Последний Маяк

Я никогда не думал, что мне придется пережить конец человеческого мира. Когда я приехал на этот остров молодым ученым, я собирался провести здесь всего три месяца. Я должен был пожить со старым смотрителем Маяка, узнать о его истории, какие корабли сюда приплывали, какие исторические личности останавливались. Когда старый смотритель зажигал огонь, я любовался звездным небом, вид на которое открывался с Маяка. Звезды были здесь такие огромные, что я не мог оторвать от них взгляда. Я сканировал документы, бродил по острову, наслаждаясь природой, пока в один момент связь с внешним миром прервалась.

Мы пытались чинить наши приборы, но они демонстрировали свою исправность. Просто сигнала не было. Никакого. Не работал даже спутниковый телефон. Через неделю на остров должен был приехать катер с провизией, но он не приехал. Корабль, который должен был забрать меня, не забрал. Тогда мы поняли, что что-то случилось, но не могли выяснить что именно, ведь из плавучих средств у нас была только старая лодка, а на ней было никуда не доплыть. Казалось, что в целом мире остались только мы вдвоем. Это было невозможно, этого не должно было произойти.

Чтобы не умереть с голоду, мы посадили огород, сделали луки, охотились на диких птиц и ловили рыбу. Я был так близко к природе, как никогда до этого. Если бы не ласковое солнце на голубом небе, которое светило мне почти каждый день, я бы сошел с ума. Я вспоминал тех, кого оставил, и думал об их судьбе, скучал и отдавал свою тихую грусть ветру, который дул мне в лицо со стороны океана. Солнечные батареи помогали нам каждую ночь зажигать маяк. Так было положено, и потому мы зажигали его. Старый смотритель стал мне как отец, он рассказал мне о своей жизни, о Маяке, все, что знал и что я должен был сохранить. Когда у него отказали ноги, я стал зажигать Маяк вместо него. Каждый вечер он напоминал мне об этом:

— Даже если никого нет, — Маяк все равно должен гореть.

Я пытался с ним спорить. Был период, когда мне хотелось кричать, ведь то, что произошло, было несправедливо: если все мои друзья и близкие погибли, я должен был бы быть с ними, а не здесь, почти один.

— Зачем зажигать Маяк, если никто не увидит его свет? Какой в этом смысл?

На это старый смотритель тихо улыбался и говорил:

— Таковы правила. Зажигай свет, и кто-то обязательно его увидит.

Он прожил свою жизнь. Через десять лет он умер, тихо, спокойно; я похоронил его в пещере, подальше от диких зверей, и я остался на острове один. Но я не переставал надеяться и стал зажигать Маяк в память об учителе. Каждый вечер его слова снова и снова звучали в моей голове. Мне было всего тридцать, и я был полон жизни, несмотря на обстоятельства. Я был оптимист, ведь, по мне, если в стакане был хотя бы один глоток, он не был пуст. Потом мне минуло сорок, и не успел я оглянуться, как стало пятьдесят, шестьдесят. Но я продолжал зажигать Маяк. Потому что так было положено. Потому что Маяк должен был всегда светить кораблям, чтобы они могли найти путь к свету, к земле, туда, где их ждут.

И я ждал. Каждый день я всматривался вдаль с неистребимой надеждой увидеть корабль, который заметит мой Маяк. Все это время я вел летопись Маяка, я систематизировал все, что было, и написал много книг. Я записал вообще все, что узнал за свою жизнь, все, что смог вспомнить. Все сказки, которые мне читали в детстве. Все семейные истории, свою биографию. Все, что я вспомнил из школы и университета: физику, химию, историю, биологию, географию и другие науки. Не все я смог вспомнить сразу. Бывало, что я занимался каким-то делом и вспоминал какой-нибудь кусок истории или физический закон. Я не понимал, имеет ли это ценность, но мне хотелось сохранить свои знания для тех, кому они могут понадобиться.

Я пытался построить ветряную мельницу и паровую машину, я хотел восстановить историю человечества такой, какой я ее помнил. Я изобретал музыкальные инструменты и учился на них играть. Я завел домашних животных, всех тех, кто был на острове и пожелал быть ближе к человеку. Когда мой ноутбук вышел из строя, я упаковал жесткий диск в черный ящик и положил в пещеру в скале. После этого я продолжил писать на бумаге, а затем на стенах Маяка. Все они были заполнены моими воспоминаниями. Маяк светил кораблям снаружи, а внутри его стены сами стали светом человеческой памяти. Если бы был хотя бы один человек рядом со мной, я был бы полностью счастлив.

Тогда мне было восемьдесят, я был так же стар, как и мой учитель когда-то. Регулярные занятия спортом помогали мне сохранить форму, но сердце уже стало шалить. Тем вечером я впервые почувствовал, что мое сердце стало сдаваться. Оно заболело внезапно, и я стал задыхаться от нехватки воздуха. Слишком большой возраст, слишком маленькие остатки надежды. Но я не хотел умирать тут один, я не хотел, чтобы маяк погас раньше меня. Шумно дыша, я с трудом поднялся по лестнице и из самых последних сил зажег Маяк, который стал моим домом на много десятилетий. Спуститься сил уже не было, потому я остался стоять, опираясь на перила и всматриваясь вдаль. Я прожил хорошую жизнь, я сделал все, что мог, я радовался больше, чем грустил.

Я услышал гудок и взглянул в сторону берега. И в этот момент мне почудилось, нет, я отчетливо увидел огни на ровной поверхности океана. Я взял бинокль и вгляделся вдаль. Неужели это корабль? Сил не осталось, и мое тело сползло на холодный пол, а глаза продолжали смотреть в темную звездную даль.

— Зажигай свет...

5.08.2026

Ссылка на изображение для незарегистрированных пользователей:
http://proza.ru/pics/2026/08/06/36.jpg?4765