Мой Каспий. Эпилог

О том, как море становится частью крови: о разлуке с родным берегом, о детской памяти, в которой живут запах соли, вкус горячей кукурузы и босые следы на затвердевшем песке. О том, что чудо рядом мы принимаем как данность — и понимаем его цену, только когда теряем из виду горизонт.
 
* * *

Каспий — он разный: ласковый, жестокий, страдающий.

Море снова уходит — это не сводка новостей, а удар под дых. Знакомый гул пустоты на обнажившемся дне и страх за его судьбу. Море вновь покидало свои границы, оставляя после себя растрескавшуюся соль и тяжёлое чувство потери. Казалось, оно умирает у нас на глазах, и мы бессильны ему помочь.

Грустно, но я верю, что всё вернётся на круги своя — и он займёт свои берега, вернёт тот самый запах, густой, солёный, с лёгкой горчинкой сухих водорослей и пыли, которая щипала нам глаза, когда мы брели пешком через барханы на Шувелянский пляж. Вода всегда находит своё русло, а сердце не забывает первую любовь.

Уже больше тридцати лет я живу далеко от своего Каспия. Я была на других морях — они тоже прекрасны, в каждом своя стать и свой голос, свой запах и своя мелодия прибоя. Но ни одно из них не прорастает в памяти детскими следами на затвердевшем песке.

Иногда мне кажется, что расстояние до дома измеряется не километрами, а минутами пути от старой гудящей электрички до берега — тем путём, где сразу нужно снять обувь, где босые ноги ступают на твёрдую землю, а дорога к воде то удлиняется, обнажая соляную корку, то снова становится короткой. И во рту появляется почти физический вкус того самого сладкого жёлтого початка — горячей кукурузы, посыпанной солью, смешанной с первым настоящим запахом йода. Можно уехать от моря, выстроить новую жизнь вдали от его берегов, но нельзя вырезать его из своей крови.

Мне казалось, разлука невозможна. И только уехав, я поняла горькую истину, которую несёт в себе первая строчка этой главы: когда живёшь рядом с чудом, оно становится обыденностью. Море всегда было там, за окном, вечное и надёжное. Мы редко ценим то, что считаем константой. Бывали годы, когда за всё лето я так и не дошла до него — находились дела важнее, проблемы насущнее заслоняли горизонт. А сейчас я бы отдала многое, чтобы вернуться в тот день, сбросить обувь на раскалённый перрон и пойти ему навстречу.

Мой Каспий во мне.