О хорошем нужно думать уже сегодня

Летним погожим днём ученик девятого класса  Михаил  Сидоров ехал на велосипеде, резво крутя педали и набирая сообщение  на смартфоне.
Отослав матери  весть о том, что он скоро будет дома, Михаил улыбнулся, но увидев на детской площадке двух рослых ребят, нахмурился.
Его сверстники, ученики  из параллельного класса общеобразовательной школы, неуклюже раскачивались на детских качелях. Неподалеку от них стояла пожилая женщина, которая , грустно глядя на качающихся верзил, держала за руку свою внучку, - девочку лет четырёх. Малышка собиралась заплакать, но женщина ей сказала:
-Сейчас дяди покачаются, и наступит твоя очередь.
-Мы еще нескоро освободимся,- ухмыляясь, ответил темноволосый крепыш, которого звали Андреем Чибисовым,  демонстративно  отталкиваясь ногами от земли, и сильнее раскачивая качели.
Девочка, услышав его слова, заплакала.
-Да,  мы еще не скоро уйдем отсюда,- поддакнул товарищу его  светловолосый друг,- Артём Караваев, - и расправил плечи.- Нам хочется покачаться, мы ведь тоже дети, - сказал он, подмигивая товарищу,- только мы очень , очень  большие дети.
Пожилая женщина взяла плачущую девочку на руки и отошла к скамейке.
-Как думаешь, оценит Ритка видео?- спросил Караваева Чибисов,  решив снять себя на камеру айфона.
-Может, не надо, - Караваев  оглянулся по сторонам.- Скажет еще, что ты глупый.
Чибисов  рассмеялся и направил камеру гаджета на друга.
-Пускай она то же самое скажет  и о тебе,- кивнул он, состроив гримасу, и громко рассмеялся.
Сидоров, кружа на своем велосипеде по дорожкам сквера,  угрюмо слушал разговор сверстников . Остановившись, он слез с велосипеда и прислонил его к одной из скамеек.
-Качели тебе жмут,- громко сказал Михаил Андрею, отряхивая несуществующую пыль со своих джинсов.
-Ооой, кто это к нам пожаааловааал?- разведя руки, насмешливо спросил Чибисов, перестав раскачиваться.
Караваев  тоже прекратил движение. В отличие от товарища, он не улыбался, а исподлобья смотрел на подходящего к ним сверстника.
-Тебе чего надо?- спросил он  Михаила, когда тот, подойдя совсем близко, остановился.
-Эти качели предназначены для детей,- спокойно ответил Сидоров и указал рукой на щит, информирующий о том, что взрослым запрещено эксплуатировать детский  инвентарь.
-Ты куда ехал?- широко улыбаясь, спросил его Чибисов, поочередно  снимая себя и друга на камеру. Не дожидаясь ответа, он добавил:
-Куда ехал, туда и катись.
Караваев  встал с качели, и, подняв с земли рюкзак, чуть отошел в сторону.
-Это детская площадка,- ответил Сидоров, глядя то на одного сверстника, то на другого.- Здесь должны играть дети.
-Я завтра подумаю об этом,- сказал Андрей,- а прямо сейчас я хочу качаться.
-Ты встанешь и уйдешь,- ответил Сидоров и повторил,- это детская площадка, на которой играют дети.
-Я зааавтра подууумаю об эээтом,- с издёвкой пропел Андрей.
Сидоров резко нагнулся к земле,  как будто решив что-то поднять с нее.
Двоих его сверстников словно невидимая сила сняла с качелей, которые, поскрипывая ржавыми цепочками, продолжили раскачиваться в то время, когда спрыгнувшие с них молодые люди убегали к дальней лавке у старого клёна.
Михаил помог пожилой женщине, которая робко улыбнулась ему, посадить заплаканную малышку на одну из освободившихся качелей. Со всех сторон площадки к ним стали подходить молодые мамы с детьми.
-Спасибо вам,- сказал одна из родительниц.- Теперь наши дети смогут спокойно провести здесь вечер.
…Неделей позже трое молодых людей снова встретились, но уже при других обстоятельствах.
Один из сельских водоёмов, глубокий  и холодный из-за бьющих  ключей, оглашался в этот жаркий день криками детворы и подростков, которые собрались на берегу для того, чтобы искупаться: потренироваться в прыжках в воду и плавании. Ребята помладше облюбовали для себя место на берегу. Они время от времени(обсохнув и согревшись на солнце) снова забегали в прохладную воду. Ребята постарше выстраивались возле бетонного сооружения, которое между собой они называли «монахом». Тренированные и загорелые, они, разбегаясь с берега,
отталкивались от  бетонной конструкции и с ревом  прыгали в воду  вниз головой.
Михаил Сидоров приехал на водоем на  велосипеде. На подъезде к реке он остановился, так как  ее берег был перекопан бульдозером. Чтобы пробраться к самому; водоему, нужно было пересечь овраг. Сидоров взвалил велосипед на плечо и стал спускаться   с края оврага.
-Ты посмотри, кто к нам пожаловал,- услышал он насмешливый голос Чибисова.- И чего тебе не сидится дома, Сидоров?
Андрей со своим товарищем, который сегодня был снова не в духе, стояли на другом краю оврага, наблюдая за тем, как Михаил ловко взбирается  на  зачерствевшую от палящего солнца  земляную насыпь.
- Не жмёт велик?- вместо того, чтобы помочь сверстнику преодолеть препятствие, съязвил Чибисов.
Караваев покачал головой, слегка толкнув товарища.
-Перестань,- сказал он, насупившись.
-Привет,- поздоровался он с Сидоровым.
Не услышав от него ответа, Артем добавил:
- Вода сегодня теплая, но не на середине реки.
-Ты еще про лебедей скажи ему,- не унимался Андрей. Его кривая улыбка исчезла,  в глазах появилась злость.- Скажи, что лебединые пары курсируют здесь туда-сюда, про карасей и окуней скажи, раз уж ты у нас такой разговорчивый.
Товарищи, провожая взглядами Михаила, разошлись в разные стороны.
Андрей, пнув по пути камень, пошел с воинственным видом к «монаху».
-А-ну, пацаны, ррразойдись ,- скомандовал он, высоко подпрыгнув на месте и начал разбегаться.
Ребята охотно  расступились.
Девятиклассник, взбежав на бетонную конструкцию, оттолкнулся от нее, и, сделав сальто, красиво вошел в воду.
Ребята довольно засвистели и стали выстраиваться в очередь, чтобы попытаться повторить прыжок Чибисова.
Еще некоторое время слышались громкие крики и плеск воды.
Сидоров сидел на берегу реки, глядя на тех самых лебедей, о которых прежде сказал Андрей.
Пары белоснежных птиц, плавающих около противоположного берега, красиво скользили по водной глади, грациозно изогнув  длинные шеи.
Солнце припекало.
Михаил решил освежиться.
Он вошел в реку и поплыл к середине водоема.
-Да просто субмарина,- услышал он вдогонку насмешливый голос Чибисова и, набрав воздуха,  глубоко нырнул.
Чибисов тоже решил поплавать.
Он снова пошел к импровизированному месту для прыжков. Ребята, завидев  его, а также Караваева, который на этот раз  составил  другу компанию, мгновенно расступились.
-Давай на раз-два-три,-шутливо ударив друга по плечу, предложил Андрей,  и оба товарища стали совершать разбег. Синхронно оттолкнувшись  от бетонной поверхности, они одновременно прыгнули в воду.
Когда Караваев появился над  водой, он радостно закричал.
-Здорово как! 
 Затем он поискал взглядом Чибисова. Тот из воды  так и не показался.
Караваев нырнул.
Ребята столпились на «монахе». Их глаза были наполнены тревогой. Сидоров, в этот момент вышедший  из реки  на берег, слыша тревожные крики ребят, не раздумывая понёсся к бетонной конструкции.  Оттолкнувшись от нее,  он  нырнул в воду.
Проплыв около десятка метров, Михаил заметил лежащего на дне водоема  Чибисова и Караваева, пытающегося поднять его.
Словно договорившись, ребята подхватили Андрея с обеих сторон под руки и, всплыв  с ним на поверхность реки,  поплыли к берегу, усердно гребя.
...Лёжа на спине  под старой акацией и глядя сквозь ее ветви на небо, Чибисов  молчал.
Когда его товарищи откачали его, он сказал, обращаясь к Сидорову:
-У меня бывает такое. Иногда теряю сознание после того, как неудачно упал с самоката.
-Значит, с прыжками надо быть осторожнее,- ответил Михаил, поднимаясь с земли.
Он медленно пошел к  своему велосипеду, собираясь покинуть водоём.
Караваев пошел вслед за ним.
-Спасибо тебе за помощь!- тепло сказал он, протягивая к нему  руку.
-Есть моменты, о которых думать нужно уже сегодня,- смущенно сказал  он Михаилу  и, обменявшись с ним рукопожатием, одобрительно похлопал его по плечу. -Сегодня был как раз такой момент. Ты поступил, как настоящий друг!- добавил он.
Взяв велосипед Сидорова, он пошел с ним к оврагу.
Легко спустившись с одного края углубления  и взобравшись  на противоположный, он аккуратно положил велосипед  на землю.
-О том, чтобы совершить что-то хорошее, нужно думать уже сегодня,- утвердительно сказал Артем Караваев, глядя на то, как Сидоров едет по узкой пыльной дороге, пролегающей между пшеничными полями.