Космический полёт команды на корабле Союз!

Звездное небо над Кривым Рогом казалось Марине Беленькой слишком тесным. Спустя полгода после тех памятных полетов на Як-52, когда «Хмельнушка» была давно выпита, а легальные документы на самолеты аккуратно подшиты в папки, Беленькая ворвалась в гараж с горящими глазами и огромным тубусом под мышкой.— Мальчики, девочки, отбой спокойной жизни! — объявила она, грохнув тубус на верстак, где Василий Васильевич меланхолично перебирал карбюратор. — Ан-2 — это вчерашний день. Я выкупила списанный тренажерный комплекс «Союз-ТМА» и списанный спускаемый аппарат на утилизации в Днепре! Нам отдают его по цене металлолома. Василий Васильевич, твой выход!Ангелина Мельник только тяжело вздохнула и прижала руку ко лбу:— Марина, ну какой космос? Мне на следующей неделе рассаду высаживать! Какая невесомость?— Туда всегда успеем, Лина! Наша жизнь — это перегрузки! — отрезала Марина.Следующие три года авиационный гараж превратился в филиал Звездного городка. Смекайло-де-Цопфи превзошел сам себя: он переписал бортовой компьютер «Союза» на базе процессоров от старых игровых приставок и современных смартфонов, умудрившись закодировать стыковочную систему «Курс» так, что она работала точнее оригинальной. Мирон Токарев, матерясь сквозь зубы, вручную вытачивал новые титановые крепления для ложементов и заменял выгоревшие элементы теплозащиты, работая плазменным резаком сутками напролет.Василий Васильевич, надев очки, неделями изучал схемы жидкостных ракетных двигателей. Его вердикт был краток: «Тот же Як, только карбюратора нет и дури больше. Соберем».И вот, холодным апрельским утром, полиция Кривого Рога снова стояла в недоумении около заброшенного карьера. Вместо привычного стрекотания Ан-2 оттуда донесся оглушительный, тектонический рев. Модифицированная ракета-носитель, заправленная по секретному рецепту Смекайло, оторвалась от стартового стола.Внутри спускаемого аппарата «Союз» в ложементах было тесно.— Внимание экипаж, говорит Командир Беленькая! Проходим плотные слои атмосферы. Мирон, держи давление! Василий Васильевич, как третья ступень?— Давление в норме, Мариш! Идет как по маслу, — спокойно отозвался старый техник, несмотря на то, что перегрузка в 4G вдавливала его орден за заслуги глубоко в грудь.Смекайло-де-Цопфи лихорадочно щелкал тумблерами, которые сам же и припаял:— Бортовой компьютер выдает ошибку триста три! А, пустяки, это датчик бака, я его от старой «Лады» поставил, он всегда врет. Главное — угловая скорость в норме!Ангелина Мельник, зажатая между Мироном и Смекайло, держала в руках завернутые в фольгу вишневые вареники, приготовленные в дорогу. На перегрузке ее лицо немного осунулось, но она упорно бурчала в ларингофон:— Говорила же, лучше бы на речку... А тут даже форточку не открыть. Марина, если мы не поймаем МКС, я за себя не ручаюсь.Через девять минут наступила оглушительная, звенящая тишина. Карандаш на веревочке плавно взмыл вверх и закачался в воздухе. В иллюминаторе показался величественный, искрящийся изгиб Земли.— Ну что, молодежь? — улыбнулся Василий Васильевич, отстегивая ремни и плавно всплывая к потолку кабины в своей неизменной кепке. — Полетали отменно. Смекайло, доставай Хмельнушку сублимированную!Марина Беленькая победно посмотрела на команду:— Я же говорила! Земля — это хорошо, но космос — наш настоящий гараж! Мирон, пиши в журнал: полет легализован лично Юрием Гагариным в наших сердцах.Космический корабль «Союз-Кривбасс» уверенно шел на сближение со звездами. Вот и сказки конец, а кто до Луны долетит — тот трижды ОТМЕННЫЙ МОЛОДЕЦ!