Объект номер 17. Глава 15

В комнату стремительно вошли двое в военной форме. Их пистолеты пока что смотрели в пол, но пальцы уже лежали на спусковых крючках — напряжённые, готовые в любую секунду вскинуть оружие.

Алнара испуганно попятилась назад, прижимая к груди игрушечную собачку.

— Привет, детка, мы должны осмотреть твою комнату, ты... — начал один из охранников, но Денис, не дав ему закончить, рванул первым — молниеносным, отточенным движением перехватил руку охранника, выворачивая ствол в сторону. Глухой выстрел ударил в потолок, с которого посыпалась бетонная крошка. Денис вырвал оружие из рук противника.

Алнара с тихим вскриком спряталась под кроватью, забившись в самый дальний угол.

Максим и Илья бросились на второго, но тот оказался быстрее — он с силой оттолкнул обоих и вскинул пистолет, целясь прямо в них.

— Стоять! — закричал Денис и, не раздумывая ни секунды, нажал на курок. Один выстрел, второй.

Охранник рухнул на пол, не успев выстрелить в ответ. Второй — тот, что остался без оружия, — замер в шаге от него, подняв руки.

— Опусти... — хрипло выдохнул он.

Денис нацелил пистолет прямо ему в голову. Его рука не дрожала.

— Денис, не надо! — закричала Маша в ужасе, прижимая руки к груди.

Алина закрыла лицо ладонями и беззвучно плакала, её плечи судорожно вздрагивали. Из-под кровати доносились тихие, сдавленные всхлипы Алнары. Максим с Ильёй рванулись к Денису. Но он уже нажал на курок. Выстрел пришёлся точно в голову, и мужчина рухнул на пол замертво. Под его головой быстро расплывалось тёмно-красное пятно. Рядом неподвижно лежал второй охранник, не подававший никаких признаков жизни.

Повисла звенящая, оглушительная тишина.

Маша смотрела на расплывающуюся лужу крови и не могла пошевелиться.

Денис медленно опустил пистолет. Его лицо не выражало ни страха, ни сожаления — лишь мрачную, усталую решимость.

— Твою мать... — только и смог выдавить Илья.

— Зачем ты их... — голос Максима сорвался.

— А что я должен был сделать? — Денис посмотрел на него тяжёлым, холодным взглядом. Устало. Жёстко. — Связать их? Пока они стреляли бы нам в спины?

— Ты даже не попытался... — прошептал Максим, с ужасом глядя на мёртвых охранников.

— Хватит, — резко оборвал его Денис. — Мы выберемся отсюда. Или ты хочешь остаться здесь? Стать очередным подопытным под каким-нибудь номером — этого ты хочешь?

Максим замолчал, растерянно глядя на него.

— Ты их убил! — закричала Алина, подбежав к Денису и схватив его за руку, в которой он всё ещё сжимал пистолет. Она заливалась слезами, и её всю трясло.

— Заткнись! — велел он и грубо оттолкнул её в сторону. — Прекрати истерить!

Маша с трудом преодолела оцепенение, сковавшее тело, и нетвёрдыми шагами подошла к кровати. Затем беспомощно посмотрела на Максима. Тот тут же оказался рядом и, глубоко вздохнув, опустился на колени и заглянул под кровать.

— Алнара, нужно идти. Тебе нельзя здесь оставаться, — мягко сказал он.

— Я боюсь, — прошептала девочка и снова всхлипнула.

Максим переглянулся с Машей и тихо, ласково произнёс:

— Давай ты закроешь глаза, а я вынесу тебя наружу. Не бойся, тебя никто не обидит.

Алнара нерешительно приблизилась к краю кровати, затем послушно вылезла из укрытия и крепко зажмурилась, закрыв лицо руками. Максим бережно подхватил её на руки и прижал к себе. Маша заметила, что его лицо белее полотна, но он усиленно старался говорить спокойно и уверенно.

— Только не открывай глаза, ни в коем случае, — сказала Маша и погладила девочку по плечу.

Алнара молча кивнула и уткнулась лицом Максиму в плечо.

Денис выглянул в коридор, осматриваясь.

— Всё чисто. Выходим, быстро, — скомандовал он. Маша видела, как напряжены его плечи и скулы — словно натянутая до предела струна.

Она на неслушающихся ногах двинулась к выходу. Алина шла рядом с ней, машинально переставляя ноги и словно не видя ничего вокруг. Максим понёс девочку к двери, осторожно обходя тела охранников. Илья поплёлся следом, бормоча какие-то ругательства себе под нос.

Маша мысленно пыталась оправдать поступок Дениса. Он должен действовать жёстко, чтобы вывести их отсюда. Без него их бы схватили и убили. В этом жутком месте нет места милосердию, их бы никто не пожалел. Но отчего-то эти рассуждения плохо работали и не приносили ни капли облегчения. Всё казалось неправильным, мягко говоря. Больше всего Машу напугало его хладнокровие. Она никогда даже не могла представить, что он на такое способен. Как же плохо она его знала.