Аба - в полглаза. Чужой среди своих,

или наш Ненашев

***

16+ ( в связи с резким омоложением населения - 116+)

Внимание! Текст может содержать сцены курения, упоминания чрезмерного употребления спиртных напитков, сомнительные научные открытия, исторические неточности и другие проявления авторской фантазии.
Рекомендуется для лиц старше 16 лет. Желательно — значительно старше 61 года

***

Фильм «Гений» (1991) с Александром Абдуловым в главной роли давно стал одним из символов своего времени. История Сергея Ненашева — талантливого изобретателя, который вместо признания оказывается на обочине жизни и вынужден искать другие способы реализации своих способностей, — воспринималась как диагноз эпохе.

Посыл фильма был понятен: одарённый человек оказался заложником несовершенной системы. Если бы общество было устроено иначе, если бы существовали другие правила и другие возможности, его способности могли бы служить людям.

Но спустя десятилетия становится заметно: проблема гораздо шире, чем конкретная страна, конкретный строй или конкретная историческая эпоха.

Главная ошибка подобных историй — принимать частную трагедию за универсальное доказательство.

Нереализованный талант существует не только там, где плохая система. Это вечная проблема человеческой цивилизации. Ни одно общество в истории не обладало и, вероятно, ещё долго не будет обладать возможностью создать условия для полной и всесторонней реализации потенциала каждого человека.

Это не означает, что такая цель не важна. Напротив, стремление дать человеку возможность развиваться, раскрывать способности и находить применение своим талантам — одна из важнейших задач общества.

Но сама формулировка цели имеет значение.

Задача не может звучать как обещание: «создать условия для полной реализации каждого человека». Это невозможно в буквальном смысле. Существуют объективные ограничения — ресурсы, сложность организации общества, необходимость выполнять огромное количество повседневной работы, без которой невозможна сама цивилизация. Есть и субъективные ограничения: способности, характер, выбор и жизненные обстоятельства самого человека.

Более реалистичная и гуманная задача звучит иначе: способствовать всестороннему развитию личности и создавать условия для максимально возможного раскрытия творческого потенциала.

В этом смысле разные общества можно оценивать не по тому, удалось ли им создать идеальный мир, а по тому, насколько эффективно они ищут, поддерживают и развивают человеческие возможности.

Советский проект, например, действительно создал масштабную систему поиска и подготовки талантов: кружки, дворцы творчества, научные школы, систему отбора будущих специалистов. Это была попытка расширить пространство возможностей. Но никакая система не может полностью устранить разрыв между количеством человеческих способностей и возможностями их применения.

И здесь возникает более широкий вопрос.

Внутри цивилизации существуют области, от которых зависит само её продолжение: энергетика, медицина, биологическая безопасность, фундаментальная наука, поддержание сложной инфраструктуры. Эти задачи требуют концентрации ресурсов, знаний и людей.

Но это не делает всё остальное незначительным.

Культура, творчество, личные поиски, стремление человека реализовать себя — не просто украшение цивилизации. Это часть того, что делает её человеческой и позволяет ей развиваться.

Проблема в другом: цивилизация физически не может быть построена по принципу гарантированного успеха каждого. Она всегда будет сталкиваться с ограничениями.

Отсюда возникает и ошибка выжившего.

Мы видим успешного человека и часто думаем: если бы ему не мешали, таких людей было бы множество. Но мы не видим огромного числа талантливых людей, которые не нашли своего пути ни в одной возможной системе.

Успех — это не только способности. Это сочетание способностей, времени, обстоятельств, среды, инфраструктуры и множества случайностей.

Именно поэтому споры о «непризнанных гениях», «пророках, которых не услышали на родине» или «утечке мозгов» требуют осторожности.

Люди действительно стремятся туда, где существуют условия для работы: лаборатории, научные школы, оборудование, финансирование, профессиональная среда. Они движутся не только от неудовлетворённости, но и к инфраструктуре, которая позволяет решать задачи.

Есть ещё одна причина, по которой многие прогнозы прошлого оказались слишком оптимистичными.

Общественный разум — это не просто накопление знаний.

Цивилизация не становится автоматически мудрее только потому, что у неё больше книг, компьютеров и баз данных. Каждый новый человек рождается без опыта предыдущих поколений, и каждая эпоха заново должна воспроизводить сложность: через образование, культуру, воспитание и институты передачи знаний.

Разум цивилизации — это не хранилище информации. Это способность каждого поколения заново эту информацию понимать и использовать.

Поэтому Сергей Ненашев интересен не только как «жертва системы». Его история задаёт более сложный вопрос: способно ли общество замечать и поддерживать необычные способности, понимая при этом, что абсолютной справедливости и полной реализации каждого человека достичь невозможно?

Возможно, настоящая проблема не в том, что существует какая-то одна система, которая губит гениев.

Быть может, проблема глубже: любая цивилизация постоянно пытается решить противоречие между бесконечностью человеческого потенциала и ограниченностью своих возможностей.

И в этом смысле Ненашев одновременно чужой среди своих и наш Ненашев.

Человек, который напоминает нам: задача общества не в том, чтобы обещать невозможное.

Задача — сделать так, чтобы как можно больше человеческих возможностей не исчезали напрасно.