Ненаписанные строки

Ненаписанные строки
Дети, что не родились,
Муза, та, что не явилась,
Зря загубленная жизнь!

Заголовок и эпиграф этого короткого рассказа пришли сами собой. Может, это все, что муза послала на прощание. Конечно, она вернется, несомненно! Остается ждать ее и заниматься рутиной жизни.
Начнем с того, что мне очень нравится писать чернильной ручкой. Как правило, если ручка хорошая, то она пишет легко, без всякого нажима, рука не устает, и можно написать достаточно много. Только успевай заправлять чернила.
Думаю, что у Льва Николаевича перьев было достаточно, и чернила верная Софья Андреевна покупала регулярно большими бутылочками. Правда, это оксюморон : «Большая бутылочка». Но сказать «бутылка чернил» как то не позволяет воспитание. В нашем старом понимании слово «бутылка» - сакральное. Синоним ему: «поллитра». Или «запотевшая». Или много других ласковых слов. А «бутылочка» - это что-то уменьшительное. И большой маленькая бутылочка быть никак не может. Но, в любом случае, слово «бутылочка» - очень ласковое. И если раньше человек, который не брезговал алкоголем, говорил, что у него в тайнике от жены спрятана заветная «бутылочка», то это значит, что этот предмет для данного человека ближе всего на свете, и греет его душу своей наполненностью. О пустой бутылке в уменьшительном виде не было принято говорить. Пустая – она автоматически превращалась в «стеклотару», и теряла свои волшебные качества.
Но, в моем случае, можно говорить о «большой бутылочке». Это – когда бутылочек много. Вернее, это уже целая коробка бутылочек. Или пузырьков. В сущности, какая разница, в какую тару разлит божественный продукт? Если это много маленьких пузырьков, то это даже лучше.
Говорят, что как то раз в Японии гостю из России в ресторане принесли кувшинчик сакэ, и к нему несколько маленьких глиняных чашечек. Подразумевалось, что гость из России вместе со своими коллегами будет пить сакэ, наливая его в эти маленькие глиняные чашечки. Но сам кувшинчик был небольшой. Не более 200 граммов. Тогда гость из России попросил принести ему несколько таких кувшинчиков сразу. И когда ему принесли, он поставил их в ряд, и стал без закуски выпивать каждый кувшинчик, и сразу переходил к следующему. Официант-японец был очень удивлен такой манере пить. В принципе, такого количества хватило бы на пять средних японцев, и они бы сидели весь вечер, закусывая и разговаривая. Но гость из России по очереди опорожнил все кувшинчики, вытер губы, и сказал: «Ну, теперь можно и закусить». Как в фильме «Судьба человека» с Сергеем Бондарчуком: «После первой не закусываю!». И после второй – тоже.
Так вот, я решил повторить подвиг Льва Николаевича и написать четыре тома какого-нибудь романа. Вопрос о сюжете – это уже второй вопрос. Первым вопросом был: «Где взять много бумаги и много чернил?». Ну, с бумагой у нас в стране сейчас напряженки нет. Какое-то время назад был ажиотаж, когда перестали поставлять белую финскую бумагу, и какой-то реагент типа перхлората для отбеливания нашей бумаги. И в продаже появилась желтоватая бумага, как будто она уже лежала в архиве лет двадцать. Вы знаете, что подшивки старых газет сильно желтеют со временем. Но потом все наладилось, и теперь проблем с бумагой нет. Другая проблема – с чернилами для перьевой ручки. Конечно, обычной ручкой с пером, не автоматической, писать трудно. Я помню, что в первом классе – а это была середина 1960-х годов – нас учили писать простой чернильной ручкой. Мы носили с собой в портфелях чернильницы-непроливайки. И ставили их на парту перед уроками чистописания. Кстати, для каллиграфии чернильные ручки с большим пером – это самое то, что надо. При нажиме на перо его половинки немного расходятся в стороны и поэтому вертикальные штрихи получаются толще, чем горизонтальные. И тогда письмо становиться особенно красивым. Но потом появились шариковые ручки. Тогда еще импортные. Моя мама приносила из института различные шариковые ручки, английские и французские – их дарили ей ученые-иностранцы. Один раз даже принесла двенадцатицветную цветную шариковую ручку. Проблема была в том, что эти разноцветные стержни потом было негде достать. Но шариковые ручки давали линию одинаковой толщины. И ими было не так интересно писать. Потом, в университете, я иногда писал лекции старыми отцовскими чернильными авторучками, и мне это очень нравилось.
Разумеется, с широким распространением персональных компьютеров и ноутбуков стало писать гораздо быстрее, чем авторучкой. Но, я считаю, что написанное на бумаге имеет большую ценность, чем напечатанное на компьютере. Хотя, самые известные писатели печатали свои романы на пишущих машинках. Это тоже некоторая механизация писательского труда. Если пишешь ручкой целый день, – как когда то приходилось переписывать чужие лекции, – то руку уже начинает сводить от напряжения. Правда, сейчас уже и печатать не надо. Появился голосовой ввод в смартфонах и ноутбуках, и можно сразу создавать печатные произведения, не касаясь клавиатуры.
Но это все лирика. Лавры Льва Николаевича не давали мне покоя, и я решил восполнить запасы бумаги и чернил. Как уже было сказано, пару пачек бумаги по 500 листов в каждой купить не проблема. Проблема в чернилах. Я зашел на один маркетплейс, и посмотрел, что там предлагается в этой области. Да, чернила типа Parker или Waterman – очень хорошие чернила. Наверное. Но и дорогие. Стоят около 600 рублей за пузырек 50 мл. Но я нашел одно предложение, и оно меня сразу сразило. Отечественные чернила «Радуга-2». По цене около 330 рублей за 24 пузырька по 70 мл! За более чем полтора литра чернил – всего 330 рублей! Я прикинул, что хватит не на одну «Войну и мир». А, может быть, даже на две! Или на три! Хотя, зачем переписывать от руки шедевры. Это могла только Софья Андреевна от большой любви ко Льву Николаевичу. А я пишу все сам. В итоге, я заказал целую коробку чернил в количестве 24 шт. По отзывам я прочитал, что люди очень довольны. Правда, я не думаю, что все у нас такие Львы Николаевичи! И пишут чернильными ручками так много. Наверное, это я один такой.
Ждал несколько дней, а потом, когда пришло извещение о прибытии товара, побежал в ПВЗ его получить. Взял с собой большую сумку – пластиковый пакет может не выдержать. И каково же было мое удивление, когда мне выдают один маленький пузырек чернил. Я спросил: «А где же остальные 23 штуки?». Мне ответили что-то сумбурное типа: «Там ошиблись с карточкой товара, наверное. Вы можете вернуть товар, если он вас не устраивает».
Конечно, меня не устраивал один пузырек чернил вместо целой коробки. Ну, хотя бы три пузырька положили. Потому что три пузырька стоили, как целая коробка, за которую я заплатил.
Но я взял пузырек. Мне надо было попробовать эти чернила в действии. Написать, так сказать, хотя бы пролог к моей «Войне и миру». Чернила оказались так себе, бледноваты. Но, если бы мне дали коробку, я бы удовлетворился их качеством.
И что вы думаете – я заказал еще одну коробку таких же чернил. Я решил, что, как на фронте говорили: «Снаряд дважды в одну воронку не падает». И бойцы всегда прыгали в еще дымящуюся воронку от снаряда, чтобы благополучно пережить сильный артобстрел.
Через несколько дней опять получил извещение о прибытии товара, и снова пошел в ПВЗ его получать. Опять взял большую сумку, чтобы с трудом дотащить покупку домой, и уже начать писать свой роман в четырех томах. Каково было мое удивление, когда мне опять выдали один пузырек чернил! Все! Будь я на фронте под артобстрелом, я бы не стал прятаться в свежую воронку. Потому что второй снаряд легко в нее попал! Но я проявил хитрость, и на всякий случай заказал товар на постоплате. Поэтому, просто посетовал сотруднице ПВЗ, что, видимо, у меня карма подпорчена, что дважды снаряд попал в мою воронку. И в следующий раз заказал уже два пузырька по отдельности. Правда, пришел всего один, а второй где-то потерялся и теперь, наверное, бродит по складам этого маркетплейса.
Таким образом, я, с одной стороны, переосмыслил свое отношение к происходящему в жизни. И сделал для себя вывод: «Снаряд легко может попасть дважды в одну воронку». Есть такая наука «Теория вероятности». Я ее изучал в своей физматшколе. И второй раз – в университете. Мы ее называли «Тервер». И там есть такая формула «Цэ из эн по кА». Я ее не буду здесь воспроизводить, но вероятность любого события можно посчитать. В моем случае, вероятность того, что снаряд дважды попадет в одну воронку, равна около одной четверти. Не больше. Но в моем случае вероятность была равна «1». Если бы я заказал третий раз коробку чернил, что снова получил бы один пузырек. Здесь еще примешивается карма. Видимо, кто-то наверху не очень хотел, чтобы я написал роман лучше, чем «Война и мир». Поэтому, пока буду писать лишь малые формы. Рассказы, повести, миниатюры.