Данилина 68

      



Любаша хотела было убрать со стола, но зять мягко остановил её.
- Нет, нет! Мы сами всё уберём и помоем. Идите лучше отдыхать, - сказал он.
Любаша послушно удалилась. Александр помог старушке вновь устроиться в кресле.
- Лин, давай её чем-нибудь укроем, - предложил он. - Пусть она тоже подремлет на свежем воздухе.
Данилина кивнула и отправилась в дом. Взяв тёплое покрывало, она протянула его мужу. Тот бережно укутал старушку, а затем принялся очищать тарелки от остатков еды, отправляя все отходы в ведро для поросят. Александр сходил в дом и принёс чайник с горячей водой и таз. Он тщательно мыл посуду, аккуратно складывая её стопкой. Данилина протёрла стол и постелила чистое кухонное полотенце. Взяв другой тазик, она стала ополаскивать тарелки и выкладывать их на полотенце, донышком вверх.
Всего через несколько минут посуда была вымыта, насухо вытерта и расставлена по местам. Старушка крепко спала под перезвон птичьих голосов, стрекот цикад, приглушённые голоса рабочих и тихий ветерок, шелестящий в кронах деревьев.
- Саш, принеси сушёной рыбы и пива сюда, - распорядился Стас. - Хочу, чтобы рабочие немного отдохнули и выпили холодного пива. Мне нравится, как старательно они выполняют свою работу. Пусть это будет им небольшим бонусом. А я пойду и позову их.
- Хорошо, - отозвался Александр. - А как же бабушка? Она спит. Не будем её будить?
- Они не будут шуметь, - пообещал Стас. - Выпить пива с рыбкой займёт не больше получаса, может, сорока минут. Им тоже нужен отдых. Маш, иди с Линой пока в баню. Там прохладно и спокойно.
Он вышел за калитку и направился к бригадиру.
- Мужики, предлагаю сделать небольшой перерыв, чтобы охладиться пивом с рыбой. Как вы на это смотрите?
- С радостью, - с энтузиазмом ответил один из рабочих.
- Только потише, пожалуйста. У нас бабушка уснула в кресле-качалке на улице.
Александр уже принёс ящик пива и водрузил его на стол, а рядом положил связку вяленой рыбы. Рабочие расселись за столом и, чтобы охладиться, с удовольствием выпили по бутылке холодного пива, и только потом принялись за рыбу - кто за воблу, а кто-то за тарань. Говорили они тихо, мало и только по делу, всецело поглощённые разглядыванием кусочков рыбы, освобождая их от мелких, тонких костей.




Время пронеслось, как одно мгновение. Рабочие, завершив перерыв, вернулись к привычному ритму, а Стас, собрав в ящик пустые бутылки, уложил их в багажник.
- Завтра снова поедем в город, - тихо произнёс он.
- Зачем? - удивлённо спросил Александр. - Мы же сегодня всё купили.
- Я ещё три кресла-качалки куплю: для бабушки и для родителей. Смотри, как сладко спит старушка. Значит, ей в нём удобно. Кресло её так расслабило, что она сразу уснула. Я раньше об этом и не подумал.
- Пожалуй, ты прав, - признал Александр его доводы. - Тогда съездим. Я об этом как-то не думал.
Он виновато взглянул на друга. Тот улыбнулся и сказал:
- Сашок, прожив здесь несколько дней, я стал смотреть на многое иначе. Мир вдруг повернулся ко мне другой, пусть и незнакомой, но весьма интересной стороной.
Он бросил взгляд на бабушку и снова улыбнулся.
- Когда рабочие закончат и уедут, пойдём гулять, - предложил Стас. - Слышал, что бабушка сказала? Чем больше двигаются наши жёны, тем легче им будет рожать.
Но прогулка так и не состоялась. Рабочие закончили почти под вечер. Стас вместе с бригадиром прошлись по всему периметру, тщательно проверяя каждый метр. Работа была выполнена на совесть. Стас расплатился с ними, и они, поблагодарив, уехали. Бабушка Данилины попросила их отвести её домой.
- Я хочу полежать, - призналась она. - Кресло хоть и удобное, но я просидела в нём слишком долго. Спасибо вам большое за заботу!
- А ужинать разве не будете с нами? - спросил Александр.
- Нет. Я дома поем.
Они отвели её домой. В конце рабочего дня привезли новую мебель. Любаша не могла нарадоваться новым столам. Старые вынесли на улицу и поставили один под клёном, а другой пристроили к забору возле сарая, чтобы Любаша могла резать на нём молодую крапиву для кур или для  каких-либо других хозяйственных нужд. А в доме, где располагалась зона кухни, после установки новых столов стало так уютно, словно здесь и была настоящая кухня. Красивые, цветастые занавески на окне добавили этому уголку особую прелесть.




С первыми лучами рассветного солнца Стас и Александр отправились в город, откуда вернулись с обновками: с десятком табуреток для обеденного стола и тремя уютными креслами-качалками, предназначенными для родителей и бабушки. Табуретки, как и обеденный стол, разместили в передней дома, а кресла - под сенью клёна, дабы даровать отдых после праведных трудов. Вернувшись вечером после работы домой, Степаныч усадил в кресло рядом с собой любимую жену, оценив по достоинству новое убранство - их лица сияли неподдельной радостью. После сытного ужина в сопровождении друзей Стас с Машей отправились в своё укромное пристанище в бане. Заботливо вскипятив чайник, Стас приготовил две чашки ароматного кофе и две - чая, в который добавил душистый лимон. Присев на новом крыльце, больше похожем на балкон, они вглядывались в небесную бездну. Сначала звёзды появлялись лишь редкими искрами, но вскоре небо распахнулось, усыпанное мириадами бриллиантов, будто бесценное сокровище было случайно рассыпано рукой небесного ювелира. Данилине это зрелище напомнило  древнюю притчу, которую рассказывали когда-то из уст в уста прадеды.
- Хотите послушать древнюю притчу о появлении первых звёзд? - спросила она. 
- Хотим, - чуть ли не хором откликнулись все, и Данилина своим тихим, чарующим голосом начала своё повествование.
- Говорили, что когда-то давно, ещё до времён, когда люди научились строить города и добывать огонь, небо было лишь гладкой, чёрной поверхностью. Не было ни единого огонька, лишь непроглядная тьма, пугающая и безмолвная. И жили в ту пору существа, сотканные из света и доброты. Они любили мир, но их сердца скорбели от уныния и пустоты, царящих вверху.
И вот, однажды, самые мудрые и смелые из них решили отправиться в самое сердце тьмы. Они несли с собой искру надежды, зажжённую в глубине их существа. Долго ли, коротко ли они шли, но добрались до края мироздания, где, по пре, даниям, обитала самая древняя и могущественная Сила. Эту Силу они попросили разбить тьму, чтобы хоть какой-то свет пробился сквозь неё. И Сила эта, тронутая их самоотверженностью, взяла горсть звёздной пыли, что была соткана из смеха ангелов и слёз радости, и бросила её на чёрный бархат неба. Так появились первые звёзды.




Но существа света не остановились. Они продолжали разносить по небу крошечные осколки счастья, рассеивая их повсюду, где видели холод и мрак. И каждая звезда, по преданию, несла в себе частичку их доброты, их надежды, их мечты. Вот почему, глядя на звёзды, люди чувствуют прилив сил, вдохновение и веру в лучшее. Они видят не просто далёкие огоньки, а отголоски древней жертвы, напоминание о том, что даже в самой глубокой тьме всегда есть место свету и надежде.
Данилина замолчала, но её голос, словно тень, ещё витал в воздухе, обволакивая слушателей.
- Какая чарующая притча! - выдохнул Стас, его голос звучал полным восхищения. - Лина, твоё повествование - истинное наслаждение.
- Это правда, - поддержал друга Александр. - В твоём голосе появляется такая завораживающая тайна, что невольно замираешь, ожидая чуда, волшебства.
- Увы, наш отдых здесь подходит к концу, а с ним и волшебство, - с ноткой искреннего сожаления произнёс Стас. - Но я с нетерпением буду ждать лета, когда мы сможем вернуться. Мы ещё построим просторную, уютную беседку с освещением, чтобы даже в ненастную погоду можно было спокойно насладиться чашкой горячего чая или ароматного кофе.
- Время летит, словно крылатая ракета, - с надеждой заметил Александр. - Не успеешь моргнуть, а лето уже стучится в дверь. Осталось всего две недели... Лин, пора спать. Родители, наверное, уже крепко спят.
- Спокойной ночи вам! - проворковала Данилина, лукаво подмигнув подруге. - И пусть вам снятся волнующие, волшебные сны.
Маша тихонько хихикнула и крепко обняла её. Александр обнял жену за плечи, крепко прижамая к себе. Выйдя из сада, он повёл её в сторону старого сарая.
- А ты ведь вроде бы хотел спать, - с ехидцей промолвила она.
- Я хотел тебя, - признался он, в его смеющихся глазах сверкнул озорной огонёк. - Я так соскучился по тебе, по твоему телу, по нашим ласкам. Хочу любить тебя так, чтобы сами звёзды позавидовали.




Осторожно, чтобы не скрипнула, он приоткрыл дверь и шагнул внутрь, ведя жену за собой. В нос ударил густой, пряный запах сена. Стояла такая тишина, что казалось, слышно, как звенят комары.
- Постой здесь, я сейчас найду фонарик, чтобы ты не потеряла равновесие в темноте и не ушиблась.
Александр отыскал фонарик, припрятанный под старым ложем, и включил его. Данилина подошла к настилу и села на самый край. Свет затерялся в ворохе сена, когда Александр сел рядом и обнял её, отложив фонарик в сторону. Наклонившись к ней, он окутал её жарким, долгим поцелуем. В воздухе повисла густая, пьянящая тишина, прерываемая лишь их учащённым дыханием. Свет фонарика сквозь сено создавал причудливые тени, подчеркивая интимность момента. Его руки скользнули по её талии, притягивая ближе, пока их тела не соприкоснулись, словно два магнита, притянутые неведомой силой. Шум снаружи - шелест листьев, далёкий лай собаки - казался приглушённым, словно доносился из другого мира. Здесь, в старом сарае, существовали только они и их желания. Каждый вздох, каждое прикосновение было наполнено невысказанной нежностью и страстью, накопившейся за день разлуки, пусть и недолгой. Его губы снова нашли её, на этот раз с большей решимостью, исследуя, пробуя. Руки Данилины обвились вокруг его шеи, отвечая на поцелуй с той же пылкостью. Сено под ними приятно шуршало, создавая мягкое ложе для их страстных объятий. Мир за пределами этого старого сарая перестал существовать. Осталась лишь их связь, глубокая и искренняя, сплетённая из ночи, аромата сена и взаимного притяжения. Свет молодого месяца, пробиваясь сквозь щели в стенах, попадал на их лица, делая картину ещё более завораживающей. Время здесь текло иначе, теряя свою стремительность. Каждый миг был наполнен смыслом, каждым движением, каждым вздохом они подтверждали свою связь, свою любовь. В этой укромной тишине, среди запахов сена и земли, они находили друг друга снова и снова.







           Продолжение следует