Беленькая Марина и самолёт Ту-144

Последующие недели пролетели как одно мгновение, но Марина Никифоровна не была бы собой, если бы остановилась на достигнутом. Наше мирное соглашение с полицией и городскими властями неожиданно открыло такие двери, о которых мы даже мечтать не смели. Марине, через свои старые авиационные связи, удалось невероятное — получить доступ к законсервированному, чудом уцелевшему на одном из дальних испытательных полигонов сверхзвуковому пассажирскому лайнеру Ту-144.Когда мы всей гурьбой прибыли на аэродром, перед нами высился настоящий белый лебедь — огромный, хищный, с острым опущенным носом и стреловидным крылом.— Ну что, соколы, — глаза Марины горели тем самым опасным огоньком, который мы так хорошо изучили в гараже. — С поршневыми «Яками» наигрались. Пора переходить на сверхзвук!Василий Васильевич только за голову схватился, осматривая гигантские двигатели, а Смекайло-де-Цопфи сразу полез в кабину изучать сложнейшую навигационную систему. Ангелина, как обычно, запричитала: «Марина, он же огромный! Это тебе не Ан-2, мы же разобьемся!». Но Беленькую было не остановить. Две недели мы не спали ночами, перебирая узлы и проверяя гидравлику под чутким руководством нашего бессменного старшего авиатехника.И вот наступил день «Х». Марина Никифоровна уверенно шагнула в кресло командира корабля. Костюм сидел на ней как влитой. Я устроился на месте второго пилота, а Василий Васильевич со Смекайло замерли у приборов бортинженера.Четыре мощнейших двигателя отозвались глухим, сотрясающим землю рокотом. Огромная машина послушно покатилась по полосе.— Взлетаем! — скомандовала Марина, и ее рука твердо двинула рычаги управления вперед.Нас с огромной силой вдавило в кресла. Скорость росла стремительно. Марина действовала хладнокровно и ювелирно точечно — сказывался огромный опыт и врожденное чутье. Секунда — и многотонный Ту-144 плавно оторвал нос от земли, свечой уходя в облака.Земля внизу превратилась в пеструю карту. Марина подняла носовой обтекатель, и лайнер начал стремительно набирать высоту. Когда приборы зафиксировали переход на сверхзвуковую скорость, по кабине прошел легкий хлопок. За стеклом кабины на высоте в шестнадцать тысяч метров открылся невероятный вид: темно-синее, почти космическое небо и отчетливый изгиб земной коры.Марина Беленькая уверенно вела этот сверхзвуковой колосс, закладывая мягкие виражи над облаками. На ее лице блуждала торжествующая улыбка человека, который снова подчинил себе небо и скорость. Мы летели быстрее звука, обгоняя само время.Когда после безупречной посадки мы снова оказались на земле, Ангелина, все еще бледная, но счастливая, тихо сказала:— Ну, Маринка... Ну, задала ты нам жару.А Марина лишь рассмеялась, обняла нас всех и громко скомандовала:— Василий Васильевич, орден на грудь! Смекайло, доставай вареники! Мы это сделали!