Волшебная шкатулка

Алый солнечный шар уже лизнул своим краем линию горизонта, когда человек, шедший по лесной дороге, вышел к воротам забора, огораживавшего небольшой одноэтажный домик и прилегающий к нему участок. Это был ещё совсем молодой юноша, по-видимому, только недавно перешагнувший черту совершеннолетия, тем не менее, в его уверенных движениях читалась давно сформировавшаяся привычка к самостоятельной жизни. Паренёк глядел бойко, можно даже сказать, весело, но временами в его глазах появлялось выражение жестокости. Подойдя к калитке, путник с силой постучался в железную дверь и стал ждать ответа. Со двора донёсся заливистый собачий лай, но другого отклика так и не последовало. Пришелец постучал ещё раз, и лишь спустя несколько минут изнутри послышался грубый мужской голос.
— Кто там? — недружелюбно вопросил он.
— Добрый вечер! — бодро поздоровался незваный гость. — Я у вас поработать хочу. У вас, я слышал, хозяйство, а я сам в деревне рос, всё знаю.
— Ага, щас... — пробасил хозяин. — Иди откуда пришёл, мы сами управимся.
— Да я за копейки готов работать! Денег совсем нет! — с отчаянием воззвал юноша.
— Говорят тебе: нет! Проваливай!
Парень звучно вздохнул.
— Ну можно у вас переночевать хоть? Куда мне в такой час идти? — с мольбой спросил он.
— А сколько заплатишь?
Гость задумался.
— Пять тысяч хватит?
— А говоришь, денег нет... Ладно, заходи.
Раздался щелчок, и дверь распахнулась, явив взору юноши крупного слегка сутулого мужчину лет пятидесяти с красным мясистым лицом.
— Деньги вперёд, — потребовал он, придирчиво оглядывая гостя.
Парень с явной неохотой полез в сумку и достал несколько тысячных бумажек. Внимательно пересчитав купюры, хозяин сунул их в карман и махнул рукой, призывая юношу пройти внутрь. Вслед за мужчиной пришелец ступил за порог и оказался в ухоженном дворе с покошенной травой, грядками, плодовыми деревьями и вольером для кур.
— Как тебя звать-то хоть? — на ходу спросил владелец участка, искоса поглядывая на гостя.
— Тарас Чобот, — ответил тот.
— А меня Андрей. Будем знакомы.
Тут они подошли к дому и вошли внутрь. Хозяин провёл юношу на кухню, где за столом сидели женщина того же возраста, что и Андрей, и девушка лет шестнадцати.
— Знакомься, — вновь подал голос мужчина. — Это жена моя Татьяна, а это — наша работница Мирка.
— Как? — не понял Тарас. — Мирка?
— Ну, Мира. Имя такое. Ещё бывает Незабудкой её кличем. Садись. Эй, Незабудка, дай ему тарелку.
Чобот уселся за стол, с интересом поглядев на девушку, мгновенно вскочившую с места и скользнувшую к плите. Она была совсем худенькая, со светлыми волосами, забранными в низкий пучок, и большими, синими и прозрачными, как вода, глазами, которые могли бы быть прекрасными, если бы не застывшее в них выражение робости и вечного испуга. Поставив перед гостем тарелку с мясным рагу, Мира неслышно опустилась на стул и, бросив боязливый взгляд на юношу, вновь вернулась к еде.
— Какое вкусное блюдо! — сказал Тарас, с аппетитом уплетая ужин. — Я уже совсем отвык от домашней еды. Питаюсь всё какой-то ерундой.
— У вас что, некому готовить? — недовольным, но весьма заинтересованным тоном бросила Татьяна.
— Некому. Я один живу. Съехал от своего алкаша-бати и теперь перебиваюсь чем могу. Где только не работал.
— А ты как, учишься где-нибудь? — спросил Андрей.
— Не-а. Времени нет. Да и желания тоже. Не такой я человек, чтобы над книжками корпеть. Я и школу-то не окончил, не до этого было. Нужно было себя обеспечивать. Но я не жалуюсь. Мир слишком прекрасен, чтобы замыкаться на своих проблемах. Тем более, их у меня немного: сыт, одет, над головой не капает, и на том спасибо.
Так прошёл ужин. После еды хозяин отвёл гостя в гостиную и сказал ему ложиться на диване. Вскоре в доме всё стихло, темнота заполонила все комнаты, и всё погрузилось в сон. Незабудка по обыкновению спала в своей каморке, когда что-то внезапно заставило её проснуться. Открыв глаза, девушка увидела неподалёку от себя горящий телефонный фонарик, медленно скользящий сквозь тьму, и выступающий в его свете человеческий силуэт.
— Кто здесь? — испуганно спросила она, приподнимаясь на локте.
Фонарик замер.
— Тише! Молчи! — жёстко прошептал голос Тараса. — Спи, — добавил он, вновь возвращаясь к прерванному занятию.
Мира, привыкшая всегда слушаться всех вокруг, покорно положила голову на подушку и закрыла глаза, но ещё долго не могла уснуть, чутко прислушиваясь к тихим шагам и ощущая сквозь сомкнутые веки свет фонарика. Наконец, побродив по комнате, Чобот вышел за дверь, и девушка, выдохнув с облегчением, вновь погрузилась в мир грёз, который уже давно не дарил ей ничего, кроме кошмаров. Однако её покой длился недолго. Когда Незабудка в очередной раз убегала по густому лесу от какого-то монстра, она вдруг почувствовала, как кто-то схватил её за шею, и в ужасе распахнула глаза. В лицо ей бил яркий свет того самого треклятого фонарика.
— Где шкатулка? Говори! — раздался прямо над ней тихий возбуждённый голос.
Мира испуганно глядела в темноту, силясь сообразить, что происходит. Пальцы на её шее сжались сильнее.
— Где шкатулка, дающая деньги? — раздельно процедил Тарас. — Не скажешь — убью!
— Я не знаю! — в отчаянии пролепетала девушка.
По щекам её покатились слёзы.
— Я, правда, не знаю, где она!
Какое-то время парень пристально глядел в её расширившиеся от ужаса глаза, затем злобно выдохнул и убрал руку, а фонарик опустил в пол. Незабудка тяжело дышала, губы её дрожали, руки бессмысленно сжимали одеяло. Несколько секунд прошли в темноте и безмолвии, а потом Чобот медленно опустился на краешек кровати и направил фонарик вверх, осветив небольшую комнату.
— Ты знаешь про эту шкатулку? — тихо спросил он, не глядя на девушку.
— Знаю, — ответила та, не отрывая от юноши испуганного взгляда. — Её нашли Орловы года полтора назад, я тогда работала у них уже несколько месяцев. Каждое утро на заре в ней появляется золотая бусина, а если её не вынуть до заката, она исчезает.
— Это я знаю, — уныло проговорил Тарас. — Нашлись люди, которые пронюхали и разболтали. Меня интересует другое: где её найти?
— Это они скрывают, — извиняющимся тоном ответила Мира. — Я даже ни разу её не видела.
— Ты мне поможешь её найти, — решительно сказал парень. — Даже не пробуй отказаться. Вместе мы отыщем этот золотой кладезь, и я щедро оплачу твою помощь. Ты больше ни в чём не будешь нуждаться.
— Нет! — в ужасе замотала головой девушка. — Я не хочу пользоваться бесовскими дарами!
— Глупая! Ты и так ими пользуешься! Твои хозяева ведь на них живут.
Незабудка печально опустила глаза. Видно было, что она не раз думала об этом, и эта мысль была ей неприятна.
— Я не специально, — прошептала она. — Я хотела бы отсюда уйти, но меня не пускают.
— Что? — Чобот в изумлении поглядел на собеседницу. — Тебя держат здесь взаперти?
— Нет. Я и так не могу уйти. Кругом лес, а я не знаю дороги, да и страшно.
— Да уж. И это двадцать первый век на дворе. Несовершеннолетняя живёт не по своей воле в чужом доме. Как ты здесь оказалась-то?
— Я сбежала из детского дома. Меня там травили. У меня уже был паспорт, и я надеялась устроиться куда-нибудь на работу. Я не знала, что до шестнадцати лет требуется согласие родителей. А тут подвернулись они, предложили помочь с хозяйством, обещали проживание. Тогда, до шкатулки, они были другие, более добрые, приветливые. И я пошла к ним жить и работать. Сначала они обращались со мной хорошо, исправно платили, и я надеялась к совершеннолетию скопить небольшой капитал, но затем всё пошло наперекосяк. Они нашли шкатулку, дающую золото, и с того дня стали неуклонно меняться в худшую сторону. Их поглощали жадность, желчь, они начали платить всё меньше, а потом и вовсе перестали. Я хотела уйти, но они отказались меня выпускать. И тогда моя жизнь превратилась в ад. Татьяна не захотела больше ничего делать самой, и вся работа по хозяйству легла на меня. В них начала накапляться беспричинная злость, и они срывали её на мне, а я стала шугаться любого шороха, бояться каждого грубого слова, которые сыпались на меня градом. Я теперь даже спать нормально не могу, всё время кошмары снятся.
— М-да, ситуация, конечно, аховская... Но ничего. Когда шкатулка будет у меня, я помогу тебе отсюда выбраться. Пойдёшь в другой детский дом, там, может, будет лучше. Ну как? По рукам?
— Но как я тебе помогу? Я не знаю, что делать!
— Подумай. Может, как-то можно их спровадить прочь из дома хотя бы на несколько часов?
— Андрей каждый день по утрам за продуктами ездит. А Татьяна... У нас снотворное есть. Можно ей подмешать в завтрак побольше дозу, и она уснёт.
— А ты соображаешь! Так и сделаем. Тогда завтра я буду ждать тебя у ворот. Откроешь мне дверь, и вместе поищем, чтоб быстрее было.
— Хорошо.
— Ну всё, спокойной ночи.
Тарас встал и крадучись вышел из комнаты, а Мира вновь откинулась на подушку и уставилась в пространство. Впервые за долгое время у неё появился шанс на лучшую жизнь, и она была намерена им воспользоваться.
Утром девушка, как обычно, встала раньше всех и отправилась во двор кормить кур. Насыпав им зерна и поменяв воду, она принялась за приготовление завтрака. Вскоре проснулись хозяева и их гость.
— Доброго всем утра! — весело сказал Тарас.
Он выглядел расслабленным и отдохнувшим. Никто не смог бы заподозрить его в том, что он не спал часть ночи и теперь замышлял коварное дело. А Незабудка и в обычное время постоянно была напряжена, так что и в ней не наблюдалось перемены. Вытащив из кармана халата приготовленный заранее пузырёк, девушка ливнула на глазок в тарелку Татьяны и поскорее спрятала обратно. Больше всего на свете она боялась, что женщина уснёт до отъезда мужа, и тот заподозрит что-то неладное. Тарас говорил без умолку, рассказывая о своём детстве, товарищах, интересных школьных и дворовых историях. Мира слушала с завистью: у неё самой никогда не было подруг, хотя она очень хотела бы их завести. Орловы глядели на рассказчика с лёгким интересом, изредка задавая вопросы или вставляя замечания. После завтрака Чобот бурно распрощался и, захватив сумку, пошёл к калитке. Андрей тоже вскоре засобирался. Переговорив с работницей по поводу продуктов, он сел в машину и уехал, а Татьяна села за вязание. Занимаясь делами по дому, Мира время от времени заглядывала в зал, где сидела женщина, проверяя, не заснула ли она. Текло время, но этого не происходило. Вот прошло пятнадцать минут, потом полчаса, девушка начала уже переживать, что ничего не получится, как вдруг, в очередной раз тихо приблизившись к дверному проёму, обнаружила, что руки хозяйки упали на колени, а голова безвольно свалилась на грудь. Сердце Незабудки забилось сильнее, губы тронула несмелая улыбка. Шагнув обратно в коридор, она торопливо направилась к выходу и вскоре уже выглядывала за ворота. Тарас с явным нетерпением прогуливался взад-вперёд перед калиткой. Услышав щёлчок отпираемого замка, он мигом обернулся к двери и горящим взором уставился на девушку.
— Она спит, — зачем-то шёпотом сообщила та, отстраняясь, чтобы дать юноше пройти.
Подельники быстро подошли к дому и вошли в первую комнату. Это оказалась кухня.
— Давай ты здесь, а я пойду в гостиную, — сказал Чобот.
Мира кивнула и торопливо подошла к прибитому к стене шкафчику, а парень вышел. Они принялись параллельно обследовать все закоулки комнат. Тарас старался двигаться осторожно, изредка поглядывая на спящую, но та уснула крепко. Вскоре стало ясно, что ни на кухне, ни в гостиной никаких шкатулок нет. Юноша переключился на хозяйскую спальню, а Незабудка направилась к ванной и туалету, но всё было тщетно. Таинственного магического предмета не было нигде. Сообщники даже обследовали комнату Миры, хоть девушка и была уверена, что знает там каждый уголок, но и там ничего не нашлось. Обескураженные и поникшие, напарники медленно брели по коридору, пытаясь придумать выход из положения. Внезапно взгляд Чобота наткнулся на складку в ковре, как будто его часто отгибали.
— Смотри-ка! — негромко сказал он, останавливаясь и внимательно оглядывая странное место.
Незабудка тоже замерла, молча проследив за его взглядом.
— Подпол! Как я могла забыть! — неверяще прошептала она. — Мы раньше здесь банки хранили, а потом Орловы сказали, чтоб я сюда и близко не подходила. Ну, я и слушалась, — она смущённо умолкла.
— Дура ты, — сказал парень.
Присев на корточки, он отогнул кусок ковра, явив взору соучастников железный люк, и уже протянул было руку, чтобы открыть его, как вдруг кто-то вздёрнул его за плечо.
Мигом вскочив, Тарас увидел прямо перед собой взбешённую Татьяну.
— Ах ты тварь! — женщина, размахнувшись, отвесила юноше сильную пощёчину.
Мира с дикими от ужаса глазами начала медленно пятиться, надеясь, что её не заметят.
— Убирайся отсюда! — хозяйка толкнула бывшего гостя в сторону выхода. — Никогда больше тут не появляйся! Пошёл прочь!
Благоразумно решив не спорить, юноша поплёлся к двери, а Татьяна обернулась к обезумевшей от страха работнице.
— А ты, гадина, чтоб никогда сюда не смела приближаться! Увижу — убью! Поняла меня?
Незабудка в ужасе закивала головой, продолжая пятиться назад. Наконец, отвернувшись, она стремглав побежала к себе в комнату и, захлопнув дверь, прислонилась к ней спиной. Сердце её бешено стучало. Она не знала, что ей теперь делать. Хозяйка наверняка всё расскажет мужу, и вместе они сживут её со свету. Тарас уйдёт себе преспокойно домой и продолжит работать, а она будет мучиться здесь ещё много лет. Девушке стало тоскливо. Нет, — решила она. — Нужно во что бы то ни стало уйти вместе с ним. Здесь ей теперь не место. Осторожно выглянув за дверь и убедившись, что Татьяны поблизости нет, Мира на цыпочках двинулась к выходу. Добравшись до двери, она рысцой побежала по двору и вскоре уже выскочила за ворота. Чобот, раздосадованно ходивший вдоль забора, поднял на неё глаза.
— Пожалуйста, возьми меня с собой! — с мольбой прошептала девушка, униженно глядя на юношу. — Они меня убьют! Я не могу здесь оставаться!
В глазах Тараса мелькнула злоба.
— Мы не уйдём отсюда без этой чёртовой шкатулки! — гневно прорычал он. — Раз я сказал, что мы её достанем, значит, мы достанем!
Незабудка удивлённо приоткрыла рот.
— Достанем? Но как?
— А вот так! Ночью ты спустишься в тот подвал и возьмёшь шкатулку. А потом мы вместе уйдём из этого проклятого дома.
— Я не смогу... — прошептала Мира одними губами. — Я боюсь...
— Я тоже много чего не мог, — резко сказал Чобот. — Не мог лазать через заборы, взламывать замки, врать находу, но я всему научился. А тебе всего какую-то малость сделать.
Девушка с ужасом поглядела на собеседника.
— Ты что, вор? — испуганно спросила она.
Парень усмехнулся. Лицо его вновь приняло безмятежное выражение.
— Я человек, который всего достиг в жизни своим трудом, — весело произнёс он. — Пусть и незаконным. Всё, что я имею, я подарил себе сам. А теперь я, наконец, получу достойную награду за свою работу. Принеси мне шкатулку, и мы вдвоём ни в чём не будем нуждаться.
Незабудка прикрыла глаза.
— Хорошо, — с трудом выговорила она. — Я попробую.
— Это другое дело! Тогда ночью я буду ждать тебя здесь. У тебя есть телефон? — спросил вдруг юноша.
Девушка покачала головой.
— Тогда на, возьми мой, тебе ведь нужен будет фонарик, — он вынул из сумки дешёвенький смартфон и протянул его подельнице. — Только смотри не потеряй.
Мира неловко взяла телефон и осторожно нажала на кнопку включения. Экран загорелся. Найдя нужную функцию, Незабудка зажгла электрический огонёк.
— Хорошо, спасибо. До встречи, — и девушка, выключив фонарик, вернулась во двор.
Остаток дня оба провели в напряжении. Мира старалась лишний раз не показываться на глаза Татьяне, а потом и Андрею, а Тарас надеялся, что девушке удасться осуществить задуманное. Сам он больше не хотел ввязываться в это дело — ему хватило того, что уже произошло. Эта пощёчину дала, — размышлял он, — а тот, чего доброго, и рёбра переломает. Он даже пообещал себе, что в случае удачи даст сообщнице немного золота, которое попадёт к нему в руки, только бы всё получилось. Эта девушка вообще произвела на него определённое впечатление. Конечно, она была слабая, забитая, Чобот таких презирал, но у него вдруг возникло какое-то непонятное желание обогреть эту несчастную, дать ей опору, поделиться с ней хоть толикой той уверенности, что была ему так свойственна. И, возможно, получить от неё взамен нечто большее. Сам парень в первый раз ощутил тело женщины года три назад, и с тех пор занимался этим довольно часто, но он никогда не чувствовал ничего особенного к тем, с кем делил постель. Это было просто минутное развлечение, физическая разрядка, а вот Незабудка, казалось ему, могла подарить ему нечто большее. Но это всё будет потом. Сейчас главное — достать шкатулку.
Едва дождавшись ночи, Мира вынула из-под подушки телефон и крадучись двинулась к подвалу. Нащупав люк, девушка отогнула ковёр, открыла крышку и стала медленно спускаться по добротной лестнице. Очутившись на дощатом полу, Незабудка стала светить во все углы и вскоре наткнулась взглядом на небольшую деревянную шкатулку, стоявшую на полке. Испуганно оглядевшись, девушка с опаской взяла вещицу и стала быстро подниматься наверх, однако стоило ей закрыть люк и встать на ноги, как кто-то схватил её за плечи. Ахнув, Мира выронила злосчастную шкатулку и телефон, который упал экраном вниз и осветил фигуру Андрея, выступившую из темноты.
— Дрянь паршивая! — закричал он, швырнув девушку на пол.
Удар пришёлся виском о железный люк, Незабудка вскрикнула и обмякла.
— Только умирать тут не вздумай, — сердито пробурчал мужчина, но в голосе его прорезалась тревога.
Перевернув неподвижное тело лицом вверх, он попытался уловить дыхание, но его не обнаружилось. Пульс также отсутствовал. На лицо была необходимость вызвать скорую помощь, но как объяснить случившееся? Вдруг его заподозрят в попытке убийства? Или даже в самом убийстве? Рисковать не хотелось. В конце концов Андрей решил разобраться со всем утром, а пока отнести Миру (или её тело) в её комнату. Но стоило ему взять девушку на руки, как совсем рядом послышались шаги, и прямо перед ним вспыхнул свет факела. Тарас, услышав крики, нутром почуял неладное и, влекомый неожиданно возникшим беспокойством, решил проверить, что происходит. Увидев представшую перед ним картину, юноша так и замер, слегка приоткрыв рот, и от неожиданности выронил горящую ветку. Деревянный пол тут же загорелся, заставив обоих людей кинуться к выходу, но следом за ним вспыхнули стены, и бегство сделалось невозможным. Андрей выронил тело и вместе с Чоботом стал носиться среди пламени, силясь найти проход, но всюду они натыкались лишь на огненные языки. Тарас завизжал, когда на нём загорелась одежда и волосы, вскоре к нему присоединился и голос мужчины, а следом раздался визг Татьяны, но Чоботу с хозяином было уже не до этого. Они сгорали заживо и ничего не могли с этим поделать. За считанные минуты от когда-то богатого дома остались одни головешки, и проклятую шкатулку, послужившую причиной всего этого бедствия, навсегда поглотило пламя.