Узник Фороса. Глава двадцать первая

Известие о том, что ее муж отрекся от высшей власти в развали-
вающейся стране Рита перенесла тяжело. Она некоторое вре-
мя старалась скрывать от Алексея Петровича переживания,
помогала ему советами, заботилась о нем. Даже тогда, когда в
первый день после отставки мужа их семью в грубой форме попросили поки-
нуть государственную дачу, она нашла в себе силы вытерпеть и это унижение.
Нервы стали у Риты сдавать дней через десять после этих событий. Привыкнув
за многие годы к вниманию, подхалимству, почитанию и беспрекословному
подчинению, она вдруг напрямую встретилась с презрением, хамством, не-
вежеством и неблагодарностью со стороны тех людей, которые еще недавно
готовы были мыть ей ноги и пить из таза эту воду. Новые условия, в которых
она оказалась, не укладывались в ее сознании и не воспринимались сердцем.
Однажды, просматривая по телевизору какую-то политическую передачу, она
на экране увидела криво усмехающегося Казистова. Он энергично жестику-
лировал перед корреспондентом и, растягивая слова, о чем-то рассказывал.
Рита невольно прислушалась и замерла. «Тогда я возглавлял Московский ГК
КПСС. Сижу я, понимаешь, раз в кабинете, спокойно работаю. Вдруг раздается
телефонный звонок, я взял трубку и услышал громкий голос Маргариты Ми-
хайловны Губановой: «Как ты смеешь вести себя так подло по отношению к
людям? Почему до сих пор не выполнил указание Президента и не выделил
семье председателя Госагропрома квартиру? Ты не удельный князек, а первый
секретарь Горкома, и соблюдение партийной дисциплины для тебя является
высшим законом!». Не выдержал я ее визга, послал на три буквы и положил
трубку. Вот после этого разговора ее муж и невзлюбил меня», – повествовал
триумфатор. «Какая скотина! Сволочь! Он просто упивается своей победой! А
ведь еще совсем недавно голова дергалась и руки дрожали от страха во вре-
мя разговора с Алексеем. В глаза ему, словно верный пес, заглядывал. Иуда
проклятый!» – выкрикивала Рита сквозь слезы и рыдания. В это время рядом
оказалась внучка, которая, испугавшись, во всю прыть кинулась искать деда.
Заметив мужа в комнате, Рита перестала рыдать и вытерла платочком вспух-
шие от слез щеки. «Что еще случилось? Почему ты в таком состоянии?» – осто-
рожно спросил Алексей Петрович жену. Но, не дождавшись ответа, посмотрел
на экран и произнес: «Понятно, это морда Казистова тебя так расстроила. Ты
выключи телевизор и не смотри на нее». «Алексей, почему ты оказался таким
слабым человеком? Неужели не мог раздавить этого шута горохового, как чер-
вя? Я всегда считала тебя человеком умным, смелым и решительным, но те-
перь поняла, что таким ты никогда не был. Ты был обыкновенным везунчиком,
которого комсомольские лозунги, лесть и выживающие из ума престарелые
руководители коммунистической партии подняли на самый верх государ-
ственной пирамиды. У этих старцев просто не хватило время, чтобы раскусить
тебя и перекрыть дорогу к власти. Теперь ты не только их доверие не оправ-
дал, ты развалил страну и предал весь советский народ», – тихо, без эмоций
на заплаканном лице, произнесла Рита и быстрыми шагами покинула комнату.
Не ожидавший от жены столь откровенного обвинения, Губанов минут пять
находился в шоке, не зная, что делать и как вести себя дальше. Наконец, он
очнулся и тихо прошептал: «Ты несправедлива ко мне, Рита. Это я тебя сделал
первой женщиной страны и позволил вести себя так, как не вела до тебя ни
одна из жен Генеральных секретарей ЦК КПСС. В конечном итоге эта моя сла-
бость обошлась мне так дорого, что сегодня я остался не у дел, в изоляции и
одиночестве. Вот и ты решила мне насыпать соль на рану».