Чёрная душа. Конкурс Даилды Летодиани

   У Антона был выходной день после ночной смены. Работая на хозяина продавцом и по совместительству грузчиком и уборщиком, зарабатывал парень не много - не мало:  60 тысяч российских рублей. Это то, что чистыми выходило. Уставал сильно, так как торговая точка располагалась в оживлённом месте, возле платной парковки авто.
Позволить себе элитную парковку могла, в основном, публика из городских "сливок". Круглосуточный продуктовый магазин приносил владельцу приличный доход. И своих нанятых людей, он, как будто, не обижал. Аванс и зарплата приходили на карты вовремя...
   После развода с женой год назад жил Антон один. Даже животных не заводил.  Алименты на сына съедали четверть его негустой зарплаты. А так как готовить сам не любил и, если честно, не умел, деньги улетали на еду из кулинарии, как жёлтые осенние листья...
   Без кофе и сигарет мужчина тоже не мог. Позволял себе пивко раз в неделю, обычно, по воскресеньям. Не всегда воскресенье было у Антона нерабочим при скользящем-то графике, но ритуал сложился за годы.
   
   В 17 часов, когда в октябре уже начинало смеркаться, Антон сидел у компьютера, просматривая Ленту новостей. Чтобы не было от них так тоскливо на душе, молодой мужчина прихлёбывал горячий ароматный "Нескафе" из большой белой чашки с изображением пары лебедей на глади водоёма.
   "Лебединая любовь верная"- пронеслось в голове, - не то, что у людей. Да"...
После кофе захотелось выкурить сигарету. Но в дверь позвонили.
   - Кто там ещё?
Антон никого не ждал, ни с кем не договаривался о встрече.
   
   На пороге стоял его одноклассник Серёга, с которым когда-то дружили "не разлей вода". А это уже пару лет почти не общались. Разве что ездили изредка вместе на рыбалку на речку за городом, когда было разрешено ловить удочкой.
   - Привет, друг!
   - Привет. А что не позвонил-то? А если бы меня дома не оказалось?
   - Будем считать, что мне повезло, - отшутился Серёга.
   Вид у него был нормальный. Модная стрижка, аккуратно одет, побрит.
   - Пройти-то можно?
   - Конечно, проходи, - движением руки хозяин дома пригласил в квартиру.
   "Что же заставило в непогоду да после работы, когда дома ждёт  жена и двое детишек, нанести визит?" - подумал про себя Антон.
   Сняв куртку и кроссовки, гость прошёл в единственную комнату маленькой съёмной хрущёвки.
   - Кофе будешь? -
   - Да нет, знаешь... Спешу. После работы ещё дома не был, - протараторил Сергей.  И, помолчав минуту, добавил
   - Выручить можешь? Зарплату задерживают, а жена запилила: когда да когда?
   - Сколько?
   - Двадцать...
Понятно, что это было не двадцать рублей на полбулки социального хлеба, а 20 тысяч.
   - Сам без денег. Алименты. Ни на что не стало хватать. Смотря, когда отдашь...
   - Через неделю. Клянусь! - выпалил Серёга и глаза его заблестели таким честным блеском. - Босс обещал выплатить. Да если не выплатит, перезайму, но отдам. Ты меня знаешь... На продукты нет. Жена меня живьём съест. Грызёмся в последнее время из-за денег...
   - Да... Жизнь не балует нашего брата, - согласился Антон.
Он как раз вчера получил аванс и новенькие купюры хрустели под его пальцами, когда пересчитывал выданную банкоматом сумму.
Банкомат никогда не врал: не человек. Но сам процесс пересчёта доставлял радость. Дождался... У кого-то одалживать Антон страшно не любил.
   - Коли через неделю, то можно, - согласился мужчина, нутром понимая, как это без копейки да к тому же женатому человеку.
   - Только вот что я у тебя спрошу...
Лицо у Антона посерьёзнело.
   - Доколе будешь без договора работать? У меня с хозяином трудовой договор. Всё официально. Никаких серых схем. И хоть вовремя стал заработанное получать. И стаж  идёт и пенсионные отчисления, как положено...
   - Да мы ещё молодые, чтобы о пенсии думать, - попытался возразить Серёга. - Хотя...
   - То-то и оно, старик, - с сосредоточенным видом поддакнул Антон.
   Он достал из платяного шкафа наличные и отсчитал просимое.
   - Держи...
   - Как же я тебе благодарен, дружище! - расплылся в улыбке Серёга. - Если бы ты знал. А то, хоть вешайся... Ну, я побежал.
   - С Богом!
   У самого Антона и десяти тысяч не осталось на руках...

   Прошла условленная неделя. Антон ждал хотя бы телефонного звонка от Серёги. Но ни звонка, ни, тем более, возврата долга не поступило.
Антон экономил на всём, даже на еде и сигаретах, допивая остатки чёрного кофе со дна банки.
   Пошёл сдал поллитровые стеклянные бутылки от пива, собравшиеся на кухне, старые книги, которые ему ещё могли пригодиться. Кое-какие запасы макарон, сахара, рыбных консервов были в доме. Поскольку Антон не готовил, то ни овощей, ни круп не было вообще. Колбаса, сыр и яйца закончились.
   "Попросить у хозяина на работе," - мелькнула мысль, - под запись...
Чем-то питаться было необходимо. Через неделю - срок зарплаты.
Время шло, а Серёга не объявлялся. Получив очередную зарплату, Антон мог ещё подождать, но пришли счета за коммуналку. Просрочка грозила начислением пени.
   Антон решил позвонить Сергею, так как не мог позволить просто подарить 20 тысяч.
   - Прости, дружище, - промямлил в ответ Серёга, долго не поднивавший трубку. Хозяин банкрот... Сижу без копья... Жена забрала детей и в деревню к своим предкам укатила. Там, дескать, и скотина своя и огород убрали...
Язык у приятеля заплетался... И даже через гаджет было понятно, что он нетрезв...
   - Так ты обещал, - уколол Антон нерадивого приятеля. - Перезанять обещал, но отдать. Выходит, слово твоё - дырка от бублика?
   - Хотел перезанять да никто не даёт. Прости, дорогой, соврал я тебе. Я уже месяц нигде не работаю. Вот, куртку продал, чтобы на хлеб насущный...
   - Чёрная душа, - сделал вывод Антон, так как розовые очки его упали на пол и раскололись вдребезги... - Лицемер! Хотя бы честно признался, что не работает...
А в памяти всплыла старая, как мир, поговорка: "Хочешь потерять друга, - займи ему денег".
   Чтобы снять внутреннее напряжение, Антон оделся и вышел на улицу. На дворе было холодно и сыро. Дул ветер. Листья с деревьев почти все облетели и в старом сквере, куда привели стопы, охряно-багровым ковром лежали на клумбах и в закоулках подле решётчатого ограждения. Накрапывал мелкий дождь...