Соизмеримость...

     Выбирают среди всего остального человечества тех, чьим имением они решают "поживиться". Главное в их сознании - это исключительно экономические, то есть хозяйственные соображения, соображения по вопросам о "хлебе", то есть о всём том вещественном, материальном, телесном, что поддерживает биологические существование и о деньгах. Деньги и "хлеб", в который входят и лекарства для продления телесной жизни, - вот два главных вопроса их существования.

     Даже марксизм они "присобачили" к тому, чтобы красиво объяснять всему остальному человечеству то, что они, западники, "живут не хлебом единым". А, в действительности, их не только грязное, но и высокое, красивое искусство - это то, к чему они прибегают, когда им "с жира беситься хочется".

     Мораль же или благородная нравственность для них, - это то, что лежит, своей телесностью, между "хлебом и произведениями искусства.

     Мораль или благородная нравственность тогда ими учитывается, когда её купить можно подешевле, а продать подороже. А вот международное право, о котором они совсем недавно так любили поболтать, было всегда для них менее вещественным, менее материальным, менее телесным, чем даже благородная нравственность.

     Да и из всей благородной нравственности они взяли только одну её, благородной нравственности, составляющую, - соизмеримость.

      Соизмеримость - это их разрешение самим себе отвечать на удары по ним с той силой, с какой они только хотят и могут ответить,  и требование ко всему остальному человечеству отвечать на удары по нему не очень сильно. Отвечать лишь для того только, чтобы  обозначить: ответ, хотя и слабенький, но был в действительности, а не только в воображении.

     А недавно заокеанский дедушка-президент забыл даже о такой составляющей благородной нравственности, как соизмеримость: шандарахнул по ближневосточному историческому гиганту не в ответ на его удары, а просто потому, что мог шандарахнуть.

     Но ударить по ближневосточному историческому гиганту получилось не очень красиво. Получилось больше, чем ударить, пукнуть. Теперь заокеанский дедушка-президент думает о том, как снова показать всему остальному чельвечеству, что заокеанская держава может делать что-то ещё, а не только грромко, на весь мир, пукать.

     Запад всё остальное человечество чему-нибудь хорошему давно перестал обучать. А тем, которые бьют по источникам боеприпасов, вооружений, оружия, логистике и разведке режима, юго-западного и преступного, террористического по отношению к народу России, приходится думать не о соизмеримости, как о составляющей нравственного благородства, а, например, о том, как отрезать польских "нетоварищей" от режима, а потом заставить их же отвечать за то, чтобы ничего гадкого, разрушительного, убийственного с подконтрольной им территории не летело бы, не плыло, не шло в сторону народа России.

     P.S. Большереченцы, хотя и живут в вымышленном городе Большереченске, слышали о тоннелях, мостах и побережье Чёрного мора, используемых террористическим режимом против народа России, а поэтому они, большереченцы, решили, что когда речь идёт о том, чтобы сохранить российский народ-общесство (совокупность людей, создавшую в себе и государственность, и самоуправление, способные существовать века и даже тысячелетия), -  долго и нудно говорить о необходимости соизмеримости, как составляющей благородной нравственности, не стоит.