Веселый скорый Москва-Владивосток, часть 8

http://proza.ru/2026/08/05/448

Отмеряя километр за километром, скорый поезд Москва-Владивосток мчался по бескрайним просторам России. Оставив позади Ярославскую и Кировскую области, он, кряхтя и покачиваясь, въехал в Пермский край. Шел двенадцатый час пути, а в седьмом вагоне, где царила своя, особая атмосфера, жизнь начинала набирать обороты.
Ангелина, юная балерина, чьи хрупкие плечи несли на себе груз первых в жизни гастролей, проснулась довольно поздно. Солнечный луч, пробившийся сквозь занавеску, давно нагло плясал на ее лице, норовя разбудить пораньше. Но Ангелина, привыкшая к строгому расписанию репетиций и выступлений, в поезде позволила себе вольности. Сегодняшний день был посвящен исключительно ей, ее мыслям и, конечно же, ее внешнему виду.
Долго приводила себя в порядок. Это "долго" для балерины означало не просто умыться и причесаться. Это был целый ритуал. Сначала – легкая разминка, чтобы мышцы не затекали от долгого сидения. Затем – тщательный уход за кожей, ведь на сцене она должна сиять. И, конечно, прическа – высокий пучок, который даже в поезде должен был быть безупречным. Ангелина, глядя на свое отражение в маленьком зеркальце, представляла, как будет выглядеть на сцене Екатеринбургского театра, и легкая улыбка тронула ее губы.
Наконец, полностью готовая к встрече с миром (или, по крайней мере, с вагоном-рестораном), Ангелина отправилась на поздний завтрак. Ее походка, даже в тесном коридоре поезда, была легкой и грациозной, словно она не шла, а парила над полом. Пассажиры, выглядывающие из своих купе, невольно замирали, провожая ее взглядом. "Балерина, не иначе", – шептали одни. "Наверное, на гастроли едет", – догадывались другие.
В вагоне-ресторане царила полупустая тишина. Завтрак давно закончился.Несколько никуда не спешащих пассажиров лениво потягивали чай. Ангелина выбрала столик у окна, откуда открывался вид на проносящиеся мимо леса и поля. Заказала омлет, тосты с джемом и большой стакан апельсинового сока.
– Что-нибудь еще желаете, барышня? – спросил официант, когда тарелки опустели.
Ангелина,  вежливо отказавшись, оплатила заказ и отправилась в свой вагон..
Толкнув дверь купе, она замерла на пороге. На нижней полке, где еще утром сиротливо лежал ее рюкзак с пуантами, теперь расположился новый пассажир. Это был солидный мужчина лет сорока, с основательными плечами, уверенным взглядом и легкой сединой на висках. Он сидел за столиком, склонившись над толстой книгой, испещренной непонятными схемами и чертежами, и что-то сосредоточенно помечал карандашом.
— Ой, здравствуйте, — пискнула Ангелина, чувствуя себя так, будто вторглась в кабинет важного начальника. Она уже собиралась бесшумно, как тень, проскользнуть к лестнице и взлететь на свою верхнюю полку.
Мужчина поднял голову. Его строгие глаза на мгновение потеплели, с интересом изучая хрупкую фигурку девушки.

— Добрый день, — его голос оказался неожиданно глубоким и приятным, с легкой хрипотцой. — А я уж думал, у меня соседка-невидимка. Проводница сказала, что наверху едет балерина.
Ангелина смутилась.

— Да, это я. Ангелина.
— Очень приятно. Борис, — он отложил свою ученую книгу. — Нефтяник. Еду до Тюмени, вершить, так сказать, судьбы Родины. А вы, значит, порхать на сцену?
— Вроде того, — улыбнулась девушка, осмелев. — У меня гастроли в Екатеринбурге. Первые.
— О, это дело серьезное! — Борис с уважением кивнул. — Дебют — он как первая скважина. Либо фонтан, либо пшик. Но у вас, я вижу, точно будет фонтан.
Он говорил так просто и уверенно, что Ангелина окончательно расслабилась. Она присела на краешек нижней полки.
— А что это вы читаете? — с любопытством спросила она, кивнув на книгу. — Похоже на инструкцию к космическому кораблю.
— Почти, — усмехнулся Борис. — Это схема буровой установки. Тоже, знаете ли, своего рода хореография. Только вместо фуэте — вращение долота на трехкилометровой глубине.
Разговор завязался сам собой. Оказалось, что суровый на вид нефтяник в душе был азартным и веселым человеком. Узнав, что Ангелине предстоит еще несколько часов пути до Екатеринбурга, он хитро прищурился.
— Слушайте, Ангелина, а как вы относитесь к древнейшему железнодорожному искусству?
— К балету в проходе? — предположила она.
— Почти. К игре в «подкидного дурака», — он извлек из портфеля новенькую колоду карт. — Только давайте не на деньги, это скучно. Предлагаю играть на анекдоты. Проигравший рассказывает.
Ангелина, которая обожала и карты, и смешные истории, с восторгом согласилась.
И началось! Старенький столик в купе превратился в арену для битвы титанов. Хрупкая балерина с удивительной легкостью била козырные девятки Бориса, а тот, кряхтя и отдуваясь, раз за разом оставался «в дураках».
— Ну, Ангелина, вы не балерина, вы шулер! — хохотал он, перетасовывая карты.
Девушка светло улыбалась и капризно требовала:
— С Вас анекдот или история!
И Борис, солидный бизнесмен, ехавший решать серьезные вопросы, рассказывал уморительные истории и  байки про суровых сибирских буровиков, которые могли починить трактор с помощью кувалды и одного крепкого слова; про белых медведей, заглядывавших на огонек к геологам; и про то, как один незадачливый начальник участка пытался объяснить иностранной делегации принцип работы буровой установки с помощью двух вилок и вареной картофелины.
— ...И вот он, значит, тычет этой вилкой в картошку и с серьезным лицом говорит по-английски: «А это, господа, наше буровое долото входит в продуктивный пласт!» А картошка возьми да и развались! Иностранцы в шоке, думали, это спецэффект, демонстрация взрыва пласта. Контракт подписали не глядя!
Ангелина заливалась смехом, забыв и про волнение перед гастролями, и про усталость. Время летело незаметно. За окном проносились огни переездов и станций, а в их маленьком мирке на колесах царило веселье. Борис, оказалось, умел не только читать схемы, но и мастерски тасовать карты, а Ангелина, привыкшая к строгой дисциплине балетного класса, с упоением отдавалась азарту простой карточной игры.
Когда  Борис  выигрывал, хитро прищуривался:
- А скажите-ка мне, милая девушка, что общего между балериной и волком?
Ангелина смешно морщила носик, изображая сосредоточенность загадочно молчала. А потом поднимала руки вверх:
- Сдаюсь!
- Обоих ноги кормят- констатировал довольный нефтяник.
Девушка, как ребенок, захлопала в ладоши:
-А теперь я спрошу! Можно?
Борис утвердительно кивнул головой: Валяй!
Как быстро стать олигархом?-  Ангелина  хитро прищурилась, глядя в глаза попутчику.
Тот начал перебирать все известные ему схемы. Девушка отрицательно замотала головой:
- Значит так, берете кредит в банке 1 миллиард $, покупаете этот банк, разрешаете себе не отдавать кредит, и все — Вы олигарх!
Борис засмеялся: Логично! Потом внимательно посмотрев на Ангелину, выдал:
К  сорока годам холостяцкой жизни я понял, где взять идеальную жену.
Исходные данные:
 Стройная , Красивая, Умная
Чтобы всё время вертелась
Молчала как рыба об лёд.
Узнаешь? Так ведь это - балерина!!!
Ангелина слегка смутившись замолчала.  А потом, взглянув на часы, спохватилась:
— Ой!  Мне же скоро выходить!
— Вот те на! — искренне огорчился Борис, откладывая карты. — А я только вошел во вкус. У меня еще в запасе был анекдот про геолога, чукчу и вечную мерзлоту. Хитяра!
Проводница, заглянувшая в купе, чтобы предупредить о скором прибытии в Екатеринбург, удивленно посмотрела на эту странную парочку: солидного мужчину в дорогом костюме и юную девушку, которые сидели за столом, усыпанным картами, и оба выглядели абсолютно счастливыми.
Когда поезд начал замедлять ход, Борис протянул Ангелине руку.
— Удачи тебе на гастролях, Ангелина. Пусть твой дебют будет не просто фонтаном, а настоящим нефтяным гейзером аплодисментов!
— Спасибо, Борис! И Вам удачи с вашими скважинами! — улыбнулась девушка, пожимая его крепкую, надежную ладонь.
Она уже стояла на перроне с рюкзаком за плечами, вдыхая свежий уральский воздух, когда окно их купе открылось.
— Ангелина! — крикнул Борис. — Козырная дама осталась у меня в рукаве! Считайте, что это на удачу!
Он помахал ей картой, и его лицо расплылось в широкой, добродушной улыбке. Поезд тронулся, увозя нефтяника дальше, в его суровую Тюмень. А балерина Ангелина, улыбаясь, пошла навстречу своему первому спектаклю, чувствуя, что эти гастроли уже начались с самой веселой и неожиданной увертюры, какую только можно было себе представить. И где-то в глубине души она была уверена, что эта встреча непременно принесет ей удачу.

Продолжение следует