммануэль-5» Валериана Боровчика, где чувствуется
 рука мастера.) А тогда вышел я потрясенный — не изображением обнаженных тел, а той свободой, с какой говорилось об отношениях между людьми. Я узнал, кто автор романа, достал все, что можно было тогда достать из написанного под именем Эмманузль Арсан — и окунулся в мир Эммануэль.
   Мир Эммануэль — мир Любви. Любви физической, единственная цель которой — получать наслаждение самой и дарить его другим. Любви, в которой нет никаких запретов и никаких ограничений, в которой естественно все, что ведет к наслаждению. И такие, либо отвергаемые моралью, либо стыдливо замалчиваемые проявления любви, как мастурбация, инцест, однополая любовь, органично входят в этот мир.
   Принцип Эммануэль — кто любит меня, должен любить друг друга. Это подразумевает абсолютную свободу в любовных отношениях. Почему, собственно, надо запрещать мужу, которого я люблю, любить еще кого-нибудь? Если эта женщина любит его, почему бы мне не любить ее тоже? Если я считаю себя полновластной хозяйкой собственного тела, почему я должна отрицать это право у другого? В мире Эммануэль не может быть ревности, потому что ревность — это оскорбленное чувство собственности, дополненное подсознательным комплексом неполноценности.
   Конечно, такой взгляд на человека оставляет от него только функцию сексуального партнера — все остальное неважно. Поэтому с такой улыбкой читаешь страницы, на которых  описано, как  Эммануэль занимается математикой. Эммануэль — и математика! Ее нельзя назвать ограниченной, но все ее интересы лежат во вполне определенной области. Романы
об Эммануэль — великолепный храм, воздвигнутый в честь Его Величества Лона. Человеческое тело прекрасно, и прекрасно любое проявление его основной функции — Любви. Любовь к самой себе, любовь вдвоем, втроем, вчетвером, бесконечное разнообразие возможных вариантов описывается Эммануэль так красочно, что иногда даже забывается основная тема ее книг — гимн Любви, а просто с интересом следишь за техническими подробностями — ну, что еще может она выдумать?
   И вместе с тем в мире Эммануэль нет ни жестокости, ни насилия, ни — как бы это странно ни звучало — каких-либо особых извращений, просто желание проникнуть в мир Любви до самого конца, испытать все, что возможно, полностью удовлетворить свое любопытство. Поэтому мир Эммануэль — мир обеспеченных людей, освобожденных от обязанности добывать себе хлеб насущный таким трудом, что для прочего не остается ни времени, ни сил.
   Прощай, Эммануэль! И пусть тебе когда-нибудь воздвигнут памятник, как первой женщине, осмелившейся сказать:»Люди, вот я, идите и любите меня, потому что я люблю вас всех!»

Бад Ойенхаузен 2004 — Зиндельфинген 2012.