Ёжик, мячик и Серёга

Мне пять или шесть лет. Мама и бабушка пошли выбирать подарок ко дню рождения моему двоюродному брату Серёже. Я отправилась с ними. В момент покупки игрушек (имениннику исполнялось четыре или пять лет), я стала просить купить что-то и мне. Что именно хотела, не помню. Зато запомнила на всю жизнь разыгравшуюся далее драму.
Мне было отказано в покупке игрушки. Тогда я решила прибегнуть к манипуляции, коей пользовалась в детстве постоянно. Итак, я заявила маме: «Если мне прямо сейчас не купят то, что хочу, я расскажу Серёге, что ему купили на день рождения! Вот прямо сейчас пойду и расскажу!». К чести мамы и бабушки, на манипуляцию они не поддались, рассчитывая на мою благоразумность. А зря. Я побежала домой впереди всех, увидела гуляющих во дворе Серёжу и Максима (еще один двоюродный брат)  и закричала ещё издалека:
– Я зна-аю, что тебе подарят!
– Что-о?!
Я подбежала ближе:
– Ёжика и мячик!
Далее последовали детальные расспросы, мы с братьями обсудили все подарки, переключились на какие-то дворовые игры. И я даже забыла о том, что совершила преступление.
Спустя какое-то время мы вернулись домой, и прямо с порога братья задали вопросы взрослым:
– А где мячик?
– А покажите ёжика!
Бабушка ахнула:
– Нинка! Ты всё им рассказала?
– Нет, – соврала я. – Я им сказала только про мяч, а про ёжика не говорила…
Моя обида за не купленную мне игрушку уже ушла, и пришло понимание, что я – преступница. Но мне уже не хотелось ею быть! Но исправить было ничего нельзя.
В общем, взрослые расстроились, а мне было очень стыдно перед ними.
 В приступе обиды, да и вообще испытывая сильные эмоции, нельзя предпринимать никаких действий, которые так и рвутся в реализацию. Несмотря на то, что я это понимаю, мне до сих пор с трудом удаётся сдерживать себя. Стараюсь контролировать свои эмоции, но держать под контролем гнев и желание сотворить что-нибудь этакое, чтобы «все всё сразу поняли», бывает нелегко.