Белгород освобождает Полководец Румянцев

Белгород освобождает «Полководец Румянцев»

Поразительно, смотришь на публикации, в которых наши историки «уточняют» как наши стрелковые дивизии занимают территорию Белгорода 5 августа 1943 года, и поражаешься, что они умудряются забывать: Москва салютовала 5 августа Воронежскому и Степному фронтам, освободившим Белгород, а не отдельным стрелковым дивизиям.

01
Освобождение Белгорода сводится к эпизодам боёв в городе, в то время как самые ожесточённые и важные бои за Белгород происходят под Томаровкой, где 1-я и 5-я гв. танковые армии Воронежского фронта командующего Николая Ватутина, взломав 3 августа оборону немцев, выходят на оперативный простор в тыл всей немецкой группировке войск в Белгороде. Без этого танкового удара, ошеломившего немцев, об освобождении Белгорода нечего было и думать.

02
Белгород тогда занимал 11-й немецкий армейский корпус генерала Рауса, он оставил занятные воспоминания:
"В первый же день советского наступления 3 августа 11-й корпус в Белгороде был атакован с тыла советскими танками, находившимися в тридцати километрах от наших позиций. Эти танковые силы русских одновременно оказывали сокрушительное давление на наш незащищённый левый фланг. В этот критический момент 11-й корпус был не только предоставлен сам себе, но имел прямой приказ фюрера, который поступил в последнюю минуту, и требовал удерживать Белгород при любых обстоятельствах.

Фронт 11-го корпуса теперь образовал глубокий выступ в сторону советских войск, который мог распасться, что привело бы к полному окружению. Приняв во внимание эти соображения, я решил — несмотря на приказ Гитлера — вести сдерживающие бои на последовательных позициях до тех пор, пока отступление не достигнет Харькова...

... 5 августа, после того как советская артиллерия в течение часа вела интенсивный огонь, советские войска начали наступление вдоль шоссе Белгород — Курск с целью прорвать выступ в районе Белгорода, где проходила граница между 4-й танковой армией и армейским подразделением Кемпфа, и тем самым дезорганизовать всю линию обороны. Русским это полностью удалось.

Их мощный обстрел обрушился на 167-ю пехотную дивизию, которая заняла позиции в бывшей советской противотанковой траншее, расположенной в нескольких километрах от хорошо укреплённой линии обороны. В течение короткого времени массированные танковые атаки Красной армии пересекли эту траншею; к полудню они миновали командный пункт корпуса и устремились вглубь немецких позиций, продолжая обстреливать наши отступающие поезда.

Утром 6 августа, после ночного форсированного марша, передовые части русских достигли удивлённого штаба 4-й танковой армии в Богодухове. У генерал-полковника Германа Гота не было резервов, чтобы закрыть десятикилометровую брешь на его фронте между Томаровкой и Белгородом или хотя бы остановить поток русских танков, которые прорвались на глубину 100 километров. 7 августа передовые части русских достигли района к северо-востоку от Полтавы и Ахтырки".

Эти показания генерала Рауса почему-то красноречивее наших историков говорят о полном успехе операции «Полководец Румянцев», говоря простым языком, немцы, под командованием Рауса «драпали» из Белгорода, ведя арьергардные бои, чтобы отступать организованно, без больших потерь, доказательством тому - брошенные ими военные склады, их не успели даже взорвать.

03
Не упоминаемая должным образом, операция «Полководец Румянцев» принижается, как и вклад других наших войск в освобождение Белгорода, забывается, что ожесточённые бои были не только в Белгороде, но по всей линии фронта.

Смотрят на приказ главнокомандующего о салюте 5 августа в Москве честь Воронежского и Степного фронтов, освободивших Белгород, и умудряются не понимать, что там написано.

Впрочем, это обычная история с нашими «историками»: смотрят на карточку Вейнбаума с видами Белгорода 1914 года, где написано: «Тавровская гора», и с апломбом заявляют: это Харьковская.... И так сплошь и рядом, видим, что хотим.

История значима и интересна, если даётся в сравнении, в динамике, в контексте других событий, иначе её повествование, сколь угодно драматическое, повисает в воздухе: что из этого, для чего это было необходимо перенести, сделать — непонятно.

Возникает вопрос о роли «историка» в истории, особенно — военной, когда гражданский человек, «пороху не нюхавший», начинает судить о военных событиях, начинает «учить» воевать командующих фронтами и дивизиями с высоты времени и архивов. Кстати, архивы всегда в определённой мере недостоверны, неполные и просто подложные, о чём забывают.

Ё моё
06.08.2026