Ихтиолог Захваткин А. А

Захваткин Александр Алексеевич родился 20 июня 1900 г. в поселке Анненковском Кузнецкого уезда Томской губернии. Его детство прошло в Барнауле, где в 1917 г. он окончил реальное училище и поступил на физико-математический факультет Томского университета. В 1922 г. он перевелся на факультет рыбоведения Петровской сельскохозяйственной академии, переименованной в конце 1923 г. в сельскохозяйственную академию им. К.А. Тимирязева. Как указывает А.А. Захваткин в автобиографии, к этому шагу его подтолкнуло то, что только в Москве функционировала тогда кафедра гидрологии.

Уже во время учебы А.А. Захваткин принял участие в работе двух экспедиций: в июне и сентябре 1923 г. он работал на Всеукраинской черноморско-азовской научно-промышленной станции, а в июне - августе 1924 г. - в составе Белорусской рыбохозяйственной экспедиции.

После окончания академии в 1925 г. А.А. Захваткин был оставлен аспирантом при кафедре гидробиологии, однако «поработать не пришлось»: вскоре он был арестован и отправлен в Соловецкие лагеря сроком на три года (документы СПбФ АРАН не указывают причину ареста). /1/

Около 80% первых соловецких заключенных составляли так называемые политические и контрреволюционеры, обвиненные во вредительстве, контрреволюционной агитации и прочих надуманных преступлениях. В эти категории попадали эсеры, меньшевики, анархисты, белогвардейцы, священнослужители, люди дворянского происхождения и вообще те, кто имел опасную склонность думать и обсуждать свои мысли с другими. Вследствие такой политики на Соловках оказалось множество людей незаурядных. Достаточно упомянуть такие общеизвестные имена, как П.А. Флоренский, В.В. Бахтин, Д.С. Лихачев. Зам. начальника, а впоследствии начальник УСЛОНа (Управления Соловецких лагерей особого назначения) Ф.И. Эйхманс не без гордости говорил: «У меня на Соловках любой специалист найдется». Практически так оно и было. Нашлись на Соловках и представители естественных наук.
Позже Д.С. Лихачев отмечал: «Я очень опасаюсь, что мемуарная литература о 20-х и 30-х гг. создает однобокое представление о жизни тех лет, а главное, о жизни в заключении…
Вовсе не все ограничивалось страданиями, унижением, страхом. В ужасных условиях лагерей и тюрем в известной мере сохранялась умственная жизнь. И эта умственная жизнь была даже в некоторых случаях весьма интенсивной, когда вместе оказывались люди, привыкшие и хотевшие думать…»

Захваткин А.А. в связи с эти отмечал:
«Внимание исследователя, раз остановившись на природе и древностях Соловецких островов, не могло не побудить мысль к более серьезному и тщательному изучению того и другого…
Было собрано много объектов и материалов, несмотря на полное отсутствие всякого научного инструментария. Приходилось ограничиваться самыми примитивными методами исследования и сбора. Но отсутствие инструментария замещалось энергией и находчивостью исследователей».

Такой интерес был выгоден и лагерному начальству, которому предстояло на новом месте организовать пусть лагерную, но все же жизнь тысяч заключенных. Была создана Комиссия по изучению флоры и фауны Соловецких островов под руководством начальника воспитательно-трудового отдела УСЛОН Г.Н. Неверова. Эта Комиссия выпустила воззвание к населению Соловков, приглашая интересующихся природоведением, принять участие в ее работе. В начале лета 1924 г. состоялись две первые экскурсии для обследования природы Соловков.

Результаты научных исследований публиковались в «Материалах Соловецкого общества краеведения». В конце 1926 г. при его участии на острове была организована биологическая станция, и А.А. Захваткин оставался ее официальным заведующим до своего отъезда с острова (1927 г.), о чем сделана отметка в его трудовом списке.
Захваткин А.А. указывает, что результаты работ этих лет помещены в отчете о работе станции за 1927 г.
После отъезда с острова молодой ученый был зачислен научным сотрудником (с 1 марта по 3 июля 1928 г.), а вскоре назначен заведующим Костромской биологической станцией, где и проработал до 15 декабря 1928 г. К тому времени он опубликовал 6 научных работ.

С 1 октября 1928 г. с него досрочно было снято территориальное ограничение и разрешено свободное проживание на территории СССР (в личном деле имеется подтверждающая справка губернского отдела ГПУ в Костроме от 2 октября 1928 г.). «Вследствие этого, - сообщает другой документ, - в ноябре 1928 г. он был зачислен в ЦКУБУ [Центральная комиссия по улучшению быта ученых], и обладает всеми правами для занятия государственной должности».
Александр Алексеевич прибыл в Ленинград и 7 марта 1929 г. был зачислен в КИБ в должности ученого секретаря (в анкете имеется адрес его проживания в Ленинграде на момент поступления в КИБ: ул. Садовая, д. 11, кв. 59; тел. 4-64-64. В этой должности он отправился на Байкальскую станцию в Маритуй на постоянное место жительства.

На Байкале А.А. Захваткин работал в должности ученого секретаря, а также принял участие в качестве научного сотрудника в экспедиции 1930 г.: в период с 10 февраля по 1 апреля и 14 мая по 1 октября. В документе 1931 г. А.А. Захваткин назван заведующим станцией, при этом Г.Ю. Верещагин именуется в документах того времени как директор. Очевидно, в это время А.А. Захваткин фактически замещал Г. Ю. Верещагина.
Как свидетельствуют источники, это было время, требовавшее для организации работы станции больших усилий. В 1929 г. в распоряжении станции было одно судно, называвшееся «Чайка».
К концу 1929 г. начались работы по расширению воднотранспортной базы. Сохранился договор о постройке для Байкальской станции нового судна, подписанный в Маритуе 5 декабря 1929 г., где от имени БИК в качестве подрядчика выступил А.А. Захваткин.
Из текста договора известны некоторые данные о судне: длина 16,5 м, ширина 3,3 м, «на дубовых шпангоутах <...>, с установкой усиленных шпангоутов, с увеличенным сечением». На судне предполагалось устройство «служебного, машинного отделений и других надстроек со всей необходимой мебелью, а также установка мачты и рангоута». По договору работы, оцененные в 4 тыс. руб., должны были быть завершены к 1 июня 1930 г. [1, л. 13-13об.]. Очевидно, речь идет о судне, которое работало на станции долгие годы и хорошо известно по документам, — о катере «Дыбовский», названном в честь известного российско-польского исследователя Байкала, члена-корреспондента Императорской академии наук — Б.И. Дыбовского.

В это же время начались работы по перемещению станции: в Маритуе не оказалось удобной стоянки для исследовательских судов, и в 1930 г. станцию передвинули восточнее, к Лиственничному заливу в устье Ангары, в поселок Лиственничный. Заботы по переезду также легли на плечи А.А. Захваткина: как сообщают записи личного дела, из-за постройки судна и переезда станции ему не удалось использовать отпуск за 1930-1931 гг.

Очевидно, совокупность всех жизненных перипетий оказалась тягостной для молодого человека, и 17 апреля 1931 г. в Академии наук было доложено о кончине заведующего БЛС А.А. Захваткина.
В своем письме по этому поводу Г.Ю. Верещагин сообщает, что 1 апреля 1931 г. А.А. Захваткин покончил жизнь самоубийством, «утопившись в проруби Байкала».
«Из оставленных родным и сослуживцам писем – поясняет далее Г.Ю. Верещагин, - ясно, что причины, заставившие его искать смерти, явились следствием тяжелой психологической депрессии, от которой он не смог освободиться и не находил сил для жизни. Перед смертью, под предлогом ухода со службы на станции, А.А. Захваткин сдал все дела и денежную отчетность научному сотруднику Ф.[В.] Крогиус, и, таким образом, все его дела были в порядке.»
В приложенной к письму Г.Ю. Верещагина записке, А.А. Захваткин просил: «В связи с моим вынужденным уходом со станции прошу компенсировать мне не использованный мною 2-месячный отпуск за 1930-1931 гг.»

По решению руководства Академии наук матери А.А. Захваткина была выдана зарплата за апрель и компенсация за неиспользованный отпуск.

После смерти А.А. Захваткина временно исполняющей обязанности заведующего станцией была назначена ихтиолог Фаина Владимировна Крогиус (1902 - 1989), с 1932 по 1985 годы работала в Камчатском научно-исследовательском институте рыбного хозяйства и океанографии, где занималась изучением тихоокеанских лососей.





Примечания.

/1/ Захваткин Александр Алексеевич. Арестован 30 января 1925 г. В заключении – инициатор воссоздания Соловецкой биостанции, ее заведующий. Автор работ по гидробиологии соловецких озер, исследованиям прибрежных морских вод, перспективам рыболовства. Дальнейшая судьба, на момент публикации о «Соловецком Биосаде» неизвестна.