Табор

Карета, запряженная четверкой вороных, стремительно неслась по лесной дороге, уходящей к берегу реки Белая Тиса, текущей на юго-западных склонах массива Черногоры. В карете из Парижа возвращался граф Токай со своей девятнадцатилетней дочерью Еленой. Путники спешили успеть к именинам графини, которая ожидала их в родовом имении Горное гнездо.

Но в двадцати минутах езды от конечного пункта их следования неожиданно раздался громкий разбойничий свист, затем выстрел, а после карета резко затормозила и граф услышал, как его кучер неистово завопил: «Это налёт! Нас грабят!».

И действительно через минуту дверца кареты распахнулась и перед путниками нарисовался злодей в черной маске и с ещё дымящимся пистолетом в руке.

– Мадам! – Играючи обратился он к графской дочке. – Зачем Вам эти украшения? Вы и без них прекрасны! Они Вас только портят…

Его проворные пальцы быстро сняли с дочери её брильянтовые серьги, ожерелье и дорогое брильянтовое кольцо с руки. Пассажиры даже не успели и слова вымолвить, как грабитель исчез за закрывшейся дверью их кареты. И только после этого растерянный граф собрался и разразился в адрес разбойника высокой тирадой аристократического гнева. Он вышел из кареты, намереваясь вступить с налетчиком в борьбу, но того уже и след простыл. Более того здесь выяснилось, что были уведены все кони, а кучер и все четверо лакеев, которые ехали с наружи кареты были донага раздеты и стояли выстроившись перед ним в ряд, прикрывая свои срамные места оставленными им головными уборами. В таких условиях о преследовании злодеев и речи не могло быть. Их уже и следпростыл.

Граф запретил дочери выходить из кареты, чтобы не видеть голых мужчин. Через неделю должна была состояться её помолвка с неким польским магнатом и подобного рода скандал был им совершенно не нужен.

– Разбойники!? В нашем уезде!? Быть того не может! – Развел руками полицмейстер, когда граф обратился к нему с требованием найти наказать злодеев. – Вы ничего не путаете?

– Я не доехал двадцати верст до своего поместья! – Посетовал пострадавший. – Мне ещё ничего, но каково было моей дочери! Что ей бедной суждено было пережить! Да, и мне показалось, что это были не совсем разбойники… Это были цыгане…

– Цыгане обычно воруют... – Опять удивился полицмейстер. – Но, чтобы грабить! Куда катится мир!

– Во всяком случае, их атаман, которого я видел, был похож на цыгана… – Заверил его граф. – Если бы Вы только знали, с какой скоростью они увели у меня коней! Всё указывает на то, что это были цыгане…

– Какой-то табор сейчас стоит на окраине города… – Вспомнил блюститель порядка. – Во всяком случае, я на днях видел в городе их барона Годявира (разумный), который заверил меня в своем почтении…

– Годявир!? Годявир!? Годявир!? – Напряг свою память граф. – Знавал я одного цыгана с этим именем… Лет двадцать назад он пытался увести у меня арабского скакуна. Но мои конюхи его схватили, и я приказал его прилюдно выпороть… Хотел отправить его на каторгу в Сибирь, да он в ту же ночь, сволочь, бежал из моих застенок…

– Не пойманный, не вор… – Саркастически развел руками полицмейстер.– Вот если мы его сейчас изловим…

Провожая графа, полицейский заверил его, что бросит все силы на поимку разбойников и в ближайшее время лично навестит цыганский табор и проверит благонадежность его цыган…

А в цыганском таборе тем временем барон Годявир отчитывал своего сына за то, что тот совершил опрометчивый налёт на графскую карету.

– Ты, Златан, молод ещё, чтобы так рисковать! – Пытался привести в чувства разбойника отец. – К тому же воровать, а не грабить наше главное ремесло…

– Но, какая добыча, отец! Кони, золото, брильянты, шелк… – Оправдывался удалой молодец. – Где и когда ещё мы такое добудем? Граф Токай влетел на кругленькую сумму!

– Граф Токай, говоришь!? – Призадумался цыганский барон. – Уж не тот ли это граф, у которого я хотел свести арабского скакуна?! – Припомнил он полученную в его имении порку. – Будем считать, что мы с ним квиты…

– Но какая она красавица! – Прикрыв глаза, мечтательно прошептал Златан. – Как она выразительно на меня взглянула!!!!

– Кто?

– Графская дочь…

– Она была с ним? Ой, как скверно… – Почесал свою лохматую голову барон. – Бедная девочка! Что ей суждено было пережить… Говорят у неё через неделю помолвка с каким-то польским магнатом… – Отец внимательно посмотрел в глаза сыну. – Ой, не доброе ты, сынок, затеял…

– По этому случаю граф будет давать приём… – В глазах юноши действительно зажглись огоньками любовной страсти. – Прикинусь проезжим русским князем… Проникну к ним в дом, хотя бы одним глазом ещё раз взглянуть на неё… Я понимаю, кто она и кто я… Мы – разные миры… Но сердцу не прикажешь…

Старый цыган с тоской посмотрел на него и решил сыну не мешать…
* * *

В семействе графа постарались быстро забыть, о случившемся с ними на дороге несчастном случае и их дом с головой погрузился в приятные хлопоты к предстоящей помолвке. «Украли брильянты невесты, ну и Бог с ними!», – трезво рассудили её родители. – «Главное, что все живы и здоровы!»

Все в доме были заняты приятными хлопотами, в ожидании прибытия дорогих гостей – жениха с его родителями. А вот сама будущая невеста печально прогуливалась по парку отцовского имения с книгой в руках и, глядя на плавающих в прудах уточек, чему-то печалилась. Во всяком случае, радостной ее назвать было трудно.

А всего в нескольких верстах от её дома в цыганском таборе бурлила жизнь – все продолжали горячо обсуждать последнее ограбление и восхищаться смелостью нового поколение конокрадов. Только главарь этой новой генерации разбойников был не весел и все о чем-то размышлял.

– Планируют новый налет! – Предполагала цыганская общественность. – Не будем ему мешать…

А у него из головы всё не выходила она – прекрасная дева в карете. Он думал о ней. Он грезил о ней. И наконец, она ему… приснилась.

– Ну, это край! – Поставил сам себе диагноз молодой разбойник и решил действовать.

Не говоря никому, он прокрался в графский особняк для того, чтобы вернуть девушке её украшения. Никем не замеченный, он прошелся по тёмным коридорам и залам дворца и оказался в галерее, на стенах которой весели в тяжелых рамках старинные портреты. Окинув своим зорким взглядом эти лица прошлого, он неожиданно для самого себя задержался на одном из них. Его лицо показалось ему знакомым. Но изображенный на портрете мужчина был в парике и камзоле двухсотлетней давности и никак не мог быть его случайным уличным знакомцем.

Неожиданно его эстетические исследования были прерваны женским голосом, который спросил его, кто он? Вор обернулся и увидел её. Она стояла с книгой в руках и внимательно на него смотрела.

Хотя в зале и царил полумрак, но глаза их всё-таки встретились, и никто не отвел их в сторону. Девушка не смутилась незнакомцем, потому что была в своем доме, а он не отвел свой взор, поняв, что перед ним стоит самое прекрасное на свете существо...

Кем были герои нашего «романа»?

Уделим им немного нашего драгоценного времени.

В нём бушевала горячая кровь табора, в ней преобладали сдержанные аристократические манеры парижских и венских салонов. Он не мог долго быть на одном месте; она была полна романтических чувств и ждала своего принца на белом коне. Он был готов к решительным действиям на грани авантюр; она отличалась спокойной рассудительностью и терпением… В общем они были действительно прямыми своими противоположностями. И что же? Между ними все равно пробежала искра Амура. В сердцах всё равно зажегся огонек взаимного интереса.

Итак, они смотрели друг на друга, не отводя газ. Затянувшееся их молчание прервали старинные настенныечасы, пробившие полночь.

– Вы разглядывали портреты моих предков? – Спросила она его. – Чем они Вас так заинтересовали?

– Мне на какое-то мгновение показалось, что я где-то уже видел эти лица… – Отвечал юноша. – Но вероятнее всего я ошибаюсь… Этим портретам лет двести, если не больше…

Девушке и в голову не могло прийти, что перед ней стоит давешний разбойник, похититель ее брильянтов. И она продолжила беззаботное с ним общение. Она поняла, кто перед ней был только тогда, когда пришла к себе в спальню и обнаружила разложенные на ее кровати похищенные драгоценности. И тут же романтическое воображение нарисовало ей гламурную картину по сюжету схожую с прочитанными ею французскими любовными романами…

– А у этого разбойника есть благородство… – Решила она, засыпая в ту ночь.– Посмотри, как он поведет себя в другой раз…
* * *

В таборе долго обсуждали, как им поступить. Все уже поняли, что с их сородичем случилось несчастье – он влюбился. Гадалки раскинули карты – точно: вляпался по самые уши!

На сходе старейшины табора постановили: надо помочь. Но светиться в этом деле было нельзя. Решили прибегнуть к проверенной веками цыганкой хитрости.

– Полицейские практически каждый день к нам сюда наведываются… – Констатировал сей прискорбный факт сам барон. – Мы должны сработать четко, без запинок…

Все было подготовлено к визиту Златан в образе русского князя на бал в замок Токая, но встал вопрос, что делать с женихом. Кто-то предлагал похитить его и выдать самого Златана за него. Но жениха в лицо знали все в графской семье, поэтому этот сценарий отпал. Сестра Веселина предложила разыграть комедию со спящей красавицей. Она считалась умной девочкой, могла читать и писать на пяти языках. Поэтому сказку А.С. Пушкина о «Спящей царевне и семи богатырях» знала наизусть.

– И где ты предлагаешь провернуть нам эту историю? – Поинтересовался у неё другой брат по имени Драго (дорогой).

– В развалинах старого монастыря… – С хитрым прищуром отвечала та.

– Там в подвалах мы спрятали украденное в прошлом году у американского коммерсанта партию венгерского вина… – Напомнил всем кто-то из присутствующих.

– Ну и отлично! Будет чем поить поляков! – Решил барон. – Они поедут по западной дороге… Мы её перегородим завалом из деревьев, и подсунем им провожатого (якобы местного пастуха), который и приведет их к монастырским развалинам…

– Осталось дело за малым, – подвел итог влюбленный разбойник, – научиться танцевать их танцы… Ведь на балу они все будут танцевать…

– В соседнем городке живет один литвин, – вспомнил барон, – который утверждает, что в молодости был солистом Варшавской оперы… Он мне кое-чем обязан… Думаю, что не откажет в этой нашей просьбе…

Всё сошлось как нельзя кстати. Казалось, что дело уже в шляпе – самое главное осталось правильно её надеть…
* * *

В назначенный для сватовства день жених ехал в компании друзей (такой же, как и он, сам золотой молодежи) на новейшем немецком авто фирмы «Мерседес». Ехали весело и шумно, распевая веселые песенки и размахивая бутылками шампанского. Но подъезжая уже к самому имению, они поняли, что их второй ящик шампанского пуст и надо срочно где-то пополнить свой винный запас. На развилке дороге они увидели одинокого пастуха, сидящего на гранитном валуне и наблюдающего за своими пасущимися на лужайке овечками.
– Парень! Не подскажешь, где здесь у вас продается шампанское?! – Весело обратились они к нему.

– Отчего же не подсказать! – Отвечал фальшивый пастух, роль которого играл молодой цыган по имени Петша (свободный). – Могу даже проводить до отличной корчмы, где дают прекрасное токайское вино! Отличный постоялый двор, с ночлегом и прекрасной кухней!

Кампания беззаботно свернула в указанную проводником сторону и колеса авто быстро зашуршали по направлению развалин старинного монастыря…

Солнце уже склонилось над вершинами гор, когда приезжие вошли на территорию монастырских развалин. Пастух указал им на деревянную дверь, объявив её входом в пещеру Али Бабы и его сорока разбойников. Над дверью действительно висела аналогичная красочная вывеска, ещё пахнувшая свежей краской.

Молодые люди шумно отворили её и оказались под каменными сводами древнего подземелья. Царила гробовая тишина. Лишь горящие в специальных подставках смоляные факелы потрескивали, своим светом освещая путь к чему-то неизведанному. Заинтригованные столь необычным приемом, путники прошли в глубь «пещеры» и оказались в достаточно просторном зале, вдоль стен которого стояли толстые винные бочки. Их ряды доходили до самого потолка. Но не эти винные сокровища привлекли их внимание, а нечто непонятное, что виднелось в полумраке по центру этого зала.

К своему немалому удивлению, гости увидели стоящий на дубовом постаменте хрустальный гроб, в котором в царских одеяниях мирно лежала красавица. В полумраке мерно переливалось сияние её дорогих брильянтов (о том, что они были изготовлены на прошлой неделе в таборе никто, разумеется, их не предупреждал!).

Что делать, никто не знал. Но тут кто-то вспомнил детскую сказку и предложил поцеловать спящую красавицу. Первым вызвался это сделать пьяненький жених…

А в это самое время в дом графа Токая съезжались званые гости. Единственно незваным оказался какой-то русский князь, представившийся толи Орловым, то ли Голицыным, граф толком не разобрал, который заблудился в дороге и просился к ним на ночлег. Такому гостю граф был рад и впустил его вместе с его дворецким и слугой.

– Поменьше говори, сынок! – Предупредил самозваного князя его дворецкий, роль которого вызвался играть сам барон. – Молчание – золото… Помалкивай и сойдешь за умного человека…

Сборище провинциальных аристократов - отдельная статья этой истории, которая требует гораздо более мастеровитого литератора, чем Ваш скромный автор. Поэтому мы опустим эту часть нашей истории и перейдём к танцам.

Родители жениха прибыли накануне и теперь вместе со всеми с нетерпением ожидали его приезда. А он все задерживался где-то в пути. Наконец, не выдержав, они отправили своего человека ему навстречу. Но и он уехал и пропал…

Время шло, гостей надо было чем-то развлекать. Граф взмахнул платком, и музыканты взяли первые ноты… Заиграла музыка и начались танцы. Русский князь галантно пригласил графскую дочь, и они закружились в вихре венского вальса. Их глаза вновь встретились, и девушка поняла, что видит этот взгляд уже не в первый раз.

Незнакомец интриговал её всё сильнее и сильнее. Она поняла, что он не тот, за кого себя выдаёт.

– Я его раскусила… – Гадала тем временем девушка, кружась с незнакомцем в вальсе. – Это тот самый разбойник, что нас тогда ограбил… Романтично! Лучше и не придумаешь! Но, что из всего этого следует: он вначале меня ограбил, потом всё вернул обратно, а сейчас хочет на мне жениться… Где логика?! Да и вальсирует он как-то странно…

Ей было невдомек, что её кавалер впервые вообще танцует на высокосветском рауте и что от волнения пот градом течет по его несгибаемой спине.

– Когда же эта музыка закончится? – Неустанно спрашивал самого себя юноша, уже из последних сил скользя со своей дамой по паркетному полу графской бальной залы.

Короче: во время танца каждый думал о своем. И здесь у них было полное несовпадение.
* * *

Тем временем в развалинах старого монастыря разворачивалась совершенно иная история.

Поцелуй жениха оказался волшебным. Спящая принцесса ожила и одарила своего принца сияющей улыбкой. Тот от всего этого изрядно ошалел. Ему почудилось, будто он погружается в какую-то сказку. Мальчишник грозил перерасти в большую попойку. На радостях стали вскрывать бочки и наперебой дегустировать напитки…

Неведомо откуда вдруг из темноты возник цыганский хор и всё завертелось. Гитары гремели и переливались завораживающими мелодиями. Повсюду мелькали пестрые цыганские юбки. По щелчку пальцев восставшей прекрасной принцессы появился стол с яствами и озорно вокруг ошалевших гостей заплясали полуодетые цыганские девы (по тем временам это было самым настоящим стриптиз-шоу!)…

– Волшебница! – Только и мог выдавить из себя зачарованный ею польский магнат, безвольно опускаясь в удобное кресло за праздничный стол.

На голову ему кто-то надел сплетенный из луговых цветов венок, а в руки дали старый охотничий рог. Последовала нескончаемая чреда веселых тостов и вино рекой потекло в древних подвалах старого монастыря…

Путники окончательно забыли, куда и зачем они ехали…

Спустя неделю многие жители окрестных деревень видели, как среди уходящего куда-то в горы цыганского табора ехал немецкой автомобиль фирмы «Мерседес» запряженный парой гнедых, а правящий им пьяненький цыган горланил на всю округу какие-то польские песни и грозил всем эпидемией холеры…
* * *

Поскольку жених изрядно опаздывал, то граф уже начинал не на шутку тревожиться. Недавняя встреча с разбойниками, наводила его на мысль о том, что с его будущим родственником могло случиться что-то нехорошее. Поглядывая то и дело на часы, граф ходил взад и вперед, пока случайно его взгляд не упал на дворецкого русского князя. Его лицо показалось ему знакомым, и он внимательно к нему пригляделся.

– Не может быть! – Признал он в нём бывшего конокрада. – Это точно он… Изменился, постарел… Но взгляд и походка… Точно это Годявир!? Ах, мерзавец! Вновь воровски пришел ко мне! Ну, на этот раз ты от меня не уйдешь…

Он отозвал в сторону своего управляющего и велел ему незаметно схватить и привести к себе в кабинет выдававшего себя за русского гостя цыганского барона.

К удивлению граф,цыган даже и не думал отпираться. Напротив, казалось, что он специально искал с ним встречи. Во всяком случае, он не сопротивлялся, когда графские слуги его вязали и волокли к своему хозяину.

– Какая встреча! Ты себе по-прежнему верен! Все также промышляешь воровством! – Встретил его недружелюбно хозяин имения. – Явился сюда за новой порцией плетей, которую я тебе недодал в прошлый раз?

– Прошло двадцать лет! – Усмехался пленник. – Кто старое помянет тому глаз вон…

– …а кто забудет, тому и второй выбьют! – напомнил ему народную мудрость граф.

– Ты по-прежнему негостеприимен!

– Так ведь тебя никто в гости не звал…

– Раз пришел, значит нужно... Я теперь ведь цыганский барон и в ответе за своих цыган… Они все мои дети…

– Как тебя вообще цыганское сообщество в бароны выбрало?! – С нескрываемым презрением подивился граф.

– За заслуги… – Ничуть не смутившись, отвечал тот. – Я поведал им историю, которая всех удивила и общество посчитало, что я самый достойный…

– И что это за история?

– О тебе, друг мой, о тебе… Видишь ли в чем дело, – начал цыган свои объяснения, – двадцать лет тому назад произошло нечто, о чем ты вообще не подозреваешь, но оно коренным образом влияет на твою судьбу…

– Это как?

– Чтобы стать цыганским бароном, ты должен обладать целым набором определенных качеств, но самое главное, ты должен хранить некую тайну, которая может в будущем помочь всему цыганскому роду… У меня такая тайна есть… Я сам её создал… И сейчас время, когда я должен раскрыть свои козыря… Ты не подозреваешь, какой сюрприз тебя ждет…

– Да, что ты можешь знать! – Презрительно усмехнулся Токай. – Я не поверю тому, чтобы твои цыгане раньше не разболтали её…

– Напрасно ты так… Для нас табор – это святое. Табор умеет хранить тайны.

– Двадцать лет тому назад я приказал тебя как конокрада выпороть… – Еле сдерживая себя, напомнил ему граф. – Ты забыл, что хотел украсть у меня самого лучшего моего скакуна…

– Да, но я украл у тебя куда более ценное… Что там арабский скакун!

– Н…да… И что же ты у меня украл?

– Твое будущее… Я украл у тебя твоего ребенка…

Граф побледнел.

Он взглянул на свою беззаботно танцующую на балу дочь и не поверил услышанным словам.

– Не верь глазам, верь словам… – Продолжал тем временем цыган. – Та, что танцует сейчас на своем балу, не твоя дочь… В ночь, когда она родилась, я прокрался к твой дом… Помнишь, повитуха тебе принесла радостную весть, что у тебя родился сын и ты на радостях по этому случаю закатил большой пир…. Поил и кормил всех, а поутру, когда протрезвел, то выяснилось, что повитуха что-то там напутала и в колыбели лежит девочка… Помнишь, как ты был убит горем! Это горе тебе принес я! Я тогда тебе ещё отомстил за свою поруганную цыганскую честь! Это я подменил твоего мальчика на свою девочку… Это у меня в ту же ночь жена родила дочку… – Граф всё бледнел и бледнел. – Я прокрался в твой дом и, пользуясь царившей здесь суматохой, отдал свою дочь тебе, а твоего сына взял себе… – У граф отказали ноги, и он тяжело опустился на стул. – Двадцать лет я хранил эту тайну, в надежде когда-нибудь её тебе рассказать… И вот этот час пробил… Теперь и ты знаешь мою баронскую тайну… Как будем делить детей, граф? Кого ты возьмешь себе и оставишь мне?

Оба отца молча сидели на соседних стульях и смотрели на танцующих детей…

Для них самым главным было счастье молодых.

Но счастье это было недолгими. Через месяц наступил август 1914 года и в их дом ворвалась Первая мировая война…
30.08. – 01.09.2024.